Шкатулова Мария – Виза на смерть (страница 4)
– Она слышала выстрел?
– Нет. Она утверждает, что он сигналил ей, чтобы она поторопилась, и что после последнего сигнала прошло не более пяти минут.
– Может, это не он сигналил?
– Она говорит, что уверена…
– Ладно, продолжай. Свидетели есть?
– Свидетелей, Олег Иванович, нет. Опросили практически всех жильцов, кто в это время был дома, – выстрела никто не слышал…
– Значит, был глушитель. Или плохо опросили, – сердито перебил полковник. – Чтобы в субботу вечером во дворе, пока такая погода, не было людей…
– По поводу погоды вы зря, – возразил Лобов, – во-первых, вечерами сейчас уже совсем не так тепло, во-вторых, сразу после убийства начался жуткий ливень…
– Ты мне мозги не пудри – давай дальше.
– Правая щека убитого обезображена кислотой… предположительно. Экспертиза будет готова к 15 часам.
– Орудие убийства?
– Отсутствует. В салоне машины обнаружена стреляная гильза от пистолета Макарова. Баллистика будет готова вот-вот…
– Кто там у нас сегодня?
– Демидов.
– Ну так поторопи его, пусть побыстрей сделают, – проворчал полковник, – меня уже достали с этим Сапрыкиным… Что еще?
– Еще в бардачке обнаружена интересная газетка «Спид-инфо». На странице, где предлагают телефоны девочек и прочих интимуслуг, несколько номеров обведены черным фломастером. А в самой газетке завернуты фотографии соответствующего содержания…
– Порнография, что ли? – перебил полковник, поморщившись.
– Она, родимая. Только не с девочками, так сказать, а с мальчиками…
– Так он голубой?
– Откуда ж мне знать, Олег Иванович? Вот получим отчет судмедэксперта, тогда что-то, может быть, и прояснится…
– А что по этому поводу говорит жена?
– Жена в больнице с гипертоническим кризом. Я у нее сегодня был – задал несколько вопросов. А потом меня оттуда выставили. Врач говорит, с ней можно будет побеседовать только завтра.
– Стало быть, завтра и побеседуешь.
– Я, конечно, готов, только она не в себе. Про «Спид-инфо» говорит, что ее муж никогда таких газет не читал, а про остальное вообще говорить не может – только повторяет: «Если бы не лифт, если бы не лифт…» Я от нее еле добился, куда они собирались ехать.
– И куда же?
– На пятидесятипятилетие к господину Гришакову…
– Что за Гришаков?.. – полковник наморщил лоб. – Знакомая фамилия…
– Владелец крупнейшей сети агентств по продаже недвижимости. И между прочим, бывший дипломат, коллега и друг Сапрыкина.
– А при чем тут лифт?
– Она застряла между вторым и третьим этажом, когда спускалась. Правда, просидела очень недолго, минут пять – семь, я в диспетчерской проверил – они подтверждают. А сигналил он ей за минуту до того, как она вышла из квартиры.
– А ты спросил, что было с лифтом? Может, его кто-то нарочно – того…
– Спросил. Говорят, этот лифт в четвертом подъезде барахлил еще с лета.
– А монтеры? Может, они чего видели?
– Нет. Они шли из диспетчерской – это справа от подъезда. А машина стояла слева, в стороне.
– Все равно, надо узнать, не болтался ли в подъезде кто-нибудь посторонний… Консьержка в доме есть?
– Нет.
– Н-да… – полковник почесал подбородок, – что ж, получается, убийца сел к нему в машину и выстрелил, пока жена была в лифте?..
– Выходит, так.
– Все?
– Пока все.
– Ну, – полковник обвел присутствующих сердитым взглядом, – какие будут соображения?
– Этот ожог у него на лице… – проговорил Сурин и замолчал, будто не решаясь высказать мысль до конца.
– Ну? Что – ожог?
– Не нравится он мне…
Все улыбнулись, а кто-то даже хихикнул вслух. «Не нравится мне» – было любимым выражением Сурина.
– Ты поконкретнее не хочешь высказаться? – спросил полковник.
– Может, и хочу… – неопределенно отозвался Сурин. – Я вот спрашиваю себя – зачем убийца это сделал? Если бы он хотел его изуродовать, чтобы затруднить опознание, то облил бы все лицо…
– А если он не успел?
– Неважно, успел или нет, потому что цель-то у него все равно была другая.
– Другая?
– Какой смысл уродовать лицо, если жертва сидит в собственном автомобиле возле подъезда собственного дома и ждет собственную жену, которая так и так его опознает, изуродован он или нет?
Все помолчали.
– Это ты верно заметил, – проговорил полковникЧто-то еще?
– Не знаю, – пожал плечами Сурин, – мне почему-то кажется, что это сделала женщина… может, я, конечно, ошибаюсь, но как-то это не по-мужски… И еще… что-то тут есть такое… сам не пойму – что именно…
Сурин замолчал и мрачно уставился в одну точку.
– Ну? Все сказал? Какие еще будут соображения?
Все молчали.
– Понятно. Никаких. Веселая история, ничего не скажешь.
– Олег Иванович, – начал Лобов, – подождем результатов экспертиз. Надо понять, что там с пальцами. В любом случае, на заказ это не похоже – слишком все непрофессионально.
– А на что, по-твоему, это похоже? Мотив, хоть какой-нибудь, можно предположить?
– Пока нет.
– Заместителем министра его назначили недавно, так?
– Да, в начале августа.
– Так, может, он кого обошел?
– Может, и обошел, но что ж вы думаете, из-за этого мочить? Это ж все-таки дипломаты, а не какие-нибудь там…