Шивон Дэвис – Удержать Кайлера (страница 20)

– Я тоже.

– Может, выпьем кофе?

Я поднял глаза.

– Хм, пожалуй.

Пока отец добывал нам кофе, я устроился за маленьким круглым стеклянным столом. Рассеянно разглядывал номер. Он был не таким роскошным, как тот, что мы снимали в прошлом отеле, но достаточно просторный и тоже с симпатичным балконом. Вполне хватит для нашего вынужденного пребывания здесь.

Отец протянул мне чашку, и я с благодарностью взял ее.

– Спасибо.

Он занял место напротив, обхватив свою чашку обеими руками, и пристально взглянул на меня. Я уставился на него в ответ, видя те же боль и замешательство в его глазах.

– Как ты справляешься? – спросил наконец он.

Я пожал плечами.

– Мы с твоей матерью наделали много ошибок, знаю, да и сам я не святой, но это… – Он поднес руку ко рту, и я испугался, когда из его глаз полились слезы. – Это тяжелейшее предательство. Не могу поверить, что Алекс лгала мне столько лет. Сейчас я понимаю, почему она так настаивала хранить в тайне информацию от Кэйдена и Кэйвена. Она знала, что рано или поздно все выяснится, и делала все возможное, чтобы избежать правды.

– И ты даже не подозревал? – Я нерешительно сделал глоток кофе.

Он энергично покачал головой.

– Нет. Никогда. Ты очень похож на меня, Кай, я привык думать, что наши отношения были напряженными из-за нашей похожести. И… это уничтожило меня.

– Как ты думаешь, каково было мне? – Я отставил кофе, не в состоянии сделать глоток, потому что слезы душили меня.

Тишина снова окутала нас. Я так много хотел сказать, но не мог выдавить ни слова. Я не очень-то силен в вопросах чувств и эмоций.

Он со вздохом откинулся на стуле.

– Я расстроен, потому что это превратило в насмешку мои воспоминания, мой брак и все, что, как мне казалось, я знал. Но это не ранило бы меня так больно вот сюда, – отец ударил рукой по месту на груди, где располагается сердце, – если бы я так сильно не любил тебя.

Его глаза наполнились слезами, и я изо всех сил старался сохранить остатки хладнокровия.

У меня в планах не было снова рыдать.

Особенно рядом с ним или матерью.

– Все это ничего не меняет, и ты навсегда останешься для меня сыном. Тот ужасный человек сыграл свою роль в твоем появлении, но ему никогда не заменить меня.

В груди все сжалось. Слова повисли в воздухе, и страдальческое выражение лица Джеймса открыло его ранимую сторону, с которой я никогда не был знаком. Я помнил, как он обезумел, когда узнал, что мать Фэй погибла, но это не шло ни в какое сравнение с тем, как отец выглядел сейчас.

– Прости меня, – выпалил я, и он нахмурился. – За то, что сбежал, не поговорив с тобой. И за бесконечные ссоры все эти годы. Теперь это выглядит таким бессмысленным.

И это действительно было так. Я вспомнил все наши стычки и то, как всегда желал, чтобы он не был моим отцом. Теперь сделал бы все, чтобы забрать свои слова обратно. Лишь бы знать, что он – мой отец во всех смыслах этого слова. Стереть бы все сведения о Даге и предательстве матери. Я не чувствовал ни печали, ни сожаления из-за того, что он мертв. Единственное, что ощущал, – это нежелание быть несправедливо обвиненным в его убийстве.

– Сейчас это неважно, – сказал отец, потянувшись через стол, чтобы похлопать меня по руке. – Важно сохранить тебя. Я не могу позволить себе потерять еще больше, чем уже потерял.

Мне стало нечем дышать.

– Я тоже не хочу тебя потерять.

Отец поднялся, и слезы беспрепятственно текли по его лицу.

– Я знаю, что ты уже взрослый мальчик, но все равно хочу тебя обнять.

Он обошел стол, притянул меня к себе и заключил в объятия.

Неожиданно для самого себя я заплакал и ответил на объятия, в которых, как оказалось, нуждался больше, чем можно было предположить.

– Что скажешь, если с этого момента мы начнем все заново? – Джеймс немного отстранился, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.

Я кивнул, удивляясь искренности своего ответа. Перезагрузка – это идеально. Пусть она и не могла изменить прошлое, но мне было так легко от того, что я все равно ему нужен. Что былые ошибки не отдалили его от меня. Что ему так важно быть моим отцом.

Никогда раньше я не понимал, как сильно он мне нужен.

Как сильно я его люблю.

Почему только угроза потерять кого-то заставляет нас ценить этого человека в полной мере?

Остаток вечера мы с Фэй провели в нашем номере, вяло просматривая старые фильмы по телеку. Позже мы встретились с отцом и Кэлом, чтобы поужинать в вип-зале ресторана. До этого со мной пыталась поговорить мама, но я ясно дал ей понять, что к выяснению отношений пока не готов. И невольно порадовался, что она отказалась присоединиться к нам за ужином, прекрасно зная, что в противном случае я остался бы в номере.

Я не пропускал ни одного брошенного исподтишка взгляда, которые сопровождали нас на всем пути через ресторан после ужина, когда мы шли с Фэй за руку. Она встречалась взглядом с каждым, кто смел смотреть на меня искоса, и это заставило меня улыбнуться впервые за весь день. Она не могла представить, как много ее преданность и поддержка значат для меня.

Я лежал на кровати, безучастно уставившись в потолок, когда Фэй показалась из ванной, окутанная облаком пара. Ее волосы были собраны в небрежный пучок на макушке, очищенное от макияжа лицо зарумянилось, на ней была ее цветастая пижама – шорты и топик. Фэй выглядела очаровательно, и мне нравилось, что она не старалась произвести на меня впечатление. Нет привлекательнее девушки, уверенной в себе. Эддисон была очень утомительна в этом отношении. Она всегда была идеально ухоженной, ей постоянно требовались комплименты. Я был тогда очень наивным. Мне казалось, что ей нужна поддержка. Но дело было в ее тщеславии и стремлении всегда находиться в центре внимания. Фэй абсолютно другая, и я безумно рад этому. Ей не нужны ни похвала, ни поклонение, чтобы быть уверенной в себе. Мои глаза упивались ею, и сердце переполнялось влечением. Она выглядела очень соблазнительно, и я почувствовал прилив крови к определенной части тела.

Она запрыгнула в кровать, держа в руке стеклянную бутылку с необычной этикеткой. Быстро придвинулась ближе.

– Перевернись. – Я поднял бровь. – И не спрашивай. Просто делай.

Мне нравились властные нотки в ее голосе, и я сделал все, как было велено, перевернувшись на живот. Фэй села на меня сверху, прижавшись прелестями к моим ягодицам, и у меня встал в ту же секунду. Она потерла руки, прежде чем отбросить бутылку на кровать рядом с собой.

– А теперь расслабься и ни о чем не думай.

Ее руки в масле легли мне на спину. Она помассировала мои плечи, энергично разогревая, прежде чем продолжить свой путь вдоль мышц спины. Стон сорвался с моих губ. Затем Фэй пробежалась большими пальцами вдоль моего позвоночника сильными уверенными движениями, пробирающими до костей. Тем же образом она жестко размяла мне спину, расслабляя мышцы и снимая напряжение. Мой стояк до боли упирался в кровать, и кожа горела от ее умелого обращения. Когда кончики ее пальцев запорхали вверх и вниз по моей спине, будто мягкая перьевая кисточка по коже, с моих губ сорвался стон.

– Где ты этому научилась? – пробормотал я одурманенным голосом.

– Мама проходила курс массажа и рефлексологии несколько лет назад, – объяснила Фэй, продолжая поглаживать мою спину пальцами. – Я была у нее в качестве подопытного кролика, и она практиковалась на мне каждый день весь месяц. Это было восхитительно. – Моя любимая рассмеялась, и было здорово слышать, как она говорит о своей матери без привычных тоски и боли в голосе.

– Мне так понравилось, что я попросила ее научить меня некоторым техникам.

– Твои руки творят волшебство, – прохрипел я почти на пределе.

Она хихикнула.

– Твои тоже.

Я воспринял это как сигнал к действию, молниеносно опрокинул и перевернул ее. Притянул к себе, чтобы дать почувствовать, как сильно я ее хочу. Закрыв глаза, Фэй откинула голову назад и издала гортанный хриплый звук, который только распалил мою жажду.

– Теперь моя очередь делать тебе хорошо, – пробормотал я, прежде чем наши губы слились в обжигающем поцелуе.

Мои руки скользили по ее телу, жадно лаская бархатную кожу и полную грудь, скрывавшуюся под топом. Ее соски уже затвердели, и она поддразнила меня движением своих бедер, когда я игриво ущипнул ее за сосок. Фэй скинула топ, энергично двигаясь на мне. Мы избавились от остатков одежды, и, когда я вошел в нее, все остальное померкло. В этот момент существовали только мы, слившиеся в безумном экстазе.

После мы распластались на кровати, лежа на спинах. Наши тела были влажными от пота. Мы тяжело дышали, наслаждаясь последними волнами удовольствия. Кончиком пальца я выводил завитки на ее животе. Нагнувшись, нежно поцеловал неровный шрам, горизонтально пересекший ее пупок.

Когда я думал о том, через что нам вместе пришлось пройти, казалось удивительным, что мы оказались в этой точке наших отношений. И ничего не смогло бы сделать меня еще более счастливым.

– Перспектива оказаться заключенным в этом отеле на ближайшие пару дней кажется мне все привлекательнее, – подзадорил я, уткнувшись носом в ее шею.

Фэй хихикнула.

– Абсолютно согласна. – Ее волосы разметались по подушке, а лицо раскраснелось. Она была будто чертова богиня – неземная и порочная.

– Мне нравится, когда ты так смотришь на меня, – прошептала она, проводя кончиком пальца по моей нижней губе.