Шивон Дэвис – Потерять Кайлера (страница 3)

Приблизившись к Джеймсу, я схватила его за плечи, заставляя взглянуть мне в глаза.

– Я точно знаю, ты что-то скрываешь. Не могу поверить, что не поняла этого раньше. Я на несколько месяцев старше Кайлера, и это объясняет то, что ты можешь быть моим и его отцом одновременно, – говоря это, я чувствовала, как слова рождают внутри пустоту.

Я перевела взгляд с Алекс на Джеймса и обратно. На бледном, как смерть, лице Алекс появилось выражение неподдельного ужаса. Сглотнув ком в горле, я наклонилась к Джеймсу.

– Но если ты говоришь правду, то Кэйден и Кэйвен никак не могут быть твоими сыновьями.

– Твою. Же. Мать. – Кайлер отпустил Алекс, споткнувшись и еле удержавшись на дрожащих ногах.

Алекс прислонилась к стене, чтобы не упасть. Охваченный паникой взгляд заметался по комнате, и она согнулась пополам, словно ей не хватало воздуха.

Джеймс поднялся с постели, выйдя наконец из транса.

– Отлично подмечено, Фэй. Вот ты и раскрыла главную тайну Алекс. Видимо, никто из нас не без греха.

Глава 2

– Мам? – Кай устремил ошеломленный взгляд на Алекс. – Это правда? Их отец – другой человек? – Его лицо пепельно-серого оттенка исказилось от боли, когда она медленно кивнула в ответ. – Они знают, верно? В этом причина их ссор? – Его грудь быстро поднималась и опускалась. Алекс вновь кивнула, подтверждая его догадки. Шок сменился яростью: я понимала Кайлера. Вскочив с пола, он выпрямился во весь рост. – Вы вообще собирались сообщать правду остальным? – Слова Кайлера были преисполнены праведного гнева.

– Мы хотели рассказать вам в твой восемнадцатый день рождения, – шепотом ответила Алекс, отчаянно цепляясь за стену, чтобы устоять на ногах. Шутки Китона о Джейкобе и его друзьях из «Сумерек» уже не казались такими нелепыми, за исключением паранормального аспекта, конечно же.

– Вам вообще приходила в голову мысль о том, что у нас есть такое же право знать правду, как и у них? – Кай бессильно взмахнул руками. – Вы думали, мы не заметим этого постоянного напряжения, которое возникает каждый раз, когда Кэйден и Кэйвен появляются в комнате? Или этой огромной пропасти между вами?

– Невозможно подобрать подходящий момент, чтобы раскрыть такую правду, – попытался оправдаться Джеймс.

– Или раскрыть тот факт, что ты спал со своей сестрой? – вставила Алекс.

Джеймс бросил на нее озлобленный взгляд.

– Ты не в той позиции, чтобы бросаться в меня камнями. У нас обоих были свои секреты.

– И это, леди и джентльмены, главная фишка нашей семьи, – саркастично продекламировал Кайлер.

– Твоя мать не хотела ворошить прошлое, пока вы, мальчики, не подрастете достаточно, чтобы справиться с новостью, и я поддержал ее в этом решении, – добавил Джеймс и слегка улыбнулся. – Не существует инструкции к тому, как быть родителями. Мы старались изо всех сил, но не всегда и не все получалось лучшим образом.

Кай фыркнул.

– Скажу я вам, родители из вас так себе.

Никто не произнес больше ни слова, а напряжение, которое повисло в воздухе, можно было буквально резать ножом. Оторопелым взглядом Алекс растерянно уставилась в пустоту. Кай даже не пытался скрыть злости, отражавшейся на его лице, в то время как Джеймс вновь демонстрировал уставший, полный покорности взгляд.

– А где же Кэл? – спросила я, пытаясь разорвать тишину. – Что произошло?

Джеймс словно только что вспомнил о том, в какую передрягу попал его сын, и задумчиво почесал затылок.

– Утром ему предъявили официальное обвинение. Полиция настояла на том, чтобы он провел ночь в камере.

– О боже. – Меня обескураживала мысль о том, что мой брат проведет ночь в тюрьме. – Разве нельзя ничего сделать, чтобы обвинения сняли?

– Это невозможно. Обвинения в изнасиловании – очень серьезный случай, и никакие деньги не смогут решить этот вопрос.

– Лана скрылась, – сказал Кай, подходя к моей прикроватной тумбочке и доставая из нее белый конверт, который отдал ему отец Ланы. – Они уехали. Джон просил меня передать тебе это. – Он протянул конверт матери.

Дрожащими пальцами Алекс раскрыла его.

– Это заявление об уходе, – бросила она, швырнув на пол страницу, исписанную от руки.

– Он не делал этого, – произнесла я сквозь зубы, – я уверена. Но между ними точно что-то произошло. Лана была сама не своя от горя.

– Не лезьте в это дело, вы оба. – Джеймс посмотрел на меня, потом на Кая. – Я знаю, вы хотите помочь, но самое лучшее, что мы можем сделать для вашего брата, – это подождать и дать профессионалам делать свою работу. Дэн и его команда должны решить этот вопрос.

Я подавила невольный зевок.

– Уже поздно, – продолжил Джеймс, бросив взгляд на часы. – Мы не сможем прийти ни к какому решению в таком состоянии. Поспите пока, а утром вернемся к этому разговору.

– Другие тоже заслуживают знать правду о Кэйдене и Кэйвене. Даже не думай, что я стану лгать братьям. – Кай скрестил руки на груди.

Джеймс печально вздохнул.

– Знаю, сын, но ты должен понять, как тяжело приходится твоей матери.

Алекс все еще смотрела в пустоту, и я не была уверена, осознает ли она, что речь идет о ней.

Лицо Кайлера слегка смягчилось при виде матери – этой надломленной женщины, изо всех сил цеплявшейся за стену, чтобы не упасть.

– Понимаю, – ответил Кай, – но вы должны все им рассказать. – Он бросил беглый взгляд на меня. – Не думаю, что им стоит знать о Фэй и твоих… отношениях с ее матерью, пока ты не сделаешь тест и подозрения не подтвердятся. Такую чертовщину не так-то просто переварить.

– А ты что скажешь, Фэй? – обратился Джеймс ко мне.

– Я не хочу никаких секретов, но тут я согласна с Кайлером. Не нужно говорить остальным, пока не будем уверены. Такое разоблачение выбьет всех из колеи, и нет смысла взваливать на них еще больше волнений. До тех пор, пока мы не будем знать наверняка. – Я опустила глаза, и ужасное ощущение беспокойства переполнило мою грудь. – Но я предпочла бы сделать тест как можно скорее. Я устала от всей этой лжи и хочу знать правду.

Джеймс кивнул.

– Прости меня за все, через что тебе пришлось пройти, Фэй. Что бы ни случилось, это не повлияет на твое положение в нашей семье. Ты всегда будешь одной из нас, и это место всегда останется твоим домом.

Алекс отделилась от стены, отводя глаза и приглаживая юбку.

– Я иду спать.

Она вышла из комнаты, не произнеся больше ни слова.

Кай сделал шаг, чтобы последовать за ней, но Джеймс отрицательно покачал головой.

– Ей нужно побыть одной, как и всем нам. Это был долгий вечер. Поспите немного, а через несколько часов мы вновь все обсудим.

Они молча направились к двери. Напоследок Кайлер бросил на меня взгляд, в котором читалась такая же немая грусть, как и в моем. В нем можно было увидеть все, что он не мог сказать вслух. Я изо всех сил старалась сохранить самообладание, в то время как все внутри переворачивалось с ног на голову. Он вышел в коридор, осторожно прикрыв за собой дверь.

Я доползла до кровати, натянула одеяло до самого подбородка и свернулась калачиком, неистово дрожа под толстым покрывалом.

В какой-то момент мне удалось заснуть, но всю ночь я провела, беспокойно ворочаясь в постели.

Солнечный свет проник в комнату сквозь тонкие полупрозрачные занавески, и я проснулась, отчаянно зевая. События прошлого вечера вновь сотрясли сознание. Соблазн спрятать голову под подушку и забыть о реальном мире почти одолел меня, но такое поведение помогло бы лишь отсрочить неизбежное. Решив, что гораздо лучше покончить с этим раз и навсегда, я стащила свое изнуренное тело с кровати и направилась в ванную.

Приняв душ и одевшись, я спустилась в кухню. Сделав шаг в коридор, услышала голос Джеймса.

– Мы здесь, наверху, Фэй.

Беспокойное чувство вновь наполнило меня изнутри, и я направилась вверх по лестнице так, словно своими шагами прокладывала дорогу в ад. Осторожно войдя в кабинет, я вытерла вспотевшие ладони о джинсы. В одном из обтянутых бархатом кресел напряженно застыла Алекс в своем привычном офисном костюме. Кайлер стоял ко мне спиной у камина. Его подтянутые мускулы выпирали из-под простой белой майки. Упругий зад обтягивали треники с заниженной талией, и мне стоило огромного труда отвести взгляд. Жгучее желание подбежать и обнять его было почти непреодолимым.

Мой мозг еще не успел свыкнуться с новыми реалиями, и я по-прежнему безумно скучала по его прикосновениям, так же как скучала по нему прошлой ночью.

Опустившись в другое кресло, я подоткнула ладони под себя в тщетной попытке противостоять притяжению Кая. Острая колющая боль пронзила мое сердце так, словно кто-то ткнул в него перочинным ножом.

Откашлявшись, Джеймс заговорил:

– Я разговаривал с Кэйденом и Кэйвеном, и они вот-вот должны приехать. После завтрака мы устроим небольшое семейное собрание по поводу ситуации с Кэлвином. Когда он вернется домой, расскажем всем правду.

– Какую именно правду? – спросил Кай, поворачиваясь к нам. Один взгляд на его заспанное лицо, и все внутри меня посыпалось. Он выглядел несчастным. Как бы мне хотелось прямо сейчас ощутить тепло его тела, его запах, позволить ему залечить мои раны! Я впилась ногтями в бархатную обивку кресла, пытаясь проглотить удушающий комок в горле.

– Я собираюсь рассказать твоим братьям правду о происхождении Кэйдена и Кэйвена, – ответила Алекс спокойным уверенным голосом. – Ты был прав: они имеют право знать, все это уже достаточно затянулось. Я по горло сыта обманом и тем, как наша семья разваливается на части прямо у меня на глазах, в то время как я не могу сделать ничего, чтобы исправить это. Правда должна быть раскрыта.