Шивон Дэвис – Найти Кайлера (страница 70)

– Из-за тебя и твоего большого гребаного рта, – Кайлер уставился на него со злостью.

Кэлвин покраснел от гнева.

– Даже не пытайся повесить это на меня. Вы обжимаетесь тут, даже не скрываясь. Он все видел, когда вы обходили холм, и я заметил, что он расстроен. Я решил, что если скажу во всеуслышание, и он увидит, что мне все равно, то расслабится и поймет. Очевидно, я ошибался.

– Надо догнать его, – Кай поглядел на меня, и я кивнула, соглашаясь.

– Давай я, – отряхивая от песка брюки, предложил Кэлвин, – Сомневаюсь, что он кого-то из вас послушает.

Челюсть Кая напряглась, и я дотронулась до его руки:

– Спасибо. Иди.

Он побежал за братом, а я посмотрела на Кая. Сжав его плечи, я посмотрела ему в глаза.

– У него просто шок. Он придет в себя. Китон самый непринужденный из всех.

Кай ответил на мой взгляд, и в его глазах борьба смешалась со смущением. Чуть наклонившись, он прижался к моему лбу.

– А что, если даже он не поймет, Фэй? – прошептал он. – Что тогда?

Когда мы вернулись, Кэйден и Кэйвен уже приехали. Правда, мы их почти не видели. С таким успехом они могли быть и невидимыми. Кэл посоветовал нам держаться от Китона подальше, тогда возможно, у него будет шанс успокоиться. Внезапно сказавшись больным, Китон закрылся в своей комнате, даже не спустившись к обеду.

Еще одно мрачное событие – обед. Все вздохнул с облегчением, когда Алекс и Джеймс снова удалились в кабинет. Кэл, Кэйден и Кэйвен ушли на очередную пляжную вечеринку, а мы остались и провели пару часов в гостиной, притворяясь, что смотрим телевизор. Ужасное чувство вины преследовало меня, когда я думала о Китоне. Я порывалась поговорить с ним, но пришлось проявить уважение к его желаниям и дать ему необходимое пространство. Я просто опустошена его реакцией. Это заставило меня еще раз все продумать. Если наша семья и друзья так негативно реагировали на новости, с остальным обществом такое вообще не пройдет.

Я впала в отвратительное настроение. Моя голова превратилось в не самое радостное место. Кай, должно быть, чувствовал то же самое, потому что вечером он не пришел.

На следующий день у нас не было возможности переговорить, потому что Алекс и Джеймс настояли на семейном пикнике, на котором мы провели почти весь день.

Китон был молчаливым и угрюмым, избегая нас обоих любой ценой.

Обратно в дом Уэлсли мы вернулись поздно вечером в воскресенье. Джеймс поехал туда, где остановился. Всем было ясно, что отношения между ним и Алекс так и не наладились.

Кайлер прокрался в мою постель, когда в доме стало тихо и часть моих тревог улеглась. Мы не разговаривали, но он обнял и поцеловал меня, и я знала, что мы справимся.

Меня разбудило несколько звонков в дверь. Кайлер тоже вскочил. Потирая заспанные глаза, он вопросительно уставился на меня. Мы подорвались, одеваясь, будто участвовали в гонке. Кай вылез через окно и вернулся в свою комнату, чтобы никто не увидел, как он выходит из моей спальни.

Мы все встретились в коридоре. Тройняшки выходили из своих комнат заспанные.

– Что происходит? – спросил Китон, забыв, что не разговаривает с нами.

Раздались шаги, сопровождаемые женскими протестующими криками.

Кэлвин присоединился к нам, убирая с глаз спутанные волосы.

– Че там? – он вопросительно смотрел как два полицейских, одетых в черное приближались к нам.

Кайлер увел меня и тройняшек за спину и словно щит встал перед нами. Кэлвин подошел к нему.

– Что еще ты натворил, Кент? – прошипел он через плечо.

Интересно, это из-за тех девчонок на вечеринке, или он опять что-то украл из магазина?

– Ничего! – огрызнулся Кент. Он вышел и посмотрел на приближающихся офицеров с растущей ухмылкой. Алекс раздавала инструкции по телефону, пока бежала следом за полицейскими.

– Кэлвин Эдвард Кеннеди? – спросил офицер, перемещая взгляд с одного на другого и на листок бумаги в руке.

Кай вышел вперед, защищая младшего брата.

– Что произошло?

– Отойдите в сторону, молодой человек. Нам нужно поговорить с вашим братом.

Я крепко сжала ладонь Кэлвина. Его кадык дернулся, а глаза бешено заметались. Кайлер встал на пути у полицейских.

– Вы его не заберете.

Алекс прижала телефон к груди и махнула головой, обращаясь к Кайлеру:

– Отойди, Кайлер. Я разберусь с этим, но сейчас Кэлвин должен пойти с ними.

– Что? – крикнул Кэл. – Да почему?

Кай неохотно отступил, и офицер завел запястья Кэла за спину, надевая на них наручники. Кэл скривился, уставившись перед собой, но я точно видела, что ему ужасно страшно.

– Кэлвин Эдвард Кеннеди, – офицер начал зачитывать ему права. – Вы арестованы за сексуальные домогательства и изнасилование мисс Ланы Мэф Тэйлор.

Глава 40

– Вы что блин, издеваетесь? – заорал Кай на офицера. – Что это за больные шуточки? Кэлвин не насиловал Лану. Готовьтесь…

– Кайлер, – крикнула Алекс, – Перестань. Сейчас же.

Офицер повел Кэлвина наружу, и мы все последовали за ними. У входа Алекс повернулась, чтобы известить нас:

– Наш адвокат будет с этим разбираться, я сообщила вашему отцу, он уже едет. Ничего не предпринимайте, чтобы не навредить брату. Мы со всем разберемся. Ждите, пока я не вернусь.

Она схватила ключи и последовала за сыном. Кэлвина посадили на заднее сидение полицейской машины, я чувствовала лишь беспомощность, потому что ничего не могла поделать. Его встревоженные глаза встретились с моими, и я постаралась ответить ему обнадеживающим взглядом. В этом конкретном случае деньги точно помогут. Уверена, что Алекс и Джеймс наймут лучшего адвоката, и скоро он будет уже дома.

Дверь в машину закрылась и мы молча смотрели, как увозят Кэлвина. Кай отправил нас в дом и закрыл дверь.

– Вот сука! – Кент был просто разъярен. – Мы прямо сейчас пойдем туда и выясним, что задумала эта шлюшка, – его кулаки сжались от ярости.

– Нет, – твердо решил Кай. – Ты слышал, что сказала мама. Мы сидим тихо. Это не кража в магазине. Это серьезное обвинение. Сомневаюсь, что папа сможет откупиться от копов. Никто ничего не предпринимает. Понятно?

Кент выпустил целый залп красочных ругательств и неохотно согласился. Он вернулся в свою комнату, а Кеану и Китон ушли на кухню. Я направилась к себе, Кай тихо последовал за мной.

– Надо поговорить с ней, – сказала я ему, когда он закрыл за собой дверь в мою спальню.

– Согласен, и это должен быть кто-то из нас. Не хочу вмешивать тройняшек. Особенно Кента. Не с его послужным списком. Пойдем, – он открыл мое окно и вылез в него, а потом помог мне. Держась правой стороны, мы выбрали длинную дорогу в лес, чтобы нас не заметили. Ветки хрустели под ногами, тропинка, по которой мы идем к дому Ланы, была неровной. Весь коттедж светился, как на четвертое июля, и мы отступили в тень, наблюдая за тем, что происходит.

Родители Ланы, Грета и Джон, методично загружали чемоданы в маленькую красную Хонду. Мы с Каем обменялись осторожными взглядами. Я коснулась его плеча и кивнула на другую сторону дома. Он показал мне идти первой, и я медленно и осторожно на цыпочках пробралась сквозь деревья с обратной стороны и зашла с тыла. В комнате Ланы горел приглушенный свет. Занавески распахнуты, открывая рыдающую девочку внутри. Боль пронзила грудь. Кай дернул меня за рукав:

– Я останусь здесь, – шепнул он, прячась за углом. – Посмотрим, поговорит ли она с тобой.

Я кивнула и, осторожно приблизившись к окну, тихо постучалась. Лана подскочила, взвизгнув. Оглядываясь по сторонам, она заметила меня и застыла.

– Лана, дорогая, все в порядке? – спросила Грета, и я спряталась как раз вовремя.

– Я в порядке, – сдавленно ответила та.

– Он за все заплатит, милая. Я тебе обещаю.

– Но твоя работа, – всхлипнула она.

– Работа это всего лишь работа. Ты важнее. Нам не стоило оставаться здесь так долго, особенно после всех этих слухов. Я подозревала, что эти мальчишки выходят из-под контроля. Этим людям есть за что ответить. Мне так жаль, дорогая. Это все моя вина.

– Это не твоя вина, – заикнулась Лана.

Спустя минуту Грета снова обратилась к дочери, на этот раз ласково и тихо:

– Заканчивай паковать вещи. Мы скоро уезжаем.

Когда стук шагов затих, я подняла голову и чуть не подпрыгнула, увидев Лану, прямо надо мной. Она открыла окно:

– Тебе нельзя тут быть, – ее губы дрожали.

Полное опустошение на ее лице почти сводило меня с ума.