Шимун Врочек – Зомби в Якутске (страница 52)

— Все, кирдык Москве — словно поставив вердикт сказал Миша. Телевидение уже наверное в 10 раз повторило обращение президента.

— Не удивлюсь если так. Якутск двухсоттысячный в жопе, что говорить о Москве с ее миллионами — разделил пессимизм Миши Глеб.

И вдруг, будто в подтверждение того, что столица еще жива, на экране сменилось изображение, вместо уставшего лица президента, экран занял наверное еще более усталый старичок, но уставший, скорее от долгой жизни. Еле ворочая языком, под прицелом множества камер, с сунутыми под нос десятками микрофонов профессор начал свой рассказ:

— Сейчас можно сказать, что эпидемия вызвана вирусом из семейства Rhabdoviridae, поражающим нервную систему человека. Хотя полностью природа вируса нам не ясна… К сожалению. — прогнусавил старичок. По всему было видно, что данный титан мировой инфектологии не привык к подобным выступлением. — По своей структуре свежий вирус походит на вирус rabies, lyssa, hydrophobia — в доказательство этого утверждения, он достал из кармана свернутый лист с отпечатанной на черно белом принтере схемой вируса и для большей убедительности ткнул пальцем.

На пулю похоже — прокомментировал Глеб.

Убрав листок обратно в карман, профессор продолжил:

— Вы, то есть мы называем это Бешенством. Хотя существует большая разница… Если бы дали нам больше времени… Хмм… — задумавшись старик, высморкался в клетчатый носовой платок просто колоссальных размеров. — Вирус патогенен для человека, да. От инфицированного он выделяется во внешнею среду со слюной. Предполагаю что, после попадания в кровь…

Один из журналистов прервал профессора:

— Вы говорили о большом отличии?

— Да, да большое отличие в том, что вирус по всей видимости передается также воздушно-капельным путем. Но это не все! Постойте, пожалуйста. Инкубационный период составляет всего от двух до четырех часов, это нонсенс! А если заболевание передалось, напрямую через кровь, то и того быстрее! — с чертовски не уместном восторгом сказал профессор. — Так вот, как я предполагаю, после заражения вирус центростремительно распространяется по нервным каналам. Поражая нервную ткань мозга, вирус вызывает характерные изменения: кровоизлияние, отек и наверняка еще что, то специфическое… Да. Это само собой и вызывает изменения психического характера. Например, больной становится чрезвычайно раздражительным, что мы сейчас с коллегами и наблюдали. Хотя есть очень странные вещи в его поведение, которые не объяснить простым поражением головного мозга…

— То есть, укусив или поцарапав, инфицированный может передать вирус другому? — задал вопрос один из журналистов.

— Именно это я и сказал, но не забывайте также о воздушно-капельном пути передачи инфекции.

Стараясь чуть ли не перекричать друг друга журналисты обрушили на пожилого профессора шквал вопросов: симптомы, лечение, вакцины и т. д. Но, что тот мог сказать нового? Прошло всего четыре часа, после первого пациента инфицированного новым вирусом, а общество уже жаждало ответов. Константин, сам биолог по образованию, с тридцатилетнем стажем, отлично понимал сколь малый срок отвели ученым. Понимал и то, что практически все сказанное пожилым профессором произошло чисто из предположений. Слишком короткий срок, чтобы ученые мужи смогли дать на них ответы.

— Не слишком много информации. — вздохнул Константин.

— Хотя бы узнали, что это болезнь — сказала Маша, старшая из гостей.

— В принципе, это и так понятно, ну теперь хотя бы точно знаем, что в стране происходит и это для нас важно. — ответил Константин.

Сидевшая в задумчивости Марина, неожиданно встрепенулась: — Вы же с больными на улицы столкнулись?! На тебе же кровь была!

— Кровь не моя была, но… — растерявшись воскликнул Миша, но его тут же спокойно прервал Константин: — Ничего страшного сынок, не бойся Марина. Контакт с инфицированным был порядка пяти часов назад. Только, что же сказал профессор, «до четырех». Так, что боятся нечего.

Марина не совсем поверив, с тревогой посмотрела на Мишу. Ее наполненные любовью и страхом глаза, будто бы искали на нем какие-то доказательства заражения.

— Доченька не бойся. — обратился к Марине Константин. — Симптомы уже должны были бы проявится, раз этот вирус схож по характеру с бешенством. Миша как себя чувствуешь? — спросил Константин.

— Нормально — ответил тот и сразу же спросил:

— А ты Глеб?

— Пить хочу… — все за столом замерли и Глеб тут же мрачно добавил. — Водку.

— Ну это нормально для нынешней ситуации! — засмеялся Константин.

Чувствуя себя ответственным за всех присутствовавших, Константин всеми силами старался как то успокоить остальных. Не хватало им еще одной вылазки на улицу. — Вам или повезло или у вас скажем иммунитет на это заболевание. В любом случаи, скоро все утрясется. Сейчас армию задействуют, солдаты и наведут порядок. Славу Богу, армия у нас большая! И под Якутском на наше счастье военные части имеются. Тут главное ждать, так, что мы все правильно делаем.

Взглянув на юных гостей, Константин спросил:

— А за родителей своих не переживайте. Они днем где были?

— На работе, наверное — испуганно ответили те.

— А работают где?

— Мама в библиотеке, отец в налоговой — ответила младшая Аня.

— А у меня оба в НВК[10] работают — сказала старшая Маша.

— Тогда точно все нормально, наверняка закрылись в своих конторах и ждут как мы. Это мы здесь сидели, ничего не знали, там то сразу наверное информацию получили и укрылись — улыбнувшись сказал Константин.

— Наверное… — не много подумав, хором ответили гостьи и дружно улыбнулись.

— Просто немыслимо — уже про себя подумал Константин. С какой легкостью он начал успокаивать детей, им с покойной женой не пришлось самим иметь детей и Константин с трудом разбирался в подростковой логике, но как он сейчас ловко, как ему показалось, успокоил детей. Да и взрослых тоже.

Поблагодарив хозяйку Марину за сытный ужин мужчины вышли курить в подъезд.

— Детей, Марина у нас уложит — закурив сказал Миша.

— Хорошо. Не спокойная у них будет ночь… Да и у нас наверное всех тоже.

Сколько прожил, не было ни разу ничего похожего. В семьдесят шестом помню, в Челябинске, утечка была на химическом заводе. Я как раз тогда в командировке там был. Власти скрывали конечно, но слухи все равно быстро разлетелись, люди из города побежали. Но интересно, никакой паники не было, все будто бы организованно было, собрав пожитки семья за семьей поехали из города. Хотя, конечно, то с этим не сравнить. — сказал Константин.

— Я вот, думаю, они же замерзнуть должны, ну эти зараженные, правильно? Или как это понять? — задумался Глеб.

— Да, верно. Вирус конечно новый, не изученный, но при таких температурах человеческий организм не может функционировать, чистой воды физиология, закон. Так что они под домами прячутся не просто так. Видимо там трубы теплоцентрали теплые, вот они там и сидят, пригретые. Это означает, что мозг не совсем поражен, что то в их сознании осталось и этого довольно много…

Глубоко затянувшись сигаретой, Миша вздохнул: — Получается людей убили.

— Получается так, но не убили бы, так сами бы погибли. Просто все получается, не то время видимо для гуманных соображений. Видите, не стоило вам сегодня так рисковать.

Сказав это, Константин повернулся и к Глебу, хотел тем самым показать, что только что им сказанное обращалось и к нему. Но тот безразлично курил в сторонке. Его холодные, потухшие глаза не отражали ничего присущего живому человеку, ни волнений прошедшего дня, ни угрызений совести, никакого страха или тревоги. Возможно война и пощадила его тело, но не пощадила его душу… Хотя, сейчас наличие души возможно только мешало выживать. Эпидемия диктовала свои правила и рамки закона, морали оказались только препятствием к выживанию.

Молчание воцарившиеся в подъезде прервал Миша:

— Константин Егорович, вправду думаете военные разберутся?

Константин пожал плечами, немного подумав ответил: — Должны, кто еще если не они? А ты Глеб человек служивый, что думаешь?

— Не знаю, но мы здесь сидим пока работает ГРЭС, это значит либо все на автомате, тогда хер его знает сколько оно так будет держатся. Либо кто-то там живой есть, тогда все пучком. Уйдет тепло и нам кирдык, придется либо выходить, либо замерзать — ответил Глеб и сплюнув в банку с окурками затушил бычок.

— Машина нужна, если, что поедим в деревню моей жены. — сказал Миша.

— Думаешь эпидемия до туда не дошла?

— Не знаю, но это лучший вариант. Родня Марины крепкие ребята, наверняка они что-то предприняли.

— Отлично, раз такой вариант есть. Но пока необходимости нету, не стоит из подъезда выходить. Пока тепло есть, вода есть, еды хватит. Зачем рисковать?

Миша и Глеб промолчали. Попрощавшись все разошлись по своим квартирам. Старясь меньше шуметь Миша не раздеваясь лег в кровать, хотя был уверен, что супруга не спит.

— Почему не раздеваешься? — тихо спросила Марина.

— Пусть так. — прошептал Миша.

— Что говорят?

— Ничего — ответил тот и повернулся к ней лицом. Густая темнота скрывала лицо супруги, только едва заметный блеск открытых глаз, мерное дыхание, да тиканье старинных часов на кухне. Хотелось немного спать, но сон не шел, затерявшись где то в мыслях и переживаниях необычайного долгого для Якутии дня.