Шимун Врочек – Питер. Битва близнецов (страница 59)
Спокойно.
Не думай о бездне под ногами.
Не думай о том, что ты слишком ослабел, чтобы подтянуть свое тело наверх.
Не думай о том, что пальцы вспотели и вот-вот соскользнут.
Не думай о шаткой конструкции, которая каждую секунду может обрушиться под твоей тяжестью.
Не думай.
Эти мысли бесполезны. Они лишают сил.
Долбаный самурай всегда спокоен перед лицом долбаной смерти.
Долбаный бусидо.
Из двух путей всегда выбирай путь, ведущий к смерти. Это я помню.
Я вишу над черной бездной. Пальцы взмокли и устали, и вот-вот соскользнут.
Что ж…
Иногда надо…
Сделать первый шаг.
Я отпускаю руки.
Падение бесконечно. Воздух свистит в ушах. Сердце замирает…
И вдруг…
Я вижу свет.
Забавно.
В последний момент я группируюсь, чтобы упасть на спину. Так делают каскадеры.
И прежде чем упасть, я успеваю подумать:
«Забавно».
Бух!
– Уфф, – удар в спину. Не так жестко, как я думал. Хотя дыхание из меня все же выбивает напрочь. Зубы лязгают.
Внутри меня что-то екает. И слетает и звенит, словно сорванная деталь. Шестеренка, вылетевшая из заржавленного механизма.
Я почему-то чувствую запах машинного масла.
Я скатываюсь вниз, переворачиваюсь на четвереньки. Черт. Земля все такая же твердая…
– Ох, – говорю я только. Чувствую, как кровь из прокушенной губы течет по подбородку.
Не худшее приземление.
Из тех, что у меня были.
Не худшее.
– Твою мать, – чей-то голос.
Я упираюсь ладонями в пол и с усилием поднимаю голову. Темная фигура смотрит на меня, пытающегося встать. В голове звенит, все двоится. Сотрясение? Этого еще не хватало. Но я жив.
Фигура вдруг разворачивается и убегает. А свет остается…
Я наконец встаю на колени. Все тело болит, как отбитое. Ха-ха-ха. Закрываю глаза ладонью, щурюсь. В затылке страшная, вытягивающая боль. Ничего, ничего.
Лампа-карбидка светит едва-едва. И все равно у меня ощущение, что глаза мне вынимают ржавой металлической лопаткой.
Как у садоводов.
Резь невыносимая. Слезы льются из меня, как реквием по мечте. Черт, черт, черт.
Соберись, солдат.
Я встаю вслепую, иду, вытягивая вперед руки, – пока не упираюсь в стену. Так, собраться. Сквозь пелену слез я вижу, что остался один. Тот человек, что здесь был, убежал. Но там, куда он убежал, наверняка найдутся люди, которые вернутся сюда. И я должен прийти в себя. Собраться и выжить в очередной раз.
Я опускаю руки и провожу по земле.
Ничего не вижу. Чертов свет. Сквозь облако слез я нащупываю что-то холодное и железное. Это садовая лопатка. Она мокрая от земли, рукоять еще хранит тепло человеческого тела.
Я поднимаю ее и беру на изготовку.
Что ж, будет чем сражаться, когда они за мной вернутся.
Убер и свобода
(Болотные солдаты)
Внутри бухих часов
с кукушкой, мокрой как собака
в такси забыв пальто
о нем никто не будет плакать
и обо мне – никто
Так допивай и пошли танцевать
скажи что мы не вернемся
дождь смыл следы сигареты и, блять,
куда же теперь нам идти?!
Бармен разбил коньяк
давай лакать его и плакать
зонта не будет я
отдал его одной собаке
я сам такой же пес