Шимун Врочек – Питер. Битва близнецов (страница 29)

Убер почесал затылок. Нормальные герои всегда идут в обход… вернее, с чего начинают работу нормальные герои? С чего бы начал поиски Шерлок Холмс?

Правильно.

С выбора помощника. Желательно местного, знакомого с обычаями и порядками аборигенов.

– И кого же я здесь знаю? – задумчиво протянул Убер. – А?

Под землей редко менялась погода, но иногда случалось и такое. Воздух, сырой и затхлый, вдруг становился холодным, словно пронизанным тонкими, отчетливыми ледяными нитями. Осень.

Почему осень казалась таким важным временем все этим людям, что жили до Катастрофы? «Осень… унылая пора…» А на картинках в уцелевшем учебнике все красное и необычное, какая тут унылость?

Вот что всегда раздражало Юру Лейкина в школьных уроках. Школа на «Обводном канале» закончилась для него давно, но память об этом зацепилась намертво. Яркие картинки из учебника, запах пыли и подступающего сна.

Юра Лейкин помедлил, вышел из палатки. Придется сегодня идти на работу. Часовым в вентшахте его еще неделю точно не поставят. А часовым хорошо. Можно побыть в одиночестве, помечтать, почитать даже.

А работу Юра не любил. Работа никогда не заканчивалась. Подними, тащи, бросай, забей, подтяни, снова тащи. И так без конца. Лучше сидеть с автоматом у двери во внешний мир – которая никогда не откроется. Ну… до недавнего времени. А еще этот лысый…

Хотя нагоняй Юра Лейкин получил, его сняли не поэтому.

Слишком добрый, сказал начальник смены. И его глаза блеснули каким-то ледяным равнодушным огнем.

Зачем ты его пустил? Кто он? Что ему здесь надо, на станции?

– Спишь, солдат? – раздался веселый хрипловатый голос.

Юра поднял голову. Рядом стоял незнакомец, которого он пустил в ВШ. И насмешливо разглядывал его, Юру, с высоты своего почти двухметрового роста.

– Ну что, оруженосец Кашка, – непонятно сказал тот, вчерашний незнакомец. «Убер как-то там», вспомнил Юра. – Первый вопрос. Ты тунеядец или алкоголик?

– Что?! Нет! – Юра вскочил, сжал кулаки. Набычился. Еще не хватало, будет его тут пришлый обзывать.

Убер улыбнулся.

– Замечательно. Теперь второй вопрос. Хочешь поработать?

Они методично прочесали всю станцию – от блокпоста в сторону «Звенигородской» до туннелей на «Волковскую». Убер не слишком много знал о том, как ловить под землей неизвестного зверя дракона, но иногда сталкивался с мутантами, забравшимися с поверхности. Как тот Голодный Солдат на «Пролетарской». Самым сложным, как и в тот раз, оказалось проверить технические туннели. Этой технической обвязки вокруг любой станции – до хрена.

Наконец, Убер решил сделать перерыв. Он сложил вещи горкой, разлегся и устроил рюкзак под голову. Почти новый, со складов станции – спасибо мэру. «Обводный канал» не скупился на убийцу дракона. Они с Юрой пожевали на скорую руку, теперь чуть отдохнуть – и снова за работу.

– Расскажи-ка мне, брат Юра, как вы здесь живете?

Юра пожал плечами. «Нашелся тут командир», – подумал он. «Добреньким притворяется». Но от работы он не уклонялся. Это было намного интересней, чем окапывать грибные грядки или носить землю. Можно представлять себя большим и крутым начальником, сыщиком, который ведет важное расследование. Хотя искали они…

«А вдруг действительно найдем?» – Юру пробил холодный пот.

– Ну как живем… – нехотя сказал Юра. – Нормально. Как все живут. А как еще?

– Вот ты мне тогда соврал про этот крик… а я ведь помню.

Юра насупился. Затем сказал:

– Вы тогда чужой были.

– А сейчас?

– А сейчас вы… – Юра почесал затылок. – Все равно чужой.

Убер вздохнул. Мол, чужой так чужой.

– Тут же негде особо спрятаться? – спросил Убер. – На станции?

– Ну, есть санузел… мы там были сегодня. Вентшахта 616-я. Что еще?

– Шестьсот восемнадцатая, она там, ближе к «Волковской». И санузел.

Убер кивнул.

– А на «Волковской» у вас что? Кто живет?

– Никого. Там наши грибные плантации раньше были… но их крысы жрали.

– Понятно. Если кто и есть, то, скорее всего, он обитает на Волчке. Или по пути туда, в служебных коллекторах и ВШ. Как думаешь, я прав, брат Юра? Он засел где-то по пути на Кладбище? Не, ну нормальная позиция.

– Не знаю, – буркнул Юра.

– Вот ты бука, – поразился Убер, потом закинул руки за голову. Мускулистые, крепкие. Такими любого дракона можно запросто задушить. – Как ты вообще на «Обводном» оказался?

– Судьба, – сказал Юра. Он сам не понял, почему выбрал такое громкое слово.

– Хмм. Судьба. – Убер почесал нос. – Судьба, она штука такая… Не знаешь, где пронесет.

– Судьба и… родители.

Убера смутил запах. От пропахшей жильем платформы несло кислым и теплым, но здесь, в этом тупике, к запаху примешивался какой-то иной аромат. Словно запах цветов.

Что это может быть?

Скинхед присел на корточки, замер. Здесь торопиться не надо. Здесь лучше смотреть и слушать внимательно.

Итак. Туннель, тупик? Куда он ведет? Заблудиться рядом с незнакомой станцией Уберу совсем не хотелось. Доверяй инстинктам, говорил его наставник по боевым искусствам, Целестин Цюхцинский. Мистер Неоченьприятно, как прозвали его ученики. Если твои инстинкты тренированы, они лучше тебя среагируют в критической ситуации. Человек думает медленно. «…и быстрых разумом невтонов российская земля рождать…» А вот наше тело думает быстро.

Так, все-таки вперед. Убер выпрямился и пошел. Запах стал сильнее, словно сгустился. Точно, цветочный какой-то аромат. Убер приготовился к худшему. Однажды он уже встречался с гигантскими хищными орхидеями. Убер закрыл глаза. Открыл. Вперед!

Он шел, под ногами валялись ржавые банки, пустые бутылки, осколки и обрывки бумаги и металла. Что там у местных, свалка?

Убер шел. В какой-то момент он задел банку, скрежетнуло. Черт. Убер наклонился и обнаружил, что рядом с красной банкой «колы» что-то есть, белеет в слое пыли.

Он провел ладонью, аккуратно… и вздрогнул.

Рядом с банкой лежали кости – маленькие и обломанные, со следами зубов. Человеческие? Убер присвистнул. Осторожно поднял кость, осмотрел. Судя по слою пыли… это было давно.

Потом пошарил в пыли. Осторожно, как с миной, разгреб слой пепла. Еще кости.

Убер выпрямился, закинул дробовик на плечо.

Мэр оказался прав. На станции пропадают люди. И их действительно жрет какая-то тварь.

Дракон. Он попробовал слово на вкус. «Дракон. Дра-кон». Dragon. Жутенькое слово вполне… Но какое-то… слишком величественное для такого масштаба. Жрет людей в темных переулках.

Почти как мелочь по карманам тырить.

Были случаи, когда в метро забиралась чудовищная тварь, одна из тех, что водились на поверхности. Плохо закрытый вход, забывчивость диггера, оставившего незапертым люк, незамеченный до сих пор или незакрытый ход в метро – их же тысячи. И все, люди внизу сталкиваются с испуганной дикой тварью. И часто трупов бывало много.

Про один случай Убер знал точно, потому что участвовал в том деле. Тогда в метро через заклинивший люк пролез Голодный Солдат. Обычно Голодные Солдаты жестко привязаны к месту обитания, а этот оказался какой-то не такой. Шатун. И это была настоящая бойня.

Прежде чем спохватились и вызвали диггеров, Голодный Солдат убил и съел трех детей и одну женщину. А потом его погнали всем миром, и он выбрался на станцию. Убил нескольких гражданских. Диггеры вместе с самообороной станции и добровольцами загнали Солдата в тупик и добили.

В общем, с мутантами неприятностей не оберешься. Может, здесь тоже Голодный Солдат действовал? Убер покачал головой. Кто знает?

Голодные Солдаты молчаливы, никогда не кричат. А тут – крик был прямо замечательный. Убер поежился. Да уж, жизнь истребителя чудовищ – не для слабонервных.

Тогда кто это? Гастарбайтер? Они всегда действуют стаей. Блокадник – не смешите. Блокадник – это вообще диггерская легенда.

Они встретили ее в коллекторе, когда уже собирались возвращаться. Сначала Юра почувствовал резкий приторный запах, вонь фекалий мешалась с каким-то ацетоновым ароматом. И тут…

– Убер! – крикнул Юра. Он поднял фонарь. В луче света что-то мелькнуло.

На Убера кинулась крылатая тень. «Дракон!» Убер мгновенно пригнулся, рывком откатился в сторону. Звязкнул дробовик, упал на бетонный пол. Фонарь отлетел в сторону, огромное световое пятно высветило стену. Крылатая тварь рванулась за Убером. Чудовищно огромная.