Шимун Врочек – Питер. Битва близнецов (страница 22)
– Ты! – Второй бросился в атаку. На нем была синяя спортивная ветровка с розовыми полосами. И он весил килограммов на десять меньше Убера.
Убер поставил жесткий блок локтями, затем врезал боковой удар ногой – с разворота, классный мощный удар.
«Блин, самому понравилось, – подумал Убер. Синий отлетел назад, с грохотом рухнул, покатился, опрокидывая столы и стулья. – Черт, даже сломал что-то. Вгоняют меня в долги, уроды».
Синий заканючил, застонал.
Мика строго посмотрела на Убера. Скинхед развел руками.
– Ну… ангелы так делают, – пояснил он почти смущенно. Мика нахмурилась.
Синий ныл, словно отходил на тот свет. Убер пошел к нему, насмешливо оглядел. «Да-а, просто кровавая каша, а не травма». На самом деле внешне ничего криминального. Убер хмыкнул.
– Ну-ну… Не хнычь. От хорошего маваши еще никто не умирал, – подбодрил Убер. Почесал затылок и добавил не так уверенно: – Хотя вру… умирали. Как вы там, чуваки, живые?
Скинхед встал над поверженными братьями. Те даже перестали стонать. Лежали на полу, скрючившись, что один, что другой.
– Вы кто такие, братцы-тунеядцы? – спросил Убер.
– Ты нарвался, – сказал Желтый.
– Да, ты нарвался, – сказал Синий.
Мика засмеялась. Уберу даже бить их расхотелось. Мортусы негромко засмеялись за своим столом, один что-то сказал другому.
– Вставайте и на выход. Заебали.
Синий помог Желтому подняться. Они двинулись к выходу, прихрамывая.
– Стоять, – негромко велел Убер. Его осенила новая мысль. – А убрать за собой? Стулья поднимаем, столы на место. Давай, давай, как ломать, так первые… а как убирать за собой, так мы злые пидоры и ручки у нас нежные.
Стеная и охая, они восстановили относительный порядок в заведении.
– И веселее! – командовал Убер. – Лица счастливые! Давайте, Лелек и Болек, работаем с огоньком!
Они подняли стол, расставили стулья. Сломанный отнесли в угол, сложили отдельно.
– О, у тебя молоток-гвозди есть? – спросил скинхед.
Бармен пожал плечами. Кто его знает.
– Ладно, – хмыкнул Убер. – Свободны. Вот вы унылые.
Они ушли, поддерживая друг друга. Убер закатил глаза на мгновение, фыркнул. Вернулся к стойке.
– Ущерб тоже можешь внести в мой кредит, – сказал он. Бармен кивнул.
– Это люди Соловья, – сообщил бармен невозмутимо. – Если вам интересно. Возможно, скоро вам придут делать очень больно.
Убер на мгновение помрачнел. Затем рассмеялся.
– Чувак, – сказал он. – Ты хуже ворона Эдгара По. Только не говори «неверморе», я тебя прошу.
– Никогда, – каркнул бармен.
– Что?! – Убер решил, что ослышался.
– Никогда не скажу. Я не знаю латынь.
Убер вздохнул.
– Вот ты тролль. Мика, пошли.
– Что случилось с Мартой? – спросил Убер негромко, когда Мика, разморенная обедом и эмоциями, уснула. Нэнни смотрела на него в полутьме палатки, темные глаза ее поблескивали.
– Зачем тебе? Ты уйдешь, а нам тут жить…. Или ты действительно вообразил себя ангелом, посланным с небес? – язвительно сказала она.
– Я корыстно заинтересован. Мне обещали перо. А это, как вы понимаете, Наталья Васильевна, очень серьезно. Очень.
Нэнни помолчала.
– Ну же, – сказал Убер.
– Она уехала.
Убер решил, что ослышался. Нэнни сказала это так уверенно и искренне, что он почти поверил.
– Что? – Убер помолчал. – А как же…
– Вот так.
Скинхед почесал лоб, мучительно напряг мозг. «Что-то я пропускаю…»
– Вы точно знаете, что она уехала?
– Да, она должна быть на Звоне.
Лицо Убера, видимо, стало слишком выразительным. Нэнни побледнела.
– Звенигородская на карантине, – сообщил Убер. – Чума.
– Что… – Лицо Нэнни осунулось на глазах, посерело. – Но…
– Если это так, мне жаль. Она умерла три раза назад, как сказала Мика.
– Стоп!
– Что? – Нэнни обернулась.
– Она ушла без паспорта. Значит, не собиралась уезжать со станции. – Убер размышлял вслух. – Итак, как опытный мистер Холмс хочу спросить: какие ваши доказательства? Ну что еще?
Нэнни заговорила:
– Ей обещали сделать паспорт… другой. С другим именем, не знаю. В общем, совсем другой.
– Кто? – Убер помедлил.
– Чечен, – сказала Нэнни.
Убер закаменел лицом.
– А! Этот. Он ведь не чеченец?
Нэнни фыркнула.
– Какое там! Знаем, знаем, он всем рассказывает, какие чеченцы страшные и как резали головы русским. А он такой страшный, что отрывает головы голыми руками. Но мало кто верит. Но откуда-то с Кавказа вроде бы.
– Так что с ним?
– Она ушла на встречу с ним.
– Стоп. А зачем ей уезжать, да еще тайно?
Нэнни помолчала.
– Ну же!
– Не знаю, – сказала она.