Шимун Врочек – Кожеед (страница 53)

- Прекрасно-прекрасно! – Кожеед засмеялся, захлопал в ладоши, но на него никто уже не обращал внимания. Свечников замер, словно его ударили под дых. По лицу пробежала темная волна. Глаза провалились.

- Кеша… я… - начал Денис и осекся.

Брат кивнул.

- Иногда я думаю, что было бы, если бы мы выбрали наоборот. Наверное, ты смог бы бороться, большой брат. Ты сильный. Но ты был так далеко от меня. Так далеко.

Кеша внезапно выгнулся, затрясся, голова запрокинулась. Кисти рук у него свело и скрючило. Треск, запах озона и горелой кожи. Кожеед подключил ток. Глаза Кеши закатились, на губах выступила пена.

- Кеша! – Денис закричал. - Нет!

- Надеюсь, я вас не отвлекаю? - ядовито поинтересовался Кожеед. Отключил клемму. Кеша дернулся и затих. Брат сидел теперь, скрючившись на левый бок. С подбородка свисала нитка слюны. Кеша заморгал и тихо застонал.

- Кеша! - Денис встал. Снова сел.

- А ну отставили разговоры по душам! - рявкнул маньяк. Голос его вдруг прыгнул вверх на октаву, сорвался. Денис просто физически почувствовал ярость Кожееда. “Ты бесишься, когда что-то идет не по-твоему. Потому что ты теряешь власть, сука”. Вот твое слабое место.

Кожеед помахал Денису рукой. Заговорил жестко и напористо:

- Ты! Будешь крутить барабан и нажимать на спуск, пока удача не отвернется. Поехали! В этот раз ничьей не будет, мальчики. Так что вопрос только в том, кто успеет умереть первым. Свечников, проследи! Свечников!

Полицейский медленно повернулся. Поднял голову.

- Хватит! - резко сказал он, вдруг на что-то решившись. Огромный Свечников шагнул к маньяку, поднял пистолет.

Кожеед обернулся. Обиженно поднял брови:

- Свечников, ну ты что?

- Неужели тебе недостаточно?! - Свечников явно плохо себя чувствовал. Его лицо ходило ходуном, от нервного тика дергалась шея и пистолет в руке дрожал. - Я-я сделаю все, что ты хочешь, просто отпусти ребят!

Денис внезапно почувствовал невероятную, несбыточную надежду. И от этого его тело словно резко ослабло, превратилось в студень.

Кожеед поднял брови, оглядел полицейского.

- Свечников, Свечников! Как ты себе это представляешь? - он обвел рукой палату. - Заметаешь следы убийства, приходишь, как обычно, на работу, а там тебе медаль? И будешь, как ни в чем не бывало, продолжать искать свою жену вокруг старых кладбищ в селе Посохи?

Тишина. Свечников остановился, замер.

- Ты говорил Охотич?

Кожеед засмеялся. Наигранно, как показалось Денису. “Давай, - подумал он, - пусти ему пулю в лоб, на хер”.

- Точно, в Посохах моя первая жертва была… Слушай, ну я же о тебе забочусь. Ты же сопьешься в поисках жены! Помрешь от холода на обочине, никто даже “скорую” не вызовет.

Свечников обвел взглядом трупы, залитый кровью пол. Взгляд его глаз… стал пугающе тяжелым.

- Ты мне врал? - спросил он тихо.

- Тебе нужно знать только одно — в целом мире у тебя никого нет и не будет, кроме меня! - Кожеед выставил перед собой открытые ладони. - И нет, я тебе не соврал, просто оговорился.

- Правда? А если я сейчас просто прострелю тебе голову?

- Давай, - сказал Кожеед. Денис с удивлением понял, что тот опять чувствует себя во главе, победителем. - Стреляй, Свечников. И все закончится. Только подумай вот о чем. Если ты сейчас остановишься на последнем этапе и не найдешь и не спасешь свою жену, то все эти смерти, - маньяк широк раскинул руки, - Все эти несчастные случайные жертвы будут напрасны. Эти мальчики и девочки умерли тогда ни за что. И это только твоя вина.

Свечников с тоской оглядел место преступления. “Не поддавайся! - в отчаянии подумал Денис. - Он же тебя водит, как барана, на поводке!”

- Сделай последний шаг, Свечников. Спаси свою жену! Осталось совсем немного.

Свечников застонал, внутри него, как в сломанном игровом автомате, гулко отвалилось и полетело вниз, сшибая все на своем пути. У него нет пути назад. Он поник.

Кожеед ждал.

- Свечников? - спросил он.

- Да, - глухо сказал полицейский. Дениса пробило морозом насквозь.

В голосе его уже не было ничего человеческого. Его сломали.

Кожеед радостно:

- И вот мы вернулись к игре! - возвестил он.

- Мой тебе совет, - сказал маньяк Денису. - Постарайся умереть побыстрее.

Через Кешу пропускают ток. Его тело забилось в конвульсиях. Денис схватил револьвер, быстро, не давая себе времени подумать, поднес к виску. Нажал на спусковой крючок. Щелк. Пусто.

Маньяк отключил ток. Кеша судорожно вздохнул, с присвистом, лицо посерело. Брат сидел, держась рукой за грудь.

- Дальше, - сказал Кожеед. И подключил клемму.

Кеша закричал сквозь бьющую его дрожь:

- Н-нет! Д-денис!

Щелк. Пусто.

- Эй, импотент! - раздался вдруг дерзкий голос. Женский. Голос Ани. - Как тебя там? Козоеб!

Денис увидел, что девушка встала на одной ноге рядом с кроватью. И держит в руках… Черт! Денис даже взмок.

Кожеед замер. Рот его приоткрылся. Он начал поворачиваться…

И тут в лицо ему прилетела банка с чем-то прозрачным. Кожеед инстинктивно отбил рукой, жидкость выплеснулась на его лицо и руку… Банка со щелочью отлетела в сторону и взорвалась, как бомба. БАМ!

Шипение. Кожеед заорал.

Маньяк забился, как припадочный, полой халата начал вытирать лицо. Денис даже отсюда видел, как на его скуле щелочь проедает кожу, плоть темнеет. Свечников медленно начал поворачиваться…

Денис понял, что это тот самый момент. Который бывает в бою. Время для него замедлилось.

Он видел, как Аня прыгает на одной ноге к бьющему в припадке боли маньяку. Как в последний момент тот что-то сообразил — звериное чутье, нечеловеческое просто — и резко начал поворачиваться в ее сторону.

В следующий момент Аня оперлась на больную ногу и прыгнула на Кожееда. Кранк! Нога подломилась, но Аня уже летела… Она повисла на шее маньяка, тот пошатнулся, чуть не свалился. Рука его с молниеносной скоростью нырнула в карман, появилась со скальпелем… Денис открыл рот, чтобы прокричать предупреждение… И тут Аня, воя от чудовищной боли, подняла руку и с размаху воткнула ногти в лицо Кожееда.

Денис видел, как один ноготь входит маньяку прямо в правый глаз… Хрусталик долю секунды держался, натянувшись, словно поверхность воды под водомеркой — а потом лопнул. Ноготь пошел дальше, пробивая зрачок и радужку. Палец Ани глубоко ушел в глазницу Кожееда…

Кеша продолжал биться в конвульсиях. Клемма так и осталась подключенной.

Свечников опустил пистолет, сделал шаг к Кожееду и Ане. “Сейчас он ее убьет… а потом всех нас…”, успел подумать Денис. В его руке все еще лежала рукоять револьвера — мокрая от пота, скользкая. “Надо его остановить”.

Он начал поднимать оружие. Воздух поддавался чудовищно медленно, словно был упругим прозрачным желе. Револьвер двигался… “Ну же, - взмолился Денис. - Еще чуть-чуть”. Нужно поднять линию ствола выше головы Кеши… Ну же!!

Щелк. Пусто.

Свечников даже не обернулся на щелчок курка. Денис надавил на спусковой крючок еще раз — курок отодвинулся назад, барабан провернулся… “Пожалуйста, пусть мне повезет” Свечников шел к борющимся Ане и Кожееду… Палец наконец, дожал спуск. Курок дошел до крайнего положения, и сорвался… Удар!

Щелк. Пусто.

Денис беззвучно закричал. И тут вдруг Кеша встал на ноги. Перекрыл линию стрельбы… “Блять, Кеша, уйди!”, успел подумать Денис.

Время потекло с бешеной скоростью. Кеша толкнулся назад, падая, весом своего тела уронил стул. Врезался в пол спиной… Плюх! Там лужа бензина, точно. Брызги полетели в стороны. Денис вскочил, мгновенно запрыгнул на стол. Вытянул руку и нацелил револьвер в черную спину Свечникова… Теперь выжать спуск… Курок двинулся…

И тут Кеша, лежа в луже, сотрясаясь от разрядов, вытянул назад руки и схватил Свечникова одной рукой за одну ногу, другой за другую.

Синяя вспышка. Треск. Свечникова затрясся, колени его подломились.

Курок сорвался. Удар. Револьвер с грохотом выстрелил. Вспышка. Денис на мгновение ослеп и оглох. В ушах плыл длинный затихающий звон…