Шимун Врочек – Кожеед (страница 26)

Сквозь большие прямоугольные окна, забранные ржавой вертикальной решеткой, виднелся лес. За время, как больницу покинули, заросли кустов подобрались совсем близко к зданию. В палате стоял легкий полумрак, пронизанный лучами солнца. Тени веток и листьев слабо шевелились под порывами ветра, словно щупальца неведомого чудовища.

«Как под водой», подумал Денис.

В световых пятнах на полу и стенах изгибались тени. Возможно, это помещение кто-то специально расчищал и убирал, потому что пол здесь был чистый, без мусора. В стороне стояли стол с белой облупившейся ДСП-шной столешницей и несколько стульев. У стены застыла одинокая железная кровать на колесиках. Такие используют для неходячих больных.

- Что это за комната? – спросила Женя. Голос ее дрогнул.

- Разделочная, - рассеянно ответил врач. Он оглядывался, словно забыл, где находится.

- Что?! Вы шутите, что ли?

Врач повернулся к Жене, помедлил и улыбнулся. Опять привычным движением лицевых мышц. Денис заметил, что улыбка никогда не затрагивает глаз врача – они оставались такие же непроницаемые. Неподвижные. Женя отступила назад. Кажется, ей очень хотелось убежать. Но она сдерживалась. «Трусишка», подумал Денис. Хотя… Ему самому было не по себе.

- Шучу, конечно, - сказал врач. – Это жаргон, на самом деле это палата для выздоравливающих после хирургии. Вот сюда, - велел он Денису.

На железной кровати, выкрашенной облупившейся белой краской, лежал старый полосатый матрас. Из прорехи на боку вылезла желтая вата.

Денис остановился с сомнением.

- Он чистый, - сказал врач. – Не волнуйтесь. Давайте ее сюда. Ну, же!

Они аккуратно поставили носилки на пол, вдвоем со Степычем подняли на руках и перенесли Аню на койку. Врач отрегулировал наклон кровати, чтобы Аня находилась в положении полулежа. Ногу ее он быстро и уверенно уложил и зафиксировал.

- Так, что тут у нас? - он потер руки, разминая пальцы. - Извините, что в таких условиях…

- Н-ничего, - выдавила Аня. На глазах у нее выступили слезы.

- Сами понимаете - форс-мажор. На самом деле вам очень повезло, что я здесь. Со смещением, видите? Без меня бы вы не справились.

Казалось, что врач заискивает. Денис удивленно покрутил головой – их новый знакомый явно был не из робких. Что с ним? Зато Оля, похоже, приняла это заискивание на свой счет.

- Как он засуетился, когда я сказала, что пожалуюсь! - похвасталась Оля Степычу. Тот послушно кивнул.

Врач осмотрел ногу Ани и кивнул.

- Похоже, чистый. Я сейчас поставлю все на место и сделаю шину, чтобы зафиксировать кость в одном положении. Бинт есть. А вот рентгена под рукой нет, это жаль. Придется наощупь.

Денис вскинул голову. «Наощупь» его смутило.

- Может, вызовете еще одну «скорую» по рации? У вас же должна быть рация? В машине?

Врач усмехнулся.

- Боюсь, рация здесь не ловит.

- Да что же это такое?! – Денис понял, что кричит. - Бензина нет, машина не едет, то не работает, это не ловит!

- Вы удивлены, что в нашей стране все через жопу? – врач снова улыбнулся. Денис замолчал. На миг ему показалось, что это его отец заговорил. – Идите, поможете мне. Вот здесь держите, - он показал на ногу Ани. – Ну, смелее. А вы, - он обернулся к Степычу. – Возьмите ее за плечи.

Следующая минута показалась Денису короткой, болезненной и яркой вспышкой – как бывает, когда прокручиваешь в памяти прошедшую драку. Вот Аня вскрикнула коротко и страшно, задрожала. Вот Степыч стиснул ее плечи. Эхо крика отразилось от стен, вернулось тревожным шепотом. Словно где-то далеко умирал от боли призрак… Денис держал ногу Ани, пока врач ставил кость на место. А потом мучительно медленно бинтовал ее.

- Готово, - сказал врач. «Все-таки профи», подумал Денис с уважением. Он вдруг понял, что давно мокрый от пота насквозь. Футболка прилипла к телу. «Так быстро, - подумал он. И тут же подумал, сам себе противореча: - Так долго».

Врач перебинтовал Анину ногу, зафиксировав перелом вместо шины металлической трубой – перекладиной от старой больничной кровати. Аня кусала губы, сдерживая стоны. Лицо у нее было мокрое от пота. Бинт оказался тоже не новый, древний эластичный. Он был желтый и махрился по краям. Но держал, похоже, крепко. Врач закрепил кончик булавкой.

- Вот и все. Жить будете, девушка. Возможно, даже танцевать чечетку. Умеете чечетку?

Аня кивнула, потом помотала головой. Губы у нее запеклись от жажды и растрескались. Белый налет вокруг рта, как солевые выступы в пустыне.

- У вас есть обезболивающие? – спросил Денис. Мертвенное, измученное выражение лица Ани его напугало.

Врач покачал головой.

- Что вы нам тут рассказываете! - не унималась Оля. - Все у вас есть! Просто экономите на всем, пока вам не заплатят.

- Вы хотите предложить мне деньги? – удивился врач. Он поднял голову и посмотрел на Олю.

- У нас с собой нет, - быстро сказал Степан. Денис бы засмеялся, не будь ситуация такой странной. Степанова легендарная прижимистость – одно из тех качеств, что его забавляли в друге. Каждую копейку считает. А потом тратит все на Олю. “Идиот”.

- Не нужно мне от вас ничего, - сказал врач. - В «скорой» медикаментов нет, я успел все сдать на склад, прежде чем сюда ехать. Да… Мое начальство вообще не в курсе, что я воспользовался служебной машиной, - объяснил врач. - Езжай за документами, а как я доберусь, никого не волнует! Но не переживайте, я сейчас проверю в комнате медсестер. Там сейф, может, что осталось… Да, ребята, большая просьба – не разбредаемся и ничего не трогаем. Меня могут уволить только за то, что я впустил вас на территорию больницы.

- Спасибо, что помогаете нам, - сказал Кеша.

- Это мой долг. Клятву Гиппократа еще никто не отменял. Кстати, я слышал, вы на машине приехали? – врач внезапно сменил тему.

- Да, только до нее идти и идти, - грустно ответил Кеша.

Врач повел головой, снова напомнив Денису «жидкого» терминатора. “Роберт Патрик, во! Так звали актера”.

- Далеко?

- Примерно час-полтора, - голос Кеши был удивленный. - Может, чуть больше.

Аня сжалась и мучительно застонала. Цвет лица у нее был бледно-зеленый.

- Простите, как вас по имени-отчеству? - прервал разговор Денис.

Врач помедлил, внимательно посмотрел на него. Уголки губ его поднялись вверх, словно намечая улыбку.

- Владимир Васильевич.

- Владимир Васильевич, девушке плохо и больно. Принесите, пожалуйста, морфий, новокаин, или что у вас там! – Денис дернул головой. - Или, хотите, я сбегаю? Только скажите, где искать.

Врач быстро ответил. Даже быстрее, чем нужно – по мнению Дениса. «Что у него там, заначка в сейфе? – подумал он. – Списанные обезболивающие налево сбывает?» И тут Денису стало легче. Конечно! Да, это бы объяснило странное поведение врача… «Не волнуйся, чувак, нам нет до этого дела. Крути свои аферы. Только принеси нам обезболивающие и все».

- Я сам, - сказал врач. – Вы… вы не найдете… Я быстро, не переживайте. Да, это важно: постарайтесь не отходить от больной. Говорите с ней. Это важно.

В палате было две двери, оба вели в центральный коридор. В левую быстрым шагом вышел врач и закрыл дверь за собой. Щелк. Щелк.

Оля обошла помещение и, игнорируя мертвенно бледную Аню, осмотрелась. Ее красивые ноги в золотистых кроссовках ступали легко и беззаботно. Денис даже позавидовал. У Оли не было никаких забот, ей не нужно было действовать, принимать решения – как ему, Денису. Оля была на экскурсии.

- Выглядит, как психбольница, - вынесла она вердикт.

- Да-да, можешь чувствовать себя как дома, - съязвил Денис.

- Дурак!

Женя подошла к Денису, взяла за руку и отвела немного в сторону.

- Денис. Этот… доктор… сказал, что слышал, будто мы на машине. Тебе не кажется это странным?

- И что? – отмахнулся Денис. После того, как он разгадал, что с доктором не так, ему стало легче и проще. - Слышал и слышал, мы вовсю орали.

«И перепрятал свою наркоту», подумал он насмешливо. Ха-ха.

Но Женя покачала головой.

- Мы говорили про машину, когда в первый раз здесь были. Если он нас тогда слышал, почему сразу не открыл?

- Жень! Ну, какая на фиг разница? У тебя, что, паранойя развилась? Может, человек на толчке сидел, думал о вечном. А тут мы. Нам вообще повезло, что мы на него наткнулись…

Аня дернула головой, открыла глаза и посмотрела на Кешу. Потом, видимо, решилась.

- Кеша! - позвала она. – Кеш! Пожалуйста!

Тот нехотя подошел. Глаза Ани лихорадочно блестели.

- Кеша, я… прости меня. Знаю, я сильно тебя обидела…