Шимун Врочек – Холодное пламя жизни (сборник) (страница 55)

– В общем, Юр, держись ко мне ближе, а от Града подальше. Подальше, я сказал! Везение – не триппер, при близком контакте не подцепишь.

Запасы убежища когда-то казались бесконечными, но это на самом деле было неправдой. Меньше пяти лет – не вечность, но этого хватило, чтобы я дожил до своих пятнадцати… И чтобы крысы сожрали то, что не успело испортиться. Топливо, пригодное для дизелей, мы так и не нашли. Мы… Я в поисках не участвовал, но уже прекрасно осознавал, что вокруг творится: бункер постепенно подыхал, света не давали, а отопление включали только ночью, чтобы народ насмерть не померз. Днем и так все шевелились, чего включать-то?

И меня отдали в отряд разведчиков, тех, кто должен был дойти до города, чтобы попытаться как-то помочь оставшимся. Им сказали, что у мальчика тоже должен быть шанс. И я его получил.

Мама попрощалась со мной, а потом оттолкнула и только вслед бросила: «Не вздумай сюда возвращаться!» Я сначала не допер, но позже все понял. Остаться означало погибнуть наверняка. В пути я мог рассчитывать на удачу, и она не отвернулась от меня.

Оружие мне дали в руки еще в четырнадцать, ведь мужиков сильно не хватало. Раньше не давали, потому что его отдачей просто опрокинуло бы такую дохлятину, еще неизвестно, кто с кем лучше справился бы, я с АКСУ или он со мной. Про зверей и не говорю. Через пять лет они стали уже почище, фонил только каждый третий олень или кабан, но их нужно было еще отыскать. Хищные твари отрастили страшенные зубы, когти и неумеренный аппетит – тоже. Правда, убивать дистанционно умели только менталы да человек, так и крутились мы в Тверской губернии, как могли. То нам олень достанется, то им – еще и пара охотников вместе с оленем. В общем, не хватало поэтому мужиков… А заводское убежище ветшало, нижний этаж заливало водой, да и на верхнем тоже кое-где без резиновых сапог было не пройти. «Не вздумай возвращаться!» Я и не думал, не дурак, поди.

Удивили многоэтажки! Как ни описывали сталкеры эти дома, но Юрка упорно представлял себе то несколько станций будто друг на друга поставленных, как помещения под платформой, то палатки, тянущиеся ввысь, и обязательно с приставными лестницами. Про лестницы-то он забыл спросить. А они внутри домов оказались. И высота этажей этих самых оказалась побольше, чем он думал. Пока дома разглядывал – и страх открытого неба схлынул. Даже неудобно стало под взглядами более опытных. Сталкеры столпились вокруг новичка и ждали, не упадет ли в обморок, не закричит ли от страха. А все быстро закончилось. Град похвалил! Сам Град.

– Ну, раз никто не обосрался, тогда пойдем, время – рентгены. – Владимир Львович неторопливо двинулся вдоль улицы по тротуару, бойцы – за ним, настороженно водя из стороны в сторону стволами автоматов. Юрка высмотрел среди них Андрея, но сейчас тот ничем не отличался от остальных. И химза такая же потертая, и движения плавные, текучие, и оружие не круче, чем у всей группы.

Сталкеры держались вместе, Артамонов только указывал, какой дом обыскивать, отправляя боевые тройки по подъездам. Из окна с визгом выскочил потревоженный синяк, снятый на лету командирской очередью.

– Вот смотри, Юр… Ты же про них только слышал.

Юрка о синяках знал уже все! Полгода назад крупные ящерицы, небывалые в этих местах, начали попадаться сталкерам. Точнее, это сталкеры начали попадаться им, потому что первая встреча с этими существами закончилась плохо. Напарник погибшего лишь на минуту потерял из виду его, завернувшего за угол улицу осмотреть. И нашел уже облепленное ящерами обглоданное почти до костей неживое тело. От его вопля твари брызнули во все стороны, сверкая синей чешуей. Зимой эти рептилии, видно, где-то спали, а к лету их расплодилось вовсе невиданное количество. Теперь Юра рассматривал василькового цвета пластинки, трогал пальцем – твари были не ядовиты, – длинный хвост еще продолжал подергиваться. Надо же – голову вдребезги разнесли, а хвост как живой. Этим и были опасны синяки, удивительно живучие, злые и всегда голодные. Это сталкеры сказали, что цвет у чешуи васильковый. Некоторые, правда, утверждали, что синий он, как чернила в станционной канцелярии. Теперь Юрка видел, каковы твари на самом деле. Ростом почти с него самого, ходят на двух ногах, да не ходят – скачут до третьего этажа!

– Ты про слизь помни. Они то ли яйца откладывают, ящеры чертовы, то ли икру мечут. Ну, Юр, пора, ваша тройка следующая. В тот подъезд, где у входа пакет красный валяется, быстро проверить – и назад.

Экспедиция выдвинулась в направлении Москвы. Ну, по пути в другие населенные пункты тоже заглядывали, но все-таки верили в наш старый метрополитен. Наш. Я ведь тоже его видел целых два раза. Интересно, по каким билетикам туда теперь пускают? Старшие говорят, Москва – резиновый город, все поместились бы. Да и нам же туда не надолго… Только мастера бы найти по дизелям да химика, чтобы научил, как топливо до кондиции доводить, какими присадками.

Скоро нам понадобилась химзащита, Михалыч померил фон и сказал, что теперь все должны носить противогазы. И раздал морды резиновые с хоботами. Сам ГП-7 нацепил, у него-то ничего до колен не болталось. Но и следил за своей командой в оба стеклянных глаза. Особенно за мной – пацан ведь еще вроде как.

Я умею двигаться без шума, стрелять из автомата, а если надо – быстро убегать. Я умею выживать и оставаться живым. Уже умею! В первый раз увидев того зубастика в чешуйчатом панцире, я драпанул до лагеря с такой скоростью, что тварь едва догнала. Все-таки догнала. У самой нашей стоянки, угодив под огонь пяти «калашей», но пули ее свалили далеко не сразу. Мне с дерева было хорошо видно. Выкопанная позже на этом месте яма вместила и мутанта и три тела его жертв. Соленый, Пашка и Иванов. Не помню я его имени, его так все по фамилии и называли. Полез он вслед за мной на дерево, только мутант, оказалось, лазит еще лучше. До меня не добрался, я легкий, на самую верхушку сумел затыриться, а Иванову она прямо там ляжки жрать начала. Сидит на ветке, шею вытянула и жрет. Голодная, наверное. Тут ее остальные из автоматов наземь и сшибли, и Иванова заодно. Я все боялся, что в меня попадут, но обошлось. А потом еще и врезали, что мута в лагерь привел. А что было делать? Сами послали за дровами в лес, мне что, глубже в чащу бежать надо было?

Осталось нас пятеро всего. Михалыч сказал, что дойдем и впятером. И нафигачил на меня такой мешок с провизией! Что я еле ноги переставлял. Пятеро – это много. Я же столько не унесу, сдохну по пути.

Взбежавший без передыху на девятый этаж Юрка теперь отдувался и еле шел вниз по ступенькам на дрожащих от усталости ногах. Сил едва хватало на то, чтобы оглядываться, не пропустить слизистый след или блеснувшую синюю чешуйку. Полагался на остальных, успокаивая себя: он же в первый раз… В первый раз по лестнице. Не знал, что это так тяжело! Град точными движениями водил из угла в угол стволом, фонарь был прикреплен прямо к автомату. Юрию такого не досталось, но выручал налобный светильник. Только вот напарники ругались, когда не в лад вертевший головой стажер слепил глаза ярким лучом. К пятому этажу и он понял, что заскакивать в квартиру надо спиной вперед, отходя в угол, проверять за дверями и мебелью, спинки кроватей и коробки шкафов тоже могли скрывать какого-нибудь мутанта. Но пока парень видел только пыль и пепел, серые, окрасившие весь мир в один цвет, везде в комнатах обугленные тряпки и много-много трупов. Нечего здесь было искать добытчику. Совсем близко рвануло и повыжгло все. Только васильковые – теперь он знал, как это – ящеры, прозванные синяками, и могли немного оживить тусклую картинку.

– Чисто, – отрапортовал проверивший очередную незапертую квартиру Град.

– А если дверь не просто так не открывается? – попадались и такие, которые не вышибло взрывной волной вместе с коробкой, вполне целые.

– Тогда ищи синяка, у которого ключики в лапках звенят. Он, уходя, и закрыл за собой, – отшутился Андрей, ныряя в очередной темный проем.

Юрий подергал дверь. Нет, конечно, не мутанты заперли ее, теперь, стерев пыль и копоть, он заметил, что стена треснула по периметру рамы, просто кто-то основательно укрепил вход в свое жилище.

– Командир зовет, всем назад.

Артамонову было нелегко решиться разделить отряд, но если они будут ходить все вместе, то и не стоило затевать поиски с таким количеством людей. И, распределив бойцов по секторам, раздав напутствия быть осторожными и внимательными, – да пусть лучше живой синяк, чем мертвый сталкер! – он посмотрел и на Юрку.

– Пойдешь со мной.

– Владимир Львович, а можно мне с ним?..

С кем – даже переспрашивать не пришлось. Ругая в мыслях на чем свет стоит и Градова, и стажера, и то, что в сталкеры тот пошел, видно, вслед за своим примером для подражания, командир раздумывал. Андрея он знал еще с тех пор, как тот не старше Юрика был. Сам готовил, да немногому там уже научить-то пришлось, парень попался очень способный, только вот совсем без страха… Не удивлялся ничему, будто в жизни повидал не меньше старика. И не спросишь – улыбается и смотрит будто сквозь… Не такой Юрка, совсем не такой, куда же тогда лезет?

– Андрей, головой ответишь. Есть голова-то? Или весь смысл жизни в автоматный рожок помещается?