Шеррилин Кеньон – Ничей сын (страница 67)

― Ты же реально не веришь в ерунду, которую мелишь, верно?

― Ты ― демон! Во что мне верить? Ты переспал со мной только для того, чтобы добраться до щита моего отца. Разве это не отличный план, наградить меня ребёнком, который сможет им воспользоваться?

Бред сивой кобылы, но они уже однажды спорили на этот счёт, что Торн хочет заполучить волшебный щит, который ему нахрен не нужен. Бригита не желала видеть в нём нечто большее, нежели оружие его отца.

Но он соблазнил её по иной причине.

Какое-то время в её драгоценных объятиях он чувствовал себя нормальным. Влюблённым и счастливым.

Жаль, что чувства оказались не взаимны.

Торн вытер кровь с распухшей губы.

― Это не единственная причина. Ты сногсшибательная, пока не распускаешь руки.

Она просверлила его взглядом.

Торн собрался с духом, обдумывая последствия их связи.

― Итак, что ты планируешь делать с ребёнком?

― Я хотела вырвать его из утробы в тот же миг, как узнала о беременности, но как мне предсказали, я умру в процессе. Поскольку в нем течёт кровь демона, я обязана его родить.

Эти слова ранили до глубины души. Торн бы всё отдал, чтобы хоть раз его посчитали большим, чем презираемым потомством отца.

― Он будет демоном лишь на четверть.

И то, только благодаря Паймону, который смешал часть своей ДНК с ДНК Нуара, когда тот выполнял приказ.

Всё благодаря Джейдену.

― Даже одной капли достаточно.

Он поморщился. Конечно, с этим не поспоришь. Ему ли не знать.

― Тогда, отдай его мне. Я сам его воспитаю.

Её глаза вспыхнули гневом.

― Я скорее перережу ему горло после рождения.

― Значит, планируешь оставить его себе?

Бригита покачала головой.

― Я планирую оставить его там, где ты никогда его не найдёшь. Надеюсь, дитя будет смертным и быстро умрёт после рождения. Если нет … Я позабочусь об этом.

Торн впился в неё взглядом.

― Ты говоришь о своём сыне!

― А что по-твоему я должна делать? Вскармливать молоком богини? С какой целью? Сделать сильнее?

Эти слова задели его за живое.

― Бригита... ― Он придвинулся, желая прикоснуться к ней.

Она быстро отстранилась и обожгла его горькой ненавистью похлеще яда.

― Никогда больше не прикасайся ко мне. Иди к Нуару и расскажи о своей неудаче. Никто из вас никогда не завладеет этим ребёнком.

С этими словами она покинула его.

Бригита вернулась в свои покои. Страх и отвращение в душе боролись с любовью, которую она испытывала как к соблазнившему её демону, так и к подаренному им ребёнку.

«Как я могла быть столь наивна и глупа?»

Но в этом заключена величайшая сила Торна. Способность обманывать и вызывать доверие врагов, когда тем следует остерегаться.

Да, он изворотливый ублюдок. А она была так одинока все эти годы. С тех пор, как убили её мужа, а Туиреанн[41] до смерти оплакал потерю сыновей. Собственное горе сделало её слабой. Бригита жаждала утешения и дружеского общения.

Какое-то время она считала Торна самым совершенным мужчиной из когда-либо рождённых. Лишь он смог облегчить боль, терзающую её сердце. Наполнял дни и ночи таким огромным счастьем.

Пока Гвин ап Нудд не раскрыл ей правду об истинной сущности Торна.

И кому тот служит.

Нуару. Древнейшей, тёмной, первобытной силе зла. Самой худшей из всех сущностей.

Прикрыв глаза, она положила руку на живот. Её сын едва ли достигал размеров фасолины.

― В твоём сердце будет заложена способность творить величайшее добро.

Или худшее из всех зол.

 ― Что тебя тревожит, дочь?

Она обернулась на мелодичный голос матери. В образе девушки Морриган как всегда была прекрасна. Волосы цвета воронова крыла были заплетены вокруг головы в замысловатую косу.

Не подумав, Бригита бросилась к матери и крепко обняла.

― Что я наделала?!

― То, что мы делаем всё время. Ты последовала зову своего сердца, и оно привело тебя туда, куда тебе хотелось. ―  Мать прижала ладонь к животу Бригиты. ― Дыши, дочка. Всё будет хорошо.

― Ты знаешь наверняка или веришь в это?  

― А есть разница? Мы сами создаём правду из того, во что верим.

Бригита нахмурилась.

― Так сказали богини судьбы?

― Кому лучше знать правду?

Она права, сколь бы ненавистен был сей факт.

― Никто никогда не должен узнать, кто его отец.

― Тогда не признавайся.

Бригита кивнула. Да, она сохранит всё в тайне. И позаботится о том, чтобы её сын всегда был в безопасности. Навсегда недосягаемый для зла. Он сын Туата Де Дананн, хотя ей, вероятно, следовало бы лишить его права первородства. Он последний из её сыновей. Бригита чувствовала это каждой частичкой своего божественного существа.

Она уже похоронила одного сына и не хотела терять другого.

― Я назову его Кадугаун. Сын битвы и славы.

И подарю ему не только жизнь, а дам то, что не осмелилась доверить никому другому. Единственное, что защитит его от вреда и сбережёт ото всех напастей.

Щит её отца.

До тех пор, пока Кадугаун не прольёт человеческую кровь, он будет в безопасности и недосягаем для своего отца.

Мать пальцем попыталась разгладить складки на лбу Бригиты.

― Хорошее и плохое живёт в сердце каждого из нас. Именно выбор, большой или маленький, который мы делаем каждый день, определяет наше будущее. Верь в своего ребёнка, Бригита. Ибо, в нём течёт не только кровь его отца, но и твоя. В ту секунду, как он покинет твоё тело, его жизнь будет принадлежать только ему. И как любому живому существу, ему мужественно придётся встретиться и сразиться лицом к лицу с врагами, и тем, что те на него натравят. Споткнётся ли он, упадёт или в конечном счёте одержит победу ― это решение может принять только он сам. Ибо в жизни нет настоящих неудач, дитя. Стоит сдаться всего на один день, и нам не добиться успеха.

― Но если он объединится со своим отцом?