Шэрон Гослинг – Книжный на маяке (страница 60)

– Руки? – Иди взглянула на их сомкнутые ладони. – Что ты имеешь в виду?

– Она заметила, что ты теряешь ловкость рук, – пояснил он. – Что пальцы стали менее гибкими. Поэтому она не хотела ехать в колледж. Не хотела оставлять тебя одну, если тебе станет хуже.

Иди задумалась.

– Так вот почему тогда вы спустились так поспешно, вот почему ты сказал, что, если я выйду за тебя, Джилли уедет в колледж…

Эзра притянул ее к себе.

– Нет, – решительно ответил он. – Я сделал тебе предложение не только поэтому, Иди Странг. Это был повод, но не причина. Иди, я более чем уверен, что, если бы пятнадцать лет назад мы не оказались такими неуверенными в себе дураками, я бы уже давно позвал тебя замуж. Не хочу больше недоразумений. Я люблю тебя, хочу на тебе жениться, и, если бы можно было перевести часы на несколько лет назад и сделать это тогда, я бы это сделал. Ясно?

Иди взглянула на него и поверила его словам. Без оговорок.

– Да, – ответила она. – Ясно.

Он обнял ее, прижал к себе и опустил подбородок ей на голову.

– Вот и хорошо. А теперь пойдем пообедаем в том самом месте, что пятнадцать лет не давало нам покоя.

Джилли так и не показала Иди экзаменационную работу – даже в день отправки портфолио, когда упаковывала его перед выходом.

– Но почему? – спросила Иди. – Я знаю, что на портрете есть я. Вдруг я смогу помочь? Лишняя пара глаз никогда не помешает, Джилли, разве я не учила тебя этому?

Джилли решительно покачала головой.

– Вы учили меня, что нужно смотреть на мир своими глазами, лишь тогда можно добиться уникального художественного восприятия, – заметила она. – Это мой экзамен, Иди.

Иди вздохнула:

– Ну, хорошо. Но когда-нибудь ты ведь покажешь мне гравюру? Позволь напомнить, что ты заставила меня позировать. Я – героиня этого портрета. По крайней мере, ты так сказала. – Тут ее осенило, и она с подозрением спросила: – Погоди, ты поэтому не хочешь показывать мне картину? Ты передумала и вырезала меня с портрета, теперь там только Эзра?

Джилли покачала головой.

– Иди, вы ведете себя как ребенок. Нет, я вас не вырезала, на портрете вас по-прежнему двое, а ответ на первый вопрос – может быть, покажу, если будете вести себя нормально и прекратите меня донимать. Ясно? – Она закончила упаковывать рисунки и сделала глубокий вдох. – Ну, вот и все. Я готова.

Несмотря на легкую досаду, Иди почувствовала, как ее сердце запело от ликования.

– Не нервничай. Ты блестяще сдашь экзамен.

Джилли презрительно фыркнула:

– Откуда вы знаете? Мы же только что спорили из-за того, что вы не видели картину.

Джилли направилась было к выходу, но Иди положила руку ей на плечо.

– Эй, – сказала она, – я знаю, потому что иначе просто быть не может. Ты прекрасная художница, Джилли, и за последние несколько месяцев очень продвинулась. Для тебя это начало потрясающей новой главы. Я точно знаю.

Джилли моргнула, и на миг Иди показалось, что девушка заплачет. Но та лишь шмыгнула носом.

– Что-то вы расчувствовались, – сказала она. – Возраст, наверное.

В Грейт-Данбаре они отправили портфолио и решили пойти пообедать. Рэйчел велела Джилли взять в этот день выходной, и спешить было некуда, так что они нашли на окраине города парковку, оставили машину и пошли пешком. У Иди улучшилось настроение. Впервые в жизни ей казалось, что все идет как надо. Давно пора, подумала она.

– Что это с вами? – спросила Джилли и как-то странно на нее посмотрела.

– В смысле – что?

– Идете и улыбаетесь, как дурочка.

– А ты бы предпочла, чтобы я расхаживала с кислой миной?

– Нет, просто удивительно, что вы в кои-то веки решили изменить своим привычкам.

– Я просто счастлива, – сказала Иди. – Вот и все. Я счастлива.

Джилли улыбнулась.

– Поскольку вы в таком хорошем настроении, почему бы нам не зайти в свадебный салон, раз мы уже в городе?

Иди застонала, хоть и для виду. Ей вдруг показалось, что не такая уж это кошмарная идея – пойти и выбрать свадебное платье.

– Это обязательно?

– Просто посмотрим, – пообещала Джилли. – Откуда вы знаете, может, сразу увидите свое идеальное платье. Может, оно только вас и ждет.

Иди покорно разрешила отвести себя в единственный свадебный магазин в городе, который находился не на главной улице, а в отходившем от нее узком переулочке. Платье в витрине ей не понравилось – оно напоминало многоярусный свадебный торт из тюля, а корсет с жесткими косточками походил на те, что она носила в 1960-е, только в черном цвете и не на свадьбу.

– Бр-р, – поежилась она, когда Джилли направилась ко входу, – кажется, я передумала.

– Ну уж нет. – Джилли схватила ее за запястье. – Теперь не сбежите.

Интерьер салона был оформлен во всех оттенках кремового, тут и там стояли бутафорские древнегреческие колонны, тихо играла классическая музыка. Иди сразу поняла, что для нее тут не найдется подходящего платья: все они были предназначены для молодых. Попыталась повернуться к двери, но Джилли вцепилась в нее мертвой хваткой. Из подсобного помещения вышла женщина с идеальным макияжем и прической. На вид ей было лет тридцать с небольшим, и в свободное время она наверняка перемывала косточки женщинам, которые проходили мимо витрины по улице. У Иди свело спину.

– Здравствуйте, – приветливо улыбаясь, произнесла продавщица, – чем могу помочь?

– Ничем, – отрезала Иди.

– Вообще-то, можете, – сказала Джилли. – Моя мама выходит замуж и хочет посмотреть платья.

Женщина повернулась к Иди и ослепила ее тысячеваттной улыбкой:

– Поздравляю! Чудесная новость. Вы уже определились со стилем?

Иди опешила оттого, что Джилли назвала ее мамой, и еще не оправилась от шока.

– Нет, – резко ответила она. – Но только не такое. – Она указала на платье в витрине.

Продавщица и бровью не повела.

– Посмотрим, что у нас есть. Кстати, меня зовут Энни. А вы…

– Иди, – ответила Иди и перевела взгляд на Джилли: – А мою дочь зовут Джилли.

– Очень приятно с вами познакомиться, – сказала Энни, даже не подозревая, как важен для ее собеседниц этот момент. – Иди, позвольте…

Энни потянулась и коснулась пальцами подбородка Иди, повернув ее лицо прямо. Затем отошла и окинула ее взглядом с головы до ног. У Иди вдруг возникло ощущение, что ее оценивают, как искусствовед мог бы оценивать произведение искусства.

– Вы носите каблуки? – спросила Энни.

– Да, – ответила Иди, – только не как у стриптизерш.

– Иди! – воскликнула Джилли.

– Что?

– Извините, я на минутку, – сказала продавщица. – Сейчас вернусь.

Она скрылась в глубине подсобки, оставив за собой лишь тихую музыку и странную неловкость.

– Идем отсюда, – пробормотала Иди. – Тут нет ничего подходящего для женщины моего возраста.

– Нельзя просто взять и уйти, – сказала Джилли. – Подождите минутку. Откуда вы знаете?

– Да знаю я, – решительно отвечала Иди.

– Ну вот, – возвестила Энни о своем возвращении. – Иди, вы очень красивая, и у вас потрясающая фигура, так что здесь я с вами согласна – лишние рюши вам не нужны. Это платье – образец из новой коллекции, которую я еще даже не заказывала. Оно очень простое, но думаю, вы ищете как раз нечто подобное. Что скажете?

Иди уставилась на платье, которое Энни держала в руках. Оно было сшито из кремового шелка. Верх напоминал рубашку с короткими рукавами, а юбка ниспадала до пола; в талии платье было перехвачено широким ремнем того же оттенка.