Шеннон Маккена – Жаркая ночь (страница 27)
– Мы везде закинем удочки, – заверил ее Клиланд. – Технические свидетельства тоже учитываются. – Он протянул Эбби свою визитную карточку. – Вспомните что-нибудь еще – перезвоните. А теперь можете идти.
Взяв Эбби за локоть, Зан помог ей подняться.
– Пойдем, дорогая, – ласково сказал он. – Пойдем домой.
Пока они ехали к дому Эбби, в машине стояла тишина. Надо было что-то сказать, чтобы утешить ее, подумал Зан, но перед лицом такой откровенной, жестокой трагедии все слова были слабыми, банальными и глупыми.
В его душе было пусто. Последний раз он видел мертвое тело той жуткой ночью восемнадцать лет назад… а до этого был отец, лежавший в гробу в своем лучшем синем костюме.
Опыт не становится ценнее от повторения. Печально вздохнув, Зан из-под полуопущенных век посмотрел на Эбби.
– Ты в порядке?
Она обратила к нему огромные, полные печали глаза и покачала головой.
– У тебя по крайней мере есть кто-нибудь, кто сможет побыть с тобой сегодня? Может, какая-нибудь подруга?
Лицо Эбби сморщилось.
– Элани была моей лучшей подругой.
Зан нахмурился.
– О черт! Эбби, пожалуйста, не надо.
– Она была такая ласковая, такая отзывчивая и совершенно не заслужила такой конец.
– Согласен. – Зан обнял ее, и Эбби спрятала лицо у него на плече.
– Я найду и убью этого Марка, – глухо проговорила она.
– Конечно, так и сделаешь. – У него все еще не было ответа на главный вопрос, и пока она плакала, он боялся его задать.
– Я пойду с тобой.
Вытерев слезы, Эбби кивнула, потом, выйдя из машины, открыла дверь, и они прошли наверх.
На этот раз Эбби не стала зажигать свет на кухне, а направилась прямиком в гостиную и там включила маленькую лампу под красным абажуром. Потом из стеклянного шкафчика достала бутылку бренди и, наполнив два бокала, один протянула Зану.
– Клиланд не принял меня всерьез. – Она пригубила бренди. – Я поняла это после той шутки по поводу нарушения общественного порядка. Теперь мне нет веры: я просто городская сумасшедшая, которая придумывает душераздирающие истории…
Зан пожал плечами.
– Полицейские все такие. Они столько всего навидались, что их уже почти ничем не удивишь. Скажи лучше, ты можешь кому-нибудь позвонить и попросить переночевать с тобой? Тебе сейчас нельзя оставаться одной.
Эбби покачала головой:
– У меня никого нет, ни родителей, ни братьев, ни сестер. Когда-то были друзья в Атланте, но уже три года, как я их не видела. Чтобы заиметь новых друзей, которым можно было бы позвонить в четыре утра, требуются десятилетия. Вот Элани может… – Она замолчала, глотая слезы. – Я имела в виду – могла. Элани могла сделать все ради меня. – Забрав у Зана пустой стакан, Эбби включила музыку – нервное биение баса и ударных под жалобные причитания сопрано саксофона, поставила стакан и положила руки ему на плечи. – А ты, Зан? Могу я позвонить тебе в четыре утра? Или это против правил – звонить фантастическому тайному любовнику? Может, я должна просто сидеть и ждать?
– Игра закончилась, Эбби. – Голос Зана звучал непривычно тихо.
– Неужели? Никогда не думала, что это игра. – Эбби крепче прижалась к нему, и он ощутил, как тяжелы ее груди. – Я в глубоком космосе. Зан, верни меня назад, на Землю!
Расцепив объятия ее тонких рук, Зан отстранился от жара, исходившего от нее, и теперь держал ее на расстоянии вытянутой руки.
– Я не могу…
Эбби выпрямилась.
– Неправда, можешь!
– Будь ты моей женой или подружкой, мы бы уже лежали в постели и успокаивали друг друга, вспоминали, что мы то живы и жизнь прекрасна. Но я… Я просто не знаю, кто я тебе.
– Ты тот, кого мне хочется этой ночью. Разве этого не достаточно?
– Нет. Я недостаточно хорошо знаю тебя, хотя хочу не меньше, чем если бы знал. – Зан перевел взгляд вниз на свою вздувшуюся ширинку. – Посмотри, если сомневаешься: моя искренность видна невооруженным глазом.
Эбби застонала, потом отбросила волосы с лица и выпрямила плечи. В этом жесте было что-то такое непривычное, от чего Зан вздрогнул.
– Тогда уходи! – сказала она.
– Эбби…
– Не надо, я все понимаю. Ты стараешься поступить как нужно. Это восхитительно. Поступай и впредь так же. A тeперья ступай.
Неловко спотыкаясь, Зан двинулся к двери.
– Спасибо, что помог мне. Не знаю, что бы я делала без тебя!
Спустившись вниз, Зан сел в машину и нажал на газ с такой силой, словно пытался спастись от неведомой опасности, от которой не было спасения.
Глава 11
Надев белые перчатки, Эбби осторожно вынула из ящика золотой ковчег «Агнец Божий» и смахнула с него легкий налет бумажной пыли. Стоило ей только взглянуть на него, как усталость, безразличие и печаль куда-то пропали, сменившись благоговением. Ковчег был выполнен в виде золотой книги с изображением Святого Иоанна Крестителя на обложке, инкрустированной драгоценными камнями. Внутри лежали восковые подушечки, приготовленные из пасхальных свечей и мирры.
Перед этим Эбби только что закончила составлять отчет о сохранности потрясающего столового сервиза из позолоченного серебра, созданного, чтобы украшать обеденный стол офицеров затонувшего галеона. А до того она распаковывала золотые и серебряные монеты, отчеканенные в Испании, Португалии и в других концах Нового Света.
Мысль об Элани не отпускала Эбби. Элани могла часами говорить об истории и значении каждого такого предмета, она с ума сходила по всем этим сокровищам. Дизайн выставки: освещение, таблички с пояснениями, порядок расположения – все было плодом деятельности Элани.
Рассматривая ее записи, сделанные бисерным каллиграфическим почерком, Эбби чувствовала, как у нее сжимается горло.
Чтобы случайно не намочить перчатки, она вытерла брови рукавом. Распаковка экспонатов – длительная и утомительная работа, для которой у Эбби не хватало сноровки. Она была чистейшей воды администратором. Однако Нэнси – куратору музея – требовалась помощь, поэтому Эбби и оказалась здесь.
– Привет. Ты ведь не откажешься от куска пиццы, которую мы заказали? – спросил, подходя к ней, Дови. – Ты не ела уже часов двенадцать.
Глядя в озабоченное лицо Дови, Эбби попыталась улыбнуться, хотя при мысли о пище ее желудок свело судорогой.
– Мне нужно закончить отчет о состоянии этого ковчега. Потом возьму кусочек, обязательно…
Не успела она договорить, как в комнату влетела Бриджет и, окинув Эбби критическим взглядом, решительно заявила:
– Тебе нужно поесть, а то ты бледная как полотно. Ты что, собираешься довести себя до полного истощения?
Эбби покачала головой:
– Поверь, ничего подобного я не планировала. А ты почему переоделась? Уже уходишь?
Бриджет одернула элегантный блейзер.
– Обед с дамами из правления музея в отеле «У причала». Работа, работа и еще раз работа, – несколько напыщенно произнесла она. – И так без конца. А от вас требуется совсем немногое: вы должны распаковать выставку и до завтрашнего утра составить отчеты о сохранности, – заявила она. – Ребята, вам просто необходимо набрать темп.
Эбби оценивающе посмотрела на груду ящиков:
– Даже если мы все будем работать не покладая рук, к утру все равно не успеем.
Бриджет широко раскрыла глаза.
– Мне не вполне нравится твое отношение к работе, Эбби. Учитывая то, что до открытия меньше недели, нам не раз придется оставаться здесь на ночь, а ты слишком носишься с собой, все время хнычешь и моришь себя голодом. Ради Бога, очнись. Ты не единственная, кто расстроен этим досадным событием.
– Расстроен? – повторила Эбби, не веря своим ушам. – Досадным?
– Господи, ну конечно! – Нахмурившись, Бриджет принялась энергично орудовать губной помадой. – Как будто Элани не могла выбрать более неподходящего времени. Меньше чем за две недели до открытия…
– Выбрала время? У тебя с головой в порядке? Она не «выбирала время», как ты говоришь! Ее убили!
Бриджет недовольно скривилась.
– Не спорю, это очень драматично…