Шеннон Чакраборти – Медное королевство (страница 110)

Он выдернул его, отбросив медную серьгу, как раз когда пар поглотил их. Нари в ужасе затаила дыхание. А потом он пронесся по коридору.

Мунтадир упал на колени, дрожа так сильно, что Нари слышала, как стучат его зубы.

– Что это было? – ахнул он.

Сердце бешено колотилось, эхо отдавалось в голове.

– Понятия не имею.

По его лицу текли слезы.

– Мой отец… Каве. Я убью его.

Пошатываясь, он поднялся на ноги и повернулся в ту сторону, откуда они пришли, держась одной рукой за стену.

Нари заступила ему дорогу.

– Сейчас не это важно. – Он уставился на нее, подозрение исказило его лицо. – Это ты…

– Нет! – огрызнулась она. – Действительно, Мунтадир? Я сейчас скатилась с лестницы, чтобы спасти тебя.

Он покраснел.

– Мне очень жаль. Я просто… он… – Его голос надломился, и он грубо вытер глаза.

Печаль, вложенная в его слова, притупила ее гнев.

– Понимаю. – Она откашлялась, вытянув связанные запястья. – Ты можешь снять это с меня?

Он высвободил свой ханджар, быстро разрезал веревку и помог ей освободиться от железных наручников. Она вздохнула с облегчением, когда ее силы обожгли ее вены, и ее покрытая волдырями кожа и темные синяки мгновенно зажили.

Мунтадир открыл было рот, чтобы заговорить снова, но тут в коридоре раздался голос:

– Бану Нахида!

Это был Каве. Нари прижала руку к губам мужа, увлекая его в тень.

– Давай не будем выяснять, припасено ли у него в рукаве еще что-нибудь, – прошептала она. – Мы должны предупредить остальных Гезири во дворце.

Даже в тени она видела, как побледнело его лицо.

– Ты думаешь, он распространится так далеко?

– Это выглядело так, будто он остановился?

– Черт. – Ответ показался подходящим. – Боже мой, Нари… ты знаешь, сколько Гезири во дворце?

Она мрачно кивнула.

Внезапно раздался грохот, пол задрожал под их ногами. Это длилось всего секунду, а потом исчезло.

Нари собралась с духом.

– Что это было?

Мунтадира передернуло.

– Понятия не имею. Такое чувство, что весь остров просто трясло. – Он нервно провел рукой по бороде. – Этот пар… ты хоть представляешь, что это может быть?

Нари покачала головой.

– Нет. Он был похож на яд, которым отравили твоего брата, не так ли?

– Мой брат. – Выражение лица ее мужа потемнело, а затем паника охватила его лицо. – Моя сестра.

– Мунтадир, подожди! – закричала Нари.

Но он уже бежал.

Покои Зейнаб были не так уж близко, и к тому времени, когда они добрались до сада гарема, Мунтадир и Нари совсем запыхались. Шарф, которым она повязала голову в больнице, давно слетел, кудри прилипли к влажной коже.

– Джамшид всегда говорил мне, что я должен больше тренироваться, – задыхаясь, проговорил Мунтадир. – Мне следовало его послушать.

Джамшид. Его имя было как нож в сердце.

Она бросила взгляд на Мунтадира. Еще одна ситуация, где все только усложнилось.

– Твой отец арестовал его, – сказала она.

– Я знаю, – ответил Мунтадир. – Как ты думаешь, почему я стучал в дверь? Я слышал, Ваджед увез его из города. Мой отец рассказал Каве куда?

– Из города? Нет, твой отец ничего не говорил об этом.

Мунтадир застонал от разочарования.

– Мне следовало прекратить все это раньше. Когда я узнал, что он и тебя схватил… – Он замолчал, злясь на себя. – Он хотя бы сказал тебе, что ему нужно от Джамшида?

Нари колебалась. Гасан мог быть чудовищем, но он все еще был отцом Мунтадира, и Нари не нужно было сейчас добавлять горя своему мужу.

– Спроси меня позже.

– Если мы еще будем живы, – пробормотал Мунтадир. – Кстати, Али окончательно сошел с ума. Он захватил Цитадель.

– Было бы замечательно провести ночь в Цитадели, а не во дворце.

– Справедливое замечание.

Они прошли под изящной аркой, ведущей к павильону перед апартаментами Зейнаб. Богатая тиковая платформа плыла над каналом, обрамленная тонкими листьями стройных пальм.

Зейнаб была там, сидела на полосатом диване и рассматривала свиток. Облегчение Нари сменилось замешательством, когда она увидела, кто сидит рядом с принцессой.

– Акиса?

Мунтадир промаршировал по платформе.

– Конечно, ты здесь. Делаешь грязную работу моего брата, я полагаю?

Акиса откинулась назад, открыв меч и ханджар на поясе. Она сделала неторопливый глоток кофе из тонкой фарфоровой чашки, которую держала в руке, прежде чем ответить.

– Он попросил меня передать сообщение.

Зейнаб ловко свернула свиток, выглядя нехарактерно взволнованной.

– Кажется, Али был очень вдохновлен нашим последним разговором, – сказала она, запинаясь на последних словах. – Он хочет, чтобы мы сместили папу.

Лицо Мунтадира перекосило.

– Поздно, Зейнаб. – Он опустился на диван рядом с сестрой и нежно взял ее за руку. – Отец мертв.

Зейнаб отшатнулась.

– Что? – Когда он больше ничего не сказал, она поднесла руку ко рту. – Боже… пожалуйста, не говори мне, что Али…

– Каве. – Мунтадир потянулся к реликту сестры и осторожно вынул его из уха. – Он выпустил какой-то магический пар, который нацелился на них. – Он поднял реликвию и швырнул ее в глубину сада. – Это плохо, Зейнаб. Я видел, как он убил четырех охранников в считаные секунды.

Акиса вырвала свою реликвию, и та полетела в ночь.

Зейнаб начала плакать.