shellina – Аберфорт (страница 18)

— Откуда ты это знаешь? — Олег остановился и, прищурившись, посмотрел на брата. — Из личного опыта?

На этот раз молчание затянулось. Наконец Альбус разжал побелевшие губы.

— Я. Ее. Не. Убивал.

— Ты в этом уверен? — Олег сам не понимал, почему кидается на Альбуса. Видимо, это была естественная реакция тела.

— Я сейчас пойду заниматься твоей дуэлью, — процедил Альбус. — Надеюсь, за тот час, что меня не будет, ты не вляпаешься еще больше. Как преподнести причину Аврорату?

— Оскорбление чести и достоинства.

Альбус кивнул и вышел из комнаты.

Ему не удалось уговорить Падмора ограничиться ранениями. Дуэль должна была продолжаться, пока один из противников не упадет замертво.

Джозеф посмотрел на стол, на котором лежали завещание и письмо к сыну. Если он вернется, то сожжет письмо, но если нет… В этом письме он извинялся перед сыном и просил в его гибели никого не винить.

Когда Падмор нашел злосчастную пуговицу в комнате молодого и привлекательного кабачника, он понял, что Хельга перешла черту. То, что жена была ему неверна, Падмор знал. И он терпел, пока ее развлечения оставались тайными, а выбор любовников помогал ему работать и увеличивать благосостояние. Они чувствовали себя виноватыми перед Падмором, и тот этим пользовался. Но глядя на молодого Дамблдора, Джозеф понял, что этот случай стал последней каплей. Вызов был брошен и принят.

Джозеф мечтал, как уничтожит Дамблдора. Как придет домой и потащит Хельгу в кабинет, где стоял омут памяти, чтобы показать ей последние мгновения жизни ее любовника. А потом он отошлет ее на континент, выделив мизерное содержание.

Однако Джозеф не мог не предполагать и того, что Аберфорт сумеет выйти из их схватки победителем. Вероятность была ничтожно мала, но она существовала, поэтому Падмор приготовился.

— Ты готов? — в комнату вошел его старинный друг Винсент Нотт.

— Да, пошли, — Падмор поправил письмо и повернулся к другу.

— Зачем, Джеф? Хельга переспала с половиной Великобритании, — поморщился Винсент.

— Но среди этой половины не было много возомнивших о себе полукровок, — процедил Джозеф.

— Ты ставишь под угрозу все наши планы…

— Пошли, Винс. Неужели ты думаешь, что у мальчишки есть против меня хоть один шанс?

Дуэль состоялась на опушке Запретного леса, невдалеке от «Кабаньей головы». Погода была морозной, а небо поражало синевой.

— Мороз и солнце; день чудесный! — пробормотал Олег, поглядывая на прогуливающихся авроров.

— Что? — Альбус подошел к брату.

— Ничего, погода сегодня прекрасная.

— Аб, Падмор опасен. Он любит работать на ближних дистанциях, поэтому постарайся не подпускать его к себе…

— Я помню, — Олег еще раз посмотрел на авроров.

В это время на поляне появились Падмор и Нотт.

— Добрый день, господа, — к ним направился один из представителей власти. — Еще раз прошу вас решить дело полюбовно или хотя бы изменить условия дуэли, — Падмор покачал головой. — Хорошо, к барьеру.

Олег почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Он не боялся смерти, он знал, что от этой дамы можно ожидать. Но Олег очень не хотел умирать вот так глупо.

— Мантии долой, — голос Альбуса звучал глухо.

По правилам дуэлянты вообще должны были драться с обнаженными торсами и босиком, чтобы исключить мошенничество в виде применения недозволенных артефактов. Однако на улице стояла зима, и им позволили остаться в рубашках, брюках и ботинках. Секунданты подошли к дуэлянтам и быстро провели проверку на наличие запрещенных предметов.

Олег не чувствовал холода, несмотря на мороз. По спине побежали капли пота. Стоя на позиции, Олег с трудом заставил себя поднять палочку. Странное оцепенение сохранялось до тех пор, пока он не увидел летящий прямо ему в грудь красный луч. Сразу же вернулись звуки, а тело словно само собой отпрыгнуло в сторону.

Падмор не давал своему противнику ни секунды передышки, сыпал заклятьями с такой быстротой, что у Олега не оставалось ни единого шанса на ответный удар — он мог лишь уворачиваться и отступать, не позволяя Падмору приблизиться.

Мимо пролетел зеленый луч Авады, и только тогда Олег понял, что все это происходит с ним на самом деле. Внезапно он почувствовал злость на этого напыщенного кретина, который не мог вовремя утихомирить свою жену; на Игрока, из-за которого он оказался в подобной ситуации; на авроров, которые вместо того чтобы арестовать Падмора, внимательно наблюдали за происходящим. Но больше всего Олег злился на самого себя. Причем он совершенно не жалел, что наставил Падмору рога с его сексапильной женушкой, нет. Олег злился, что ушел в глухую оборону, что не может ответить на нападение, потому что ему не хватает для этого умений и опыта.

Злость придала ему сил. В очередной раз увернувшись от Авады, Олег сам сделал несколько шагов навстречу Падмору. Джозеф не ожидал такого маневра и на мгновение замешкался. Этой заминки хватило Олегу, чтобы выкинуть вперед руку с палочкой и крикнуть:

— Авада Кедавра!

Подобного хода Джозеф тоже не ожидал. Все это время он играл с мальчишкой, загоняя его в угол, чтобы красиво завершить дуэль смертельным заклятьем. Когда из палочки сжавшего зубы Дамблдора вылетел зеленый луч и понесся в его сторону, Джозеф даже не сразу поверил в то, что видит, а потом стало слишком поздно. Луч Авады вонзился прямо в грудь Падмора, и он упал на спину, не успев осознать, что уже мертв.

Олег медленно опустился на снег. Его тошнило, рот был наполнен вязкой слюной.

— Это откат от Авады, так всегда бывает, когда в первый раз… — тихо сказал Альбус, набрасывая на плечи брата мантию. — Пошли, все кончено.

— Что я должен еще сделать? — Олег с трудом поднялся на ноги.

— Ничего, его секундант все организует. Сейчас только в протоколе распишешься, что все прошло согласно Кодексу и никаких нарушений с твоей стороны выявлено не было.

Олег подписал протянутый ему пергамент, и, пошатываясь, пошел к таверне. Он еще успел услышать, как один аврор говорит другому:

— Когда уже найдется умный человек, который запретит эти мордредовы дуэли и эти мордредовы Авады?

Глава 14

После дуэли прошло уже три дня. Олег медленно приходил в себя и привыкал к мысли, что убил человека.

Меропа ни о чем его не спрашивала, только иногда Олег ловил на себе испуганный и сочувственный взгляд.

Все время Олег посвятил таверне, почти не выходя из зала с самого открытия и до того момента, когда нужно было закрываться. На второй день у студентов Хогвартса случился выходной с прогулкой в Хогсмид, и все обитатели «Кабаньей головы» были заняты из-за наплыва клиентов. Олег постоянно посматривал на дверь, ожидая, что вот-вот войдет Падмор-младший. Он совершенно не представлял, как будет вести себя с ним. К счастью, Падмор не пришел, и Олег ощутил невероятное облегчение, когда за последним посетителем закрылась дверь.

Все было так же, как и в предыдущие дни. Единственным исключением являлся Альбус, который просидел за стойкой весь вечер, пытаясь вовлечь Олега в разговор.

Наконец он поднялся и потянулся.

— Ты сегодня не очень-то разговорчив, — Олег пожал плечами. Говорить не хотелось. — Не хочешь, чтобы я тебя немного погонял?

— Нет, — Олег покачал головой. — Не нужно.

— Почему? Чего ты боишься?

— Я боюсь, что мне понравится, а мне действительно может понравиться, и что тогда? Да здравствует новый Темный Лорд?

— Чтобы стать Темным Лордом, одной тяги к насилию маловато, — хмыкнул Альбус.

— Ну, с чего-то же надо начинать. А насчет идеи — да любой бред подойдет.

— Например?

— Ну, как тебе это: «Долой браки по договоренности! Хотим сами выбирать, с кем нам спать!» Нравится? — Альбус покачал головой. — А вот восьмидесяти процентам молодежи понравится.

— А остальным двадцати?

— Остальные двадцать и так могут сами выбрать себе пару, им делить нечего.

— Ты странные вещи говоришь.

— О, это ты еще странных вещей, которые ведут к революциям, не слышал. Нет уж, мне моих навыков хватает. Вот в маггловский экономический колледж я бы с удовольствием поступил. А магия… На самом-то деле неважно, чем убивать, Авадой или кочергой — итог один. Для жертвы так и вообще никакой разницы нет.

— А щиты? — Альбус выглядел растерянным.

— Много ты знаешь щитов от убийственных заклятий? — Олег поморщился. — Тех, которых я знаю, вполне хватит, чтобы от подростков защититься, а от опытных убийц лишние знания все равно не помогут, так что я даже напрягаться не собираюсь. Знаешь, что я понял с тех пор, как начал содержать трактир? Все эти магические заморочки на самом деле плохо пригождаются в повседневной жизни. А для самообороны я ружье куплю. Как выяснилось, в случае чего у меня хватит духа им воспользоваться.

— Постой, ты боишься, что тебе может понравиться убивать?

Олег ничего не ответил, только задумчиво посмотрел на стойку.

Он знал ответ на этот вопрос, и этот ответ его не радовал. Честно говоря, он испугался, когда почувствовал мрачную радость от осознания того, что убил Падмора.

— Ну ладно, я, пожалуй, пойду. Ты все же подумай над моим предложением.