Шарон Ли – Дерзаю (страница 21)
— Это хорошо аргументировано. Я благодарю вас. — Она встала и поставила пустую рюмку на край письменного стола Присциллы. — Мне можно воспользоваться коммом?
Присцилла встала.
— Можешь воспользоваться этим, — сказала она. — Меня ждут на мостике.
— Спасибо… сестра. — Тут она улыбнулась — неожиданно и искренне. — Я рада, что могу это сказать.
Лиад
Штаб-квартира Департамента Внутренних Дел
Ящик имел площадь примерно пять квадратных футов, был тускло-черным и, на поверхностный взгляд, однородным.
Командир агентов, завершив проверку, которая отнюдь не была поверхностной, остановился у двери и посмотрел на напряженного техника.
— Я желаю посмотреть внутреннюю часть.
— Сию минуту, командир.
Техник извлек из кармана цилиндрик размером не больше указательного пальца, приостановился у двери и нажал на какой-то участок его черной поверхности. Никакого звука слышно не было, но когда командир снова повернулся к ящику, оказалось, что одна его стенка отъехала в сторону. Внутри было очень темно. Командир агентов достал из кармана фонарик, включил его и шагнул внутрь.
Внутренние размеры ящика оказались несколько меньше, чем можно было ожидать, глядя на него снаружи. Потолок оказался настолько низким, что командиру агентов пришлось опустить голову и сгорбить плечи. Более высокий человек вообще не смог бы там стоять: ему пришлось бы опуститься на колени прямо на жесткий металлический пол.
— Устройство, — неразборчиво заговорил техник от входа, — помещено в пол и боковые стенки. Если прислониться к стене, опуститься на колени или лечь на пол, то летаргия становится гораздо более сильной. Подопытный смог почувствовать ослабление своих способностей, которого не ожидалось — но которое может оказаться полезным. На коротком сроке было зафиксировано, что заметное уменьшение силы порождает в подопытном панику, граничащую с истерией.
Командир агентов прошелся лучом фонарика по внутренней части ящика, с удовлетворением отметив гладкие и почти ровные металлические стенки. На неподвижной стене был ряд маленьких вентиляционных отверстий — как было сказано в отчете, общим числом 33. Они предназначались для поступления воздуха — а если понадобится, то и введения газов. В самом центре «потолка» оказалось несколько углублений: это были микрофон и динамики для общения с заключенным или для воспроизведения тех звуков, которые могут потребоваться. В целом это было весьма неудобное помещение в нормальных условиях, но для представителей драмлиз — пытка.
— Насколько я понимаю, вы потеряли подопытного? — спросил он у техника, не оборачиваясь.
— Это так, командир. Первая драмлиза очень быстро оценила свое положение и смогла собрать достаточно силы, чтобы бросить в устройство под полом огненный шар.
Тонкий луч фонарика командира скользнул по полу и нашел черный потек, похожий на пятно жира, на полу почти у самых своих ног. Похожее пятно обнаружилось на середине стены, лицом к которой он стоял.
— Механизм получил повреждения?
— Тесты, проведенные сразу же после происшествия, показали, что устройство сохранило все рабочие характеристики, — ответил техник. — Видите ли, материал очень хорошо отражает ту энергию, которой пользуются драмлизы. Таким образом, огненная стрела отразилась от пола и стен и попала в подопытную, испепелив ее. Я виноват в потере материала.
— Все эксперименты чреваты расходами. Насколько я понял, вам удалось найти второго подопытного, несколько менее вспыльчивого.
— Было решено, что должная проверка требовала использования драмлиза с большими, а не меньшими способностями. Наш новый подопытный, как и первая драмлиза, очень силен. Однако он молод — и мы держим в заложницах его чалекет, что обеспечивает нам его сотрудничество. Кроме того, я обратил его внимание на пятна, которые вы обнаружили, сэр, и подробно объяснил ему, откуда они появились. — Техник сделал паузу. — Конечно, существует некоторая опасность, что он попытается покончить с собой, воспользовавшись этим способом, действенность которого доказана, но он, как я уже сказал, молод, привязан к своей чалекет и склонен верить в возможность спасения.
Продолжая горбиться, командир вышел из ящика, пятясь, и выключил фонарик. Выпрямив уставшие плечи, он снова посмотрел на техника.
— Вы дали ему надежду на то, что он может ожидать спасения?
Техник наклонил голову.
— Это представлялось наилучшей стратегией, с учетом необходимости скрывать эту разработку от драмлиз.
Командир быстро обдумал услышанное. При обычных условиях он не допускал подобных нововведений от жалких техников. Однако в данном случае, учитывая, как было сказано, необходимость экономить ресурсы… Он наклонил голову.
— Вы поступили правильно, — сказал он. Техник поклонился предельно низко. — Я хочу поговорить с подопытным через… — он справился со своим хронометром, — … четыре часа по стандартному времени. Предлагаю, чтобы время перед встречей он провел тут.
Командир небрежно махнул в сторону ящика. Техник снова поклонился.
— Командир, это будет сделано.
Литаксин
Лагерь наемников
Клонак оказался в лагере: он играл в покер с самыми отпетыми шулерами, каких Дааву случалось видеть за последние двадцать лет. Он без особой надежды подумал, что, возможно, Клонак позволит им сохранить свое достоинство — если не деньги.
Шадиа, будучи женщиной разумной, ушла отдыхать сразу же, как только стало можно уйти с обеда командора Кармоди.
Нелирикк — или Красавчик, как его называл командор Кармоди — пожелал остаться со страшной парой, которую он (без всякой иронии, насколько мог понять Даав) называл новобранцами. Пехотинец по имени Диглон оказался человеком флегматичным и скорее всего последовал бы разумному примеру Шадии. Однако привлекательная и послушная Хэзенталл была совершенно другой породы. Она была весьма недовольна, узнав, что ей не позволят сидеть на страже рядом с капсулой, которая скрывала и — если боги будут милостивы — лечила ее командира. Она с большой неохотой последовала с Нелирикком и Диглоном в казарму.
Таким образом, Даав, которому совершенно не хотелось спать и который был рад возможности остаться одному, сидел в темноте на скамье около капсулы с раненым исследователем, поджав под себя ноги и закрыв глаза.
Именно в такие моменты он чувствовал, что она сидит рядом с ним, уютно прижав колено к его ноге. Ее молчание полностью оправдывало его нежелание разговаривать. Эллиана, его спутница жизни. Умершая уже двадцать пять лет тому назад.
Даав вздохнул в темноте и почувствовал, как Эллиана утешающе положила руку ему на колено.
Он вдруг подумал, что и сам он такой же призрак, как она: его брат мертв и спутница брата тоже. Кто из членов Клана Корвал помнит Даава йос-Фелиума, который так давно покинул клан и домашний очаг? Конечно же, не его столь страшный сын, которого и исследователь, и командор-наемник называли просто «разведчик», словно в галактике существует всего один. Маленький мальчик, которого он плачущим передал заботам своей чалекет, каким-то образом стал мужчиной, которого почитает божеством икстранский солдат, побежденный им в рукопашном бою. Спутник жизни рыжеволосого бесенка, которого обожает Джейсон Кармоди.
— Что мы можем подарить этим кровожадным детям, нашим родственникам? — спросил он у темноты.
— Ну конечно же, действующего пехотинца, — отозвался у него в ухе теплый голос Эллианы, — и пару исследователей. Похоже, такой подарок они оценить сумеют.
Даав улыбнулся и едва удержался от соблазна потрепать по руке, которая не могла к нему прикасаться.
— О, действительно. И как удачно, что они попались мне по дороге.
Эллиана тихо рассмеялась, и он огромным усилием воли заставил себя не открывать глаз и не смотреть не нее. Вместо этого он ей улыбнулся и чуть слышно вздохнул.
— Командор Кармоди обещал сообщить даме нашего сына и попросить о свидании при первом же удобном случае, — сказал он. — Возможно, мы скоро ее увидим.
— Как ты думаешь, она примет икстранцев? — спросила Эллиана.
Даав снова вздохнул.
— Командор Кармоди считает, что это… возможно. И мы видели, что наш сын уже убедил ее взять одного икстранца…
— Удивительно убедителен этот твой разведчик, — поддразнила она его.
— Ты не можешь возложить за него вину на одного меня, — отозвался он с наигранной суровостью. — Ты не только с энтузиазмом участвовала в его создании, но и была совершенно очарована результатом.
— А ты, конечно, никогда не называл его «Дракончик» и не читал ему часами нелепые стишки, чтобы он уснул.
— Человек с моими заслугами и положением? Нет, конечно!
— Неправда, ах, неправда, ванчела! Для человека с твоим достоинством…
— О, так теперь мне не хватает достоинства?
Он забылся и произнес это вслух, чем привлек внимание дежурной.
— Там все в порядке? — громко окликнула его она.
— Да… — начал было Даав, открывая глаза, и тут же вскочил, глядя на автоврача, которому следовало бы сиять индикаторами и цифрами жизненных показателей и который еще недавно ими сиял.
— Что-то сломалось, — сказал он технику.
Она подбежала к нему, бросила взгляд на мрачную капсулу и со вздохом покачала головой.
— Ничего не сломалось, — сказала она. — Он просто умер, вот и все.
Ночные страшилки
Дом был окутан предрассветным сумраком, его комнаты отдыхали. Наверху женщина беспокойно спала на кровати под серебрящимся окном в потолке. Ее волосы темным крылом разметались по подушкам. Серый кот, чью предрассветную дремоту нарушило беспокойное метание спящей, сидел в ногах постели, тщательно умывая свои усики.