Шарлотта Физерстоун – Похоть (страница 8)

Какое восхитительно распутное и приятное времяпрепровождение! Порочность казалась здоровым качеством, которое помогало подпитывать мужскую силу сейчас, когда его возраст приближался к пятидесяти, и не было на всей земле более развратного места, чем «Нимфа и сатир».

– Ваша светлость?

– Кто там еще? – недовольно прорычал герцог, продолжая плавно скользить ладонью по округлым ягодицам жены.

– Он отказался назвать свое имя, ваша светлость. Он лишь просил передать вам, что пришло время платить.

Леннокс тут же отстранился от супруги. Все мысли о нимфах и феях, будившие сексуальные желания, мгновенно вылетели у него из головы. Черт возьми, как же он не хотел, чтобы Солсбери произнес хотя бы еще одно слово! К счастью, дворецкий верно истолковал суровый взгляд хозяина.

– Это, наверное, Араун, – пробормотал герцог, снова принявшись похлопывать по бедру жены. – Вечный проказник этот Араун! Он, должно быть, хочет пригласить Пру на прогулку верхом – или что-то в этом роде.

– Что ж, тогда я оставлю вас наедине, ведь вам нужно уладить с Арауном детали его ухаживания за Пруденс, – ответила послушная жена герцога, соскальзывая с его коленей и расправляя юбки с кринолином. – Кстати, донесите до лорда Арауна подоходчивее, что ему никогда не удастся снискать мое расположение, если я еще раз услышу, как он говорит о любой из моих девочек в подобной манере. Говорить об оплате можно лишь применительно к товарам, ваша светлость. Наши дочери – не вещи, которыми можно торговать.

– Конечно-конечно, – отозвался Леннокс, выпроваживая супругу из кабинета взмахом руки. – Мне и в страшном сне подобное не привидится!

И герцог не кривил душой. Видит бог, он любил своих дочерей и всегда хотел для них только самого лучшего.

Проследив взглядом за выходящей из комнаты женой, Леннокс впился глазами в дворецкого. Черт возьми, герцог прекрасно знал, что это не Араун явился к нему с визитом. Леннокс мог предположить, кем был этот незваный гость, и ему требовалась пара секунд, чтобы разработать план действий. Сейчас он думал лишь о своих девочках, которые беззаботно хихикали наверху и от души развлекались, разглядывая содержимое коробок с новой одеждой и нижними юбками, чулками, лентами. Леннокс должен был защитить дочерей любой ценой.

Прокашлявшись, он спросил:

– Как выглядит этот человек, Солсбери?

Дворецкий нахмурился:

– Довольно странно, ваша светлость. Я никогда не встречал его прежде. Он высокий, светловолосый… смотрится прямо-таки по-королевски, и все же довольно пугающий субъект.

Леннокс почувствовал, как пересохло горло – непонятно, то ли от облегчения, то ли от дурного предчувствия.

– Пригласи его сюда, – приказал он, – и не позволяй никому нам мешать.

Словно по волшебству позади дворецкого вдруг появился незнакомец, безмерно напугав слугу. Впрочем, Солсбери быстро пришел в себя, и к нему вернулась прежняя самоуверенность.

– Его светлость примет вас прямо сейчас.

Мужчина влетел в кабинет и громко захлопнул за собой дверь. На протяжении нескольких секунд, показавшихся вечностью, проницательный взгляд фиалковых глаз визитера сверлил Леннокса, который с трудом подавил в себе настойчивое желание ослабить свое жабо.

– Джордж Джаспер Бакмен, пятый герцог Леннокский? – осведомился незнакомец, усаживаясь в кресло с гобеленовой обивкой перед широким столом.

– Да, – ответил Леннокс, на лбу которого выступили капельки пота.

– Меня послала королева Айна.

Герцог почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Незнакомец улыбнулся и потянулся к бокалу коньяка, который только что налил Леннокс. Поднеся хрусталь к губам, незваный гость сделал глоток, и в его глазах тут же отразилось недовольство.

– Королева Айна? – рассеянно переспросил Леннокс.

– Вы получили дар от моей матери, не так ли?

– Я? – все так же туманно произнес герцог, старательно изображая скуку. – Боюсь, я не помню, чтобы меня когда-либо представляли королеве Айне.

Визитер подался вперед, его странные глаза потемнели.

– Она нашла вас плачущим над колыбелью, в которой лежал уродливый и слабый маленький несчастный ребенок. Ваш наследник, как я полагаю.

Роберт. Его сын. Его наследник. Да, герцог действительно был отцом бедного крохи с искривленным телом. Хромого, искалеченного. Однажды ночью Леннокс блуждал по детской – это была ночь первого дня рождения сына – и горько рыдал, наблюдая за спящим малюткой. В этот момент и появилась королева. Прекрасная королева светлого двора фей. Она предложила убитому горем Ленноксу исполнить его самое заветное желание – исцелить сына. Обрести здорового наследника, который однажды, когда отец покинет этот бренный мир, сможет получить принадлежащий ему по праву титул герцога. И попросила-то за эту милость королева всего лишь десятину, выплатить которую следовало позже.

С того загадочного визита минуло двадцать пять лет. Леннокс никогда больше не видел королеву, не получал от нее вестей. У него родилось четыре дочери, как и предсказывала Айна. Они оказались добродетельными девушками – в этом королева тоже не ошиблась. Герцог согласился на все, и Айна сделала Роберта сильным, красивым – и, главное, здоровым.

– Ваш наследник наслаждается обеспеченной, полноценной жизнью, не так ли? – поинтересовался незваный гость, удобно устроившись на кресле. – Я слышал, он недавно женился.

Леннокс подчеркнуто не обратил внимания на странный тон собеседника. Герцог ощетинился и бесстрашно встретил острый взгляд незнакомца.

– Изложите свое дело.

– Пришло время заплатить десятину.

– Сколько? – спросил Леннокс, потянувшись к ящику стола за чековой книжкой.

Визитер рассмеялся и положил одну из своих длинных ног на другую.

– Королеве не нужны ваши смертные деньги. Единственное, чего она желает, – это ваши дочери.

– Все дочери? – не веря своим ушам, сощурился герцог.

– Все четверо.

Потянувшись к коньяку, Леннокс залпом проглотил все содержимое бокала. Черт побери, ситуация становилась все хуже и хуже! Герцог и представить себе не мог, что королева потребует взамен его дочерей. Проклятие! Он уже заключил сделку с другим неземным созданием по поводу одной из дочерей. Именно благодаря этому соглашению Леннокс и получил свое богатство. Он хотел для своих дочерей лучшего, а перед тем, как к нему явился тот мужчина-фея, кошелек герцога был пустым, а бремя долгов – тяжелым. Поэтому-то он и заключил еще одну сделку – на сей раз из-за золота, ради счастья и спокойствия дочерей.

Боже, подумать только – Леннокс был человеком, которому за свою жизнь довелось встретиться с феей, причем не один-единственный раз, а дважды! И оба раза проклятые сущности знали, чего он хотел.

– Королева требует, чтобы вы отвезли девушек в Лондон. Оставаться здесь для них небезопасно.

– Ну а теперь послушайте! – потеряв терпение, взревел Леннокс. – Я очень хорошо забочусь о своих дочерях, и нет ничего на этом белом свете, чему я позволил бы навредить им!

– Вы, ваша светлость, не в силах остановить тех, кто придет за ними.

– Чушь! – прогремел он, стараясь не поддаваться панике. – Нет ничего, что не могли бы купить богатство и влияние. Здесь, под моей защитой, девочки в полной безопасности.

– Другие собираются прийти за ними. И уверяю вас, от них нельзя будет откупиться. Ваши богатство и влияние ровным счетом ничего для них не значат. Вы должны как можно быстрее увезти своих дочерей. Медлить нельзя. Ваш сын и его жена дают бал сегодня вечером, не так ли?

Леннокс сощурился, обескураженный незнакомцем – этим… созданием, которое откуда-то знало о таком обыденном, но все-таки глубоко личном, как сын герцога и бал-маскарад, который тот устраивал.

– Я прав, ведь так? Ваш сын дает пышный прием в Лондоне.

– Эй, послушайте-ка! Я не собираюсь укладывать в чемоданы весь дом и сегодня же уезжать в Лондон. И разумеется, мы не будем делать это во время бала.

– Вы знаете, кто я? – спросил незнакомец. Вид у него был скучающий, но голос оставался резким, предупреждающим.

– Один из них, – рассеянно пробурчал Леннокс, лихорадочно обдумывая возможные выходы из этой неразберихи. – Как и она, Айна.

Незнакомец улыбнулся:

– Совершенно верно. Я – Кром, сын королевы.

– Приятно было с вами познакомиться. Солсбери проводит вас до дверей.

Две огромные ладони громко хлопнули по отполированной до блеска поверхности из розового дерева, и Леннокс чуть не подскочил на месте от испуга и неожиданности.

– Ваша светлость, вам не удастся меня одурачить. Я уже начинаю терять терпение. Вы возьмете своих дочерей и покинете Гластонбери. Сегодня.

– Мы никуда не уедем во время бала, – повторил герцог, – и я не допущу, чтобы моя семья тряслась по дорогам в кромешной ночной тьме. Жулики выходят на охоту, как раз когда в темном небе появляется луна. Это настоящие варвары, сэр. Разбойники, с которыми я не имею ни малейшего желания встречаться по пути. Только представьте, что сделают эти ублюдки, когда найдут в карете моих дочерей и жену!

– Вы готовы рискнуть моим самообладанием и моей значительной властью из-за жалкого придорожного грабителя?

Уловив угрожающие нотки в тоне гостя, Леннокс рассвирепел:

– По-вашему, ничего не будет! Только не сегодня.

– Я обладаю могучими силами, и отправить вас в Лондон до бала не станет для меня серьезной проблемой.

– И что, по-вашему, я скажу своей жене?