Шарлиз Шелдон – Укрощение строптивого некроманта (страница 3)

Я содрогнулась, заочно посочувствовав той несчастной, что согласилась выйти замуж за господина. Может посоветовать ему взять и для невесты порошка? А то, мало ли, возникнет проблема на самом интересном месте?

Достала из-под полы ящик с пакетиками нужного снадобья. При особой резвости влюбленных, недели на три хватит.

– С вас два золотых, – я мило улыбнулась господину.

– А скидочку для оптового покупателя? – заворчал мужчина, доставая кошель трясущейся от жадности рукой.

– О, господин Мэрзот, это уже со скидкой, – по секрету шепнула ему, умолчав об ее отсутствии и дополнительной накрутке в двести процентов.

Нет, мне не стыдно. Если бы не я и такие клиенты, то не скопить нам даже тех сорока монет. Я никогда не поднимаю цену обычным гражданам. Моими «жертвами» становятся лишь обеспеченные люди, которые могут позволить себе мою ма-а-аленькую наценку.

– Еще не женился, а уже с пустым кошелем, – противно усмехнулся мужчина, – Чую, молодая жена вытянет из меня все деньжата. Буду с ней построже, – он сжал мясистый кулак так резко, что весь аж затрясся, как студень.

Ну, а ты как хотел? Тяжело молодой жене будет, работая на голом энтузиазме. Такая «любовь» не выдержит голодного пайка.

– Хорошего вам медового месяца! – я вежливо улыбнулась этому престарелому сластолюбцу.

– Да-да, – произнес он, не сводя с меня глаз. Его язык плотоядно облизнул синюшние губы, – До скорой встречи, Мариэлла! И да, можешь передать отцу, что я доволен. Товар вживую гораздо лучше, чем в послании.

О чем это он?

– Кто приходил? – глухо поинтересовался отец, выглядывая из-за ширмы, где находилась его основная мастерская и рабочий кабинет.

– Господин Таврий Мэрзот. Просил передать тебе какую-то околесицу, что товар вживую лучше, чем в послании. Ты ранее с ним уже имел дело?

– Да, богатый торговец в нашем городе. Он владеет несколькими мясными лавками, мастерскими и ателье. Как он тебе, понравился? – спросил отец, разрезая карманным ножом корешки листянки.

– Папенька, ну и шуточки у тебя, – передернулась я, – Кому же такое счастье понравится?

– Ну и зря, – внезапно рявкнул отец, от чего у меня чуть склянка с кислотой не выпала из рук, – Другие дочери ищут себе мужей побогаче, а тебе лишь бы по оврагам лазить да за нечистью гоняться. Совсем девка от рук отбилась. Ну, ничего, скоро все поменяется.., – как в бреду сказал отец, лихорадочно работая ножом.

Ну, ничего, скоро я отсюда уеду, папенька. Ты мне еще спасибо скажешь за мою помощь.

– Завтра к полудню поедешь со мной, – вдруг резко успокоившись, проговорил отец, – Сначала к поверенному, потом к господину Рикетсу. Долг вернем, а эти из нотариальной конторы пусть все заверят.

– ЧТО?! Откуда у тебя деньги, отец? – услышанная новость повергла меня в шоковое состояние.

– Не твоего ума дело, – отмахнулся он, – Пол лучше подмети, да сними это нарядное платье. Чего вырядилась, как на бал?

Верхнее веко на правом глазу предательски дрогнуло. Следом за ним, стало сокращаться нижнее. Надо заварить себе настойки пустынника.

– А ну, колись, папенька, откуда деньжата? – взяв себя в руки, я пустилась в наступление.

Спустя десять минут препирательств, отец нехотя, скрывая глаза, произнес:

– Подкалымил чутка. Тут взял заказ на зелья, там продал партию декоктов. Вот за год и скопилось.

– Ой, батенька, чую, ты мне метелкой по ушам проходишься, – недоверчиво протянула я.

– Мала еще, чуять что-то! – озлобился отец, – Закрывай давай лавку, и приберись здесь. Завтра к полудню, чтобы была готова.

Мужчина резко задернул ширму и скрылся в своей мастерской. Я же осталась наедине с мечущимися мыслями и метлой, на которую было так удобно опереться, пока стоишь в раздумьях.

***

– Ты все взял с собой? Документы, мешочки с деньгами? – оглядывая отца, спросила я.

Мужчина собирался в торговом зале и рассовывал по карманам жилетки всякую мелочь. Мой взгляд наткнулся на два кожаных туеска с монетами, что отец забыл на прилавке. Молча взяла их и положила в свою сумку, предварительно наложив на них охранное заклинание. Если грабители и нападут, то отобрать ее смогут лишь ценой собственной жизни.

Все-таки папа периодически пропускает приём лекарства. Пару лет назад я водила его на прием к лекарю в академию. Там уважаемый магистр целительского факультета поставил отцу диагноз – необратимое расстройство личности на фоне внушительного употребления спиртовых декоктов.

Вылечить совсем, к сожалению, невозможно. Остается только поддерживать его вменяемое состояние настойками и зельями. Стоит их отменить, как отец вновь становится рассеянным или буйным. Его могут преследовать маниакальные идеи, от которых хоть стой, хоть падай.

– Все, готов, – поправив жилетку, сообщил отец, – Пойдем.

Я подошла к нему и взяла под руку. Выходя из лавки, привычно обновила заклинание от воров, пожара и затопления. Пришлось заиметь такую привычку после этих трех происшествий.

Мы направлялись с папенькой в нотариальную контору, к господину Рубентсу. Его статус и должность позволяли ему официально запротоколировать состоявшийся возврат долга. Как же хорошо, что все так удачно закончилось. Теперь я смогу со спокойным сердцем уехать в Демор, нашу столицу.

Сидел во мне, конечно, червячок сомнений на счет этих денег, но стоило их увидеть и потрогать, убедившись в реальности, что они существуют, и это не бред моего отца, как все подозрения отпали.

В конторе нас уже ждали. Господин Рикетс с нотариусом чинно попивали чай и заметно оживились при виде нас.

– Господин Сэверс! Рад видеть вас в добром здравии, – подскочил Рубентс со своего кресла, – Леди Сэверс, – мужчина потянулся к моей руке, – Вы само очарование.

Конечно, ведь сегодня я надела свое единственное «парадное» платье изумрудного цвета. Пришлось раскошелиться на него для зимнего бала в академии.

– Все готово к сделке. Вам осталось лишь подписать документы и передать господину Рикетсу требуемую сумму, – услужливо подсказал нотариус, подводя нас к столу.

Пострадавший все это время хранил молчание и лишь жадно потирал руки, кидая взгляд на мою сумку. Он словно чувствовал, что монеты находятся у меня.

Отец присел за стол, взял в руки перо и, бегло пробежавшись взглядом по документу, размашисто поставил свою подпись. Лист расписки был уже заверен нотариусом и Рикетсом.

– Отлично, господин Сэверс. Теперь можете расплатиться с пострадавшим, – нотариус присел за стол и надел очки, готовясь к скрупулезному пересчету.

Отец, не заметив, что я уже достала из сумки два мешочка, полез к своим карманам и захлопал по ним. Естественно, не нащупав там богатств, он в панике подскочил и обратился ко мне:

– Я забыл деньги в лавке. Нужно срочно вернуться за ними, – его глаза лихорадочно блестели, а я отметила про себя, что он непривычно взбудоражен.

– Спокойно, папенька. Я все взяла, – потрясла перед ним монетами, – Прошу, господин Рикетс. Пересчитайте, пожалуйста, господин Рубентс.

Нотариус подозрительно принял от меня долг, явно мысленно удивившись, что девица несла в своей сумке такую огромную сумму.

Вся оставшаяся процедура прошла быстро и без взаимных претензий. Мы распрощались с мужчинами и вышли на крыльцо конторы.

Отец сжимал в руках долгожданную бумагу, где говорилось, что семейство Сэверс более не являются должниками. Я вдохнула воздух полной грудью и облегченно выдохнула. Вот что значит свободно дышать, не имея никаких судебно-денежных обязательств.

– Папенька, вдохни воздух поглубже, – радостно обратилась я к отцу, – Ты чувствуешь, как легко стало дышать? Ммм?

– Ну, что ты чушь городишь, – криво улыбнувшись, ответил он.

– И вовсе не чушь. Ты вон какой у меня молодец! – горделиво показала на него, – Сам за год собрал всю нужную сумму! Горжусь тобой, папенька, – я бросилась ему на шею, вытирая рукавом выступившую слезу.

– Ладно тебе, брось, – неловко зажимаясь, сказал отец, похлопав меня по плечу, – Теперь нам нужно в верховный суд. Отдать вот эту бумаженцию, – он решительно потряс рукой с зажатым листом с печатью.

– Пойдем, – легко согласилась я. Дальнейшие наши дела закончились на положительной ноте. Судья выдал нам протокол с вердиктом, что не имеет более к нам никаких претензий.

Когда мы уже возвращались домой, отец со мной заговорил:

– К нам под вечер сегодня приедет господин Мэрзот. Постарайся быть послушной и не дерзи ему.

– Святые демоны, – ужаснулась я, – Зачем ты его к нам позвал?

– Хочу чтобы ты с ним поближе познакомилась. И не смей перечить отцу, – повысил он голос, заметив, как я открыла рот.

– Папенька, позволь я лучше у себя в комнате пережду его визит, а вы как раз сами пообщаетесь? Посидите по-мужски, поговорите, если сможете найти общие темы, – хихикнула я.

– Ты мне это брось. Я тебе добра желаю. Будешь с ним, как за каменной стеной.

– Скорее уж, как под каменной плитой, – недовольно буркнула в ответ, – Выкинь эти глупости из головы, папа. Я не собираюсь знакомиться ближе с таким мужчиной, как Таврий Мэрзот.

– Я всё сказал, – отрезал отец и снова замкнулся в себе до самого дома.

– Я тоже всё сказала.., – хоть я и нахмурилась, но всерьез слова отца не восприняла. Не станет же он меня сватать без моего на то желания?

За работой день в лавке прошел быстро. На радостях от погашения долга я летала по магазинчику, не обращая внимания на недовольство папеньки и сварливых покупателей. Настроение омрачал лишь предстоящий вечерний визит господина Мэрзота. Ну и фамилия у него! Весьма говорящая.