Шарлин Харрис – Мёртвые и забытые (страница 22)

— Здраст’чёделашь? — спросил голос прямо мне в ухо.

Я никогда раньше не взлетала, но, думаю, тогда я это сделала, подскочив примерно на шесть дюймов с низкого складного стула. К тому же я заорала.

— Иисус Христос, пастырь Иудеи, — прохрипела я, когда, наконец, поняла, что голос принадлежал Дианте, племяннице адвоката-полудемона господина Каталиадеса. — Дианта, ты меня так перепугала, что я чуть из кожи не выпрыгнула.

Дианта тихо засмеялась, ее худое, плоское тело подпрыгивало вверх-вниз. Она села по-турецки на землю. Она была одета в красные лайковые шорты для бега и черно-зеленую узорчатую футболку. Красные кеды с желтыми носками заканчивали ее ансамбль. На левой икре у нее был свежий длинный красный шрам, морщившийся при движении.

— Взрыв, — сказала она, когда увидела, что я его разглядываю. Дианта также сменила цвет волос — теперь это была мерцающая платина. Но шрам выглядел достаточно страшно, чтобы захватить мое внимание.

— Ты в порядке? — спросила я. Когда ты разговариваешь с Диантой, чья речь смахивала на чтение телеграмм, было проще принять "краткий стиль".

— Лучше, — сказала она, глядя вниз на свой шрам. Затем ее необыкновенные зеленые глаза встретились с моими. — Мой дядя послал меня. — Это было вступление в послание, ради которого она приехала. Я поняла это, поскольку она говорила медленно и отчетливо.

— Что твой дядя хотел мне передать? — Я все еще лежала на животе, опершись на локти. Мое дыхание вернулось к норме.

— Он сказал, что повсюду в этом мире расшевелились фейри. Он сказал: будь осторожна. Он сказал, что они могут схватить тебя и причинить тебе боль, если смогут. — Дианта воззрилась на меня.

— Почему? — спросила я, и все мое удовольствие от солнца испарилось, как будто его никогда и не было. Я ощутила холод. Я окинула двор нервным взглядом.

— Твой прадедушка имеет множество врагов, — сказала Дианта медленно и тщательно.

— Дианта, ты знаешь, почему у него так много врагов? — это был вопрос, который я не могла задать самому дедушке, или, просто не могла набраться смелости сделать это.

Дианта посмотрела на меня с насмешкой.

— Они на одной стороне, а он на другой, — сказала она, словно я была тормозом. — Они’ничтожлитвойводеда.

— Они… эти другие фейри убили моего деда Финтана?

Она энергично закивала.

— Оннескзалте? — спросила она.

— Найл? Он сказал только, что его сын умер.

Дианта разразилась звонким смехом.

— Можн’итакскзть, — сказала она, скрючившись от смеха. — Разрез’нна кусочки. — Она хлопнула меня по руке от избытка чувств. Я вздрогнула.

— Извини, — сказала она. — Извинизвинизвини.

— Окей, — сказала я. — Просто дай мне минутку собраться с мыслями. — Я энергично потерла руку, чтобы восстановить чувствительность. Как защититься, если тебя выискивают злобные фейри?

— Кого я точно должна бояться? — спросила я

— Брендана, — сказала она. — Эт’кактпереводца, яз’была.

— Ох, а что означает "Найл"? — я легко перевела разговор на другую тему.

— "Облако", — сказала Дианта. — Весь народ Найла носит небесные имена.

— О’кей. Итак, Брендан охотиться на меня. Кто он?

Дианта прищурилась. Для нее это был очень длинный разговор.

— Враг твоего прадедушки, — она объясняла тщательно, слово я была невероятно тупой. — Единственный другой Принц фейри.

— Почему г-н Каталадис прислал тебя?

— Тысделал’чт’могла, — сказала она на одном дыхании. Ее не моргающие яркие глаза уперлись в меня, она кивнула и очень нежно похлопала мою руку.

Я приложила все усилия, чтоб вывести всех из Пирамиды живыми. Но это не получилось. Было какое-то удовольствие в том, чтобы узнать, что адвокат оценил мои усилия. Я провела неделю, злясь на себя, поскольку не обнаружила заговор о взрыве раньше. Если бы я только уделяла этому больше внимания, не была бы столь рассеяна от других дел, творящихся вокруг меня…

— Кроме того, тезаплатьт.

— О, хорошо! — я почувствовала себя более оживленной, несмотря на беспокойство вызванное остальной частью послания Дианты. — Ты принесла мне письмо или что-то подобное? — спросила я, надеясь на немного больше информации.

Дианта тряхнула головой и ее "ледяные шипы" платиновых волос затрепетали по всей голове, делая ее похожей на взбесившегося дикобраза. — Дядя должен оставаться нейтральным, — сказала она ясно. — Никкихбмагниккихзвонковниккихимейлов. Вот почему он прислал меня.

Каталадис действительно рискнул своей шеей ради меня. Нет, он подставлял шею Дианты.

— Что если они схватят тебя, Дианта? — спросила я.

Она пожала костлявыми плечами.

— Ж’войнесдамся, — сказала она. Ее лицо погрустнело. Думаю, я не могу читать мысли демонов, также как мысли людей, но любой дурак мог сказать, что Дианата думает о своей сестре — Гладиоле, которая умерла от взмаха вампирского меча. Но через секунду Дианта выглядела просто смертоносно. — Яз’дамимжару, — сказала она.

Я села прямо и подняла брови, чтоб показать, что не понимаю ее.

Дианта повернула руку вверх и посмотрела на ладонь. Крошечное пламя парило прямо над ней.

— Я не знала, что ты это можешь, — сказала я. Я была неслабо впечатлена и напомнила себе, что с Диантой стоит оставаться по одну сторону.

— Немного, — сказала она, пожимая плечами. Из этого я сделала вывод, что Дианта может делать только небольшое пламя, а не огромное. Гладиолу, должно быть, застать врасплох, поскольку вампирша, которая убила ее, была куда более горюча, чем люди.

— Фейри горят также как и вампиры?

Она покачала головой.

— Всеможн’сжечь, — сказала она, ее голос был уверенным и серьезным. — Раньше или позже.

Я подавила дрожь,

— Ты хочешь что-нибудь выпить или съесть? — спросила я.

— Нет, — она поднялась с земли, выбила пыль из ее блестящего "обмундирования". — П’шлая.

Она погладила меня по голове и развернулась, а затем она побежала быстрее, чем любой олень.

Я снова легла на стул, чтоб все обдумать. Теперь, когда меня предупредил Найл, а затем г-н Каталадис, я чувствовала себя действительно напуганной.

Но предупреждение, хотя и своевременное, не дало мне ни какой практической информации о том, какие меры предпринять против этой угрозы. Насколько я понимаю, это могло произойти в любое время и в любом месте. Я могла предположить, что вражеские фейри не станут штурмовать Мерлот и похищать меня оттуда, поскольку фейри являются скрытными, но во всех других отношениях у меня не было никаких подсказок: какую форму примет нападение или как защитить себя от фейри? Нужно ли им разрешение на вход, как вампирам? Нет, я не помнила, что говорила Найлу, что он может войти, а он бывал в доме.

Я знала, что фейри не ограничены ночью, как вампиры. Я знала, что они очень сильны, также как и вампиры. Я знала что феи, которые фейри (в противоположность таким волшебным существам, как брауни, гоблины и эльфы) прекрасны и безжалостны так, что даже вампиры уважали их свирепость. Старейшие фейри не все время живут в этом мире, как Клод и Клодин; они бывали где-то в другом месте — скрытом от людей тайном мире, который предпочитали этому: в мире без железа. Если бы они могли защититься от железа, они бы жили так долго, что потеряли бы счет годам. Найл, к примеру, швырялся сотнями лет в хронологии своих рассказов за здорово живешь. Он мог описать какие-то события, как произошедшие пятьсот лет назад, а затем другие, предшествовавшие им, но которые, по его словам, были двести лет назад. Он просто не отслеживал ход времени, возможно, в том числе и потому, что не так долго бывал в нашем мире.

Я ломала голову, пытаясь вспомнить что-то еще. Я действительно знала какую-то вещь, и не могла поверить, что забыла о ней даже на мгновение. Если железо так плохо сказывается на самочувствии фейри, то лимонный сок — еще хуже. Сестру Клода и Клодин убили именно лимонным соком.

Теперь, когда я вспомнила о них, я подумала, что было бы полезно поговорить с Клодом и Клодин. Не только потому, что они были моими кузенами, но и потому, что Клодин была моей крестной феей, и она обязана была мне помогать. Сейчас она должна быть на работе, в отделе универмага, где она разбиралась с жалобами, упаковывала покупки и получала платежи по зарезервированным товарам. Клод должен был находиться в мужском стриптиз клубе, которым он теперь владел и управлял. Его было легче застать. И я пошла в дом искать номер. Клод подошел к телефону сам.

— Да, — произнес он, одновременно сумев вложить безразличие, презрение и скуку в одно слово.

— Привет, сладенький, — сказала я бодро. — Мне нужно с тобой поговорить с глазу на глаз. Я могу подъехать или ты занят?

— Нет, только не сюда! — голос Клода прозвучал почти встревожено от этой идеи. — Я встречусь с тобой на аллее. — Близнецы жили в Монро, который славился своей аллеей для прогулок.

— О’кей, — сказала я, — Где и когда?

Последовала пауза.

— Клодин может пойти на ланч попозже. Мы встретим тебя через полтора часа в летнем кафе у Chick-fil-A (Прим.: сеть ресторанов быстрого питания)

— Увидимся там, — сказала я, и Клод повесил трубку. Мистер очарование. Я натянула на себя любимые джинсы и зеленую с белым футболку и энергично расчесала волосы. Они стали такими длинными, что я укладывать их стало несколько проблематично, но я не могла заставить себя их укоротить.

С тех пор, как я несколько раз обменялась с Эриком кровью, я не только ни разу не болела (даже зимой), у меня даже волосы на концах не секлись. Кроме того, мои волосы блестели и действительно выглядели толще.