Шарль Эксбрайя – Зарубежный криминальный роман (страница 86)
— Конечно…
Потом, немного оправившись:
— А она… она вас любит?
— Что за вопрос! Я же ее люблю!
Дама больше ничего не понимала.
— Мистер Нарборо… Леди Уортэм — моя подруга… Что вы собираетесь делать?
Теперь он уставился на нее удивленно.
— Да увезти ее!
— Куда?
— К себе, в Камберленд.
Внезапно леди Ходдесдан поняла, что она, видимо, разговаривает с безумным. Она попыталась его урезонить.
— Смею ли я напомнить вам об одной подробности, о которой вы, кажется, забыли?
— Какой?
— Леди Джейн замужем.
Мортимер небрежным жестом отмел это возражение.
— Ну и что?
— Как так ну и что?
— Сэр Уортэм — презренный человек.
— О!
— У него есть любовница, на которую он тратит часть своих доходов.
— Как вы смеете такое говорить?
— А остальное он спускает в игорных домах.
— Но это… это просто возмутительно! Отвратительно!
— Этого я вам не говорил!
— Да нет же! Это о вас я… О! И потом… во всяком случае, сэр Уортэм существует!
— Для меня это неважно. Я устраню его!
Леди Элен от ужаса захрипела.
— Вы рассчитываете его… Боже! Мистер Нарборо, сэр Уортэм — мой друг!
— Ну и что же?
— Предупреждаю вас, что я поставлю его в известность о ваших намерениях в отношении его!
— А он знает.
— Он их… Но как?
— Я предупредил его. Я поступил честно, не так ли?
Совершенно оглушенная этим, она машинально повторила:
— Конечно, честно… Мистер Нарборо, я очень сожалею, но должна вам сказать, что вы мне совсем не нравитесь.
— Я удручен, но мне это все равно.
— В самом деле?
— В самом деле.
— Я — леди Ходдесдан! Старшая дочь лорда Лэкси!
— И что из того?
— Мне кажется, вы заносчивы!
— Леди Ходдесдан, имею честь утверждать, что вы мне надоели, и я был бы вам очень признателен, если бы вы оставили меня в покое.
— О, Реджинальд! Реджинальд!
Управляющий, который, стоя у двери, не пропуская ни слова, быстро вошел в комнату.
— Реджинальд! Прогоните этого человека! Он оскорбил меня!
Реджинальд строго посмотрел на Мортимера.
— Мы были бы счастливы, мистер Нарборо, если бы вы добровольно ушли из этой комнаты и из этого дома.
Мортимер, ни слова не говоря, решил уйти, тем более что после такой сцены едва ли леди Джейн появилась бы здесь.
Когда слуга вернулся, леди Элен сказала:
— Реджинальд… после подобной встряски… я не очень хорошо себя чувствую…
— Не могли бы мы себе позволить напомнить миледи, что ей надо что-нибудь выпить?
— Вы так думаете, Реджинальд?
— Мы так думаем, миледи!
— Ну что ж, послушаюсь вас, Реджинальд… принесите джину…, в большом стакане… неразбавленного… я не перевариваю воду…
Пока Реджинальд, зная слабость гостьи, наливал ей от души, леди Элен проговорила:
— Это было ужасно, Реджинальд…
— Мы тоже так думаем, миледи.
— Знаете ли вы, что этот наглец строит планы убить лорда Уортэма, чтобы увести у него супругу?
Вернувшись в Блумсбэри, Мортимер не чувствовал себя слишком разочарованным. Он так любил леди Джейн Уортэм, что приписывал и ей свои чувства. Уверенный в том, что Джейн не вышла к нему из-за этой надоедливой леди Ходдесдан, он убеждал себя, что свидание их состоится и что Джейн ему снова позвонит.
Леди Ходдесдан, которая пила уже третий стакан джина, при виде входящего в комнату сэра Уортэма, издала громкий стон:
— Не браните меня, сэр Микаэль… Но у меня такие переживания…
— Я слышал, леди Элен… Реджинальд рассказал мне о визите этого фанфарона… Он что, безумный или…
— Хуже, сэр Микаэль! Он не только хвастается тем, что любим леди Джейн, но он еще рассказывает всякие ужасы на ваш счет!
— Что вы говорите?..
— Он заявил, что у вас есть любовница и что вы — завсегдатай игорных домов!