Шарль Эксбрайя – Зарубежный криминальный роман (страница 44)

— Рад вас видеть.

Она не протянула ему руки для приветствия.

— Моя фамилия Джентиан, Сара Джентиан, — она, казалось, ждала, что Мэнеринг выразит удивление. — Насколько я могу судить, некоторое время тому назад вас посетил мой дядя.

— Да, он был здесь, — сказал Мэнеринг.

Лараби стоял за спиной девушки, очевидно, думая, что лучше ей дать возможность убежать; казалось, что она действительно способна на это. У Мэнеринга появилось чувство опасности. Девушка была такой молодой, очаровательной и излучала соблазнительную живость. Было видно, что она привыкла получать все, что хотела, а ее внешность помогала ей добиваться этого. Она была очень стройной, некоторые посчитали бы ее талию чересчур тонкой, но она не делала никаких попыток скрывать свою фигуру. Мэнеринг сразу отметил, как грациозны ее движения и выразительны руки.

Сара стояла совсем близко от него.

— Смогли бы вы уделить мне немного времени?

— Конечно, я в вашем распоряжении, — Мэнеринг отступил в сторону и пропустил ее в свой кабинет.

Хотя он шел сзади, но по тому, как девушка окинула комнату быстрым взглядом, понял, что она что-то ищет, без сомнения, это был меч. Но поскольку ее взгляд не задержался на плаще, то он подумал, что ему удалось провести девушку. Мэнеринг выдвинул стул, на котором еще недавно сидел лорд Джентиан. Она села, и на ее лице появилась ослепительная улыбка.

Лараби прикрыл за ними дверь.

— М-р Мэнеринг, — сказала Сара, наклоняясь вперед и положив руки на край письменного стола. — Скажите, мой дядя оставил вам что-нибудь?

Мэнеринг мягко ответил:

— А вы стали бы спрашивать адвоката или врача, о чем они только что говорили со своим клиентом или пациентом?

— Конечно, нет. Но ведь это совсем другое дело.

— Я так не считаю, — парировал Мэнеринг. — Пока у меня не будет причины подозревать, что вы замешаны в чем-то противозаконном, или… — он сделал небольшую паузу, чтобы посмотреть на выражение ее лица при упоминании о «противозаконном деле», и заметил, как она слегка нахмурилась, что, правда, не давало ему повода думать, будто это слово для нее имело очень большое значение. — Или пока я не буду знать, что это может привести к дурным последствиям, я ничего не скажу вашему дяде о нашем разговоре.

— Я не имею ничего против того, чтобы вы ему об этом сказали. — Она еще больше наклонилась вперед. Руки ее непрерывно двигались по столу, а пальцы слегка коснулись руки Мэнеринга. — Ну, пожалуйста, скажите мне правду.

— Докажите мне, что я обязан выполнить вашу просьбу, — возразил Мэнеринг.

Она резко откинулась назад, понимая, что тактика натиска не сработала и что следует выбирать новую. Некоторое время Сара молчала, сощурив глаза, рассматривая Мэнеринга, как бы оценивая его. Внезапно она рассмеялась.

— Думаю, что это не так важно. Он ведь принес вам меч, не так ли?

— Меч?

— Меч Могола.

— Разве он это сделал?

— Раз я знаю, что он принес его вам, то ведь нет смысла отрицать это?

Мэнеринг рассмеялся.

— Не вижу ни одного довода в вашем рассуждении.

Она нахмурилась. Ему даже показалось, что она рассердилась, и задал себе вопрос, насколько гнев может изменить выражение ее лица. Чувствовалось, что она борется с собой. Казалось, что цвет ее глаз меняется с настроением, теперь они потемнели, как темнеет небо при приближении грозы. Наконец, девушка сказала:

— Я не уверена. Я знаю, что он принес кожаные ножны. Но не знаю, был ли в ножнах меч. Был?

Мэнеринг ничего не ответил.

— Думаю, что был, — сказала она. — Какой смысл приносить пустые ножны, чтобы просто обмануть меня? Это так?

Поскольку Мэнеринг продолжал хранить молчание, то она продолжила:

— Он знал, что я слежу за ним, видите ли, я думаю, он знал, что я последую за ним. Я могу ненавидеть его очень сильно, но не могу не отдать ему должное; дядя не глуп. Он очень даже не глуп. М-р Мэнеринг, он пришел, чтобы продать меч?

Мэнеринга настолько поразил вопрос, что он невольно вздрогнул и понял, что этим как-то выдал себя. Сара неотрывно следила за ним, и ему показалось, что она прочла ответ в его глазах.

— Он не имеет права продавать меч, — заявила девушка. — Это не его вещь.

— А вы в этом уверены?

— Конечно, уверена. Это фамильная ценность, по крайней мере, я так думаю, такая же, как картины старых мастеров и мебель, — половина вещей в Джентиан Хаус. Это было бы несправедливо с его стороны, раз он решил его продать.

Если она думает, что причиной визита лорда Джентиана была попытка продать меч, то, может быть, она не прочла всей правды в глазах Мэнеринга.

— Он не имеет на это никакого права, — еще раз повторила Сара с настойчивой уверенностью. — А как вы думаете, сколько он стоит?

Мэнеринг улыбнулся:

— А как бы я мог его оценить?

Девушка опять нахмурилась, но вдруг в ее глазах засветились искорки-бесенята; это просто удивительно, как она была похожа на своего дядю. Сара откинулась на спинку стула, подняла руки вверх, давая понять, что ситуация безнадежная, и хрипловатым голосом сказала:

— Сдаюсь. Теперь я вижу, что мне не удастся получить у вас никакой информации, скорее всего это и к лучшему. Но ничто не может поколебать мою уверенность в том, что дядя принес сюда меч для продажи. А если это так, то вы, м-р Мэнеринг, совершаете огромную ошибку, если будете помогать ему в этом. Меч не принадлежит дяде, и он не имеет права продавать его. Он не имел даже права выносить меч из дома. Не могли бы вы отправить его обратно?

Теперь она опять просила его и наклонилась вперед. Ярко-красные губы были слегка приоткрыты, виднелись прекрасные белые зубы. Сейчас она была так обольстительна, что немногие мужчины смогли бы устоять перед ее просьбой.

— Ну, пожалуйста, м-р Мэнеринг, вы ведь отправите его обратно? Ведь я не прошу очень много.

Мэнеринг продолжал молчать, и она проговорила низким, немного торопливым уговаривающим голосом:

— Меч принадлежит семье. Дядя не имеет никакого морального права предлагать его на продажу. Ну, поверьте мне или, по крайней мере, заставьте его доказать свои права на этот меч прежде, чем предпринимать что-то. Не могли бы вы вернуть меч домой до тех пор, пока дядя не докажет свои права на него?

Глава 3

Опасные расспросы

Человек, позвонивший Мэнерингу по телефону, предостерегал его, чтобы он не делал того, о чем будет просить девушка. Мэнеринг как будто слышал этот голос, предупреждающий, что здесь речь идет о жизни и смерти. Даже по телефону пришедший издалека голос убедил Мэнеринга в том, что дело действительно серьезное и опасное.

Теперь Сара говорила с такой страстью, как будто это касалось лично ее жизни или смерти, если меч Великого Могола не будет возвращен как можно скорее в Джентиан Хаус.

У Мэнеринга возникло желание заставить девушку все рассказать ему, чтобы побольше узнать о мотивах ее поступка и о мучивших ее страхах, а ему так хотелось узнать!

— М-р Мэнеринг, пожалуйста, скажите мне правду, — вскричала Сара Джентиан. — Это очень важно!

— Да, я вижу, что для вас это очень важно, — ответил Мэнеринг.

— Поверьте мне, это действительно важно.

— Чтобы меч, который, как вам кажется, лорд Джентиан принес сюда с целью продать, был возвращен в его дом сегодня вечером?

— У меня дурное предчувствие, что если меч не вернуть немедленно, то он не будет возвращен никогда. Если вы откажетесь продать его, то дядя не предпримет других попыток сделать это, потому что он знает: вы единственный человек, который может найти достойного покупателя. Разве это не заставит его отказаться от своих намерений?

— Не знаю, — ответил Мэнеринг. — Я в этом не уверен. Вы боитесь только того, что лорд Джентиан может продать меч? Ну, а если он решил просто поместить его в более безопасное место, ну, например, в сейф, то здесь я не вижу причины, почему кто-то может помешать ему сделать это.

Она нахмурилась и посмотрела на Мэнеринга.

— Но ведь он вам говорил не это, не так ли? Что он не хочет хранить меч дома, потому что не уверен в его безопасности?

Поскольку Мэнеринг продолжал молчать, она вдруг резко Оттолкнула стул и вскочила на ноги. В первую минуту он подумал, что Сара сделала это в порыве гнева и раздражения. Но она направилась прямо к маленькому столику, стоящему в углу комнаты, приподняла полу плаща и отодвинула его в сторону, положила правую руку на рукоятку меча и молча посмотрела на Мэнеринга, который тоже успел подняться со своего кресла. Он не мог не отдать ей должное. Так она все это время знала, что меч находится в комнате, и просто притворялась, чтобы заставить его говорить.

Сара повернулась и взглянула Мэнерингу прямо в глаза. Одержанная победа яркими искрами светилась в ее глазах. Стройное тело, нежное очертание груди, тонкая талия и вздернутый вверх подбородок — все дышало триумфом.

— Итак, значит, дядя сказал вам, м-р Мэнеринг, будто бы он боится, что и этот меч будет украден, не так ли?

Мэнеринг мгновенно решил, что ему следует делать дальше. Лорд Джентиан не ставил никаких условий, связанных с секретностью своего дела, и дальнейшая игра в кошки-мышки принесет куда больше вреда, чем пользы, если еще позволить молодой леди думать, что ей удалось провести его. Для собственного блага ему не следовало теперь упрямиться и умалчивать обо всем. Мэнеринг рассмеялся.

— По крайней мере, я долго сопротивлялся, — сказал он. — Но больше не могу притворяться, что лорд Джентиан не приносил меч ко мне. Вы не возражаете, если я позвоню по телефону?