Шарль Эксбрайя – Зарубежный криминальный роман (страница 105)

— Инспектор… мой муж стрелял не в Мортимера, а в меня, а Мортимер был ранен, потому что бросился мне на помощь… Микаэль хотел убить неверную жену, разве это не логично?

— Подождите, прошу вас.

Тъюстед выбежал из комнаты и бросился в комнату для прислуги.

— Чедгрейв!

— Сэр?

— Расскажите мне, как все происходило сегодня ночью в спальне леди Уортэм?

— …Ну что ж, сэр, мы вошли и увидели картину, которой мы не могли поверить.

— Дальше! Скажите мне о поведении сэра Микаэля!

— Прекрасно, сэр! Это было как у Шекспира! В двух словах, он клеймил виноватых, потом прицелился в леди Джейн.

— Вы в этом уверены? Он хотел выстрелить в свою жену, а не в мистера Нарборо?

— Мы в этом уверены!

— Тогда как объяснить, что пуля попала в мистера Нарборо?

— Потому что этот джентльмен, который на самом деле не джентльмен, на этот раз вел себя как джентльмен и бросился к леди Джейн, чтобы защитить ее.

— А дальше?

— Потом, сэр Микаэль снова хотел выстрелить в леди Джейн, но, слава Богу, я пришел в себя и смог остановить карающую руку!

— Миледи, — заявил Тъюстед, — я горжусь своей проницательностью. Я не верю ни в фей, ни в домовых. Для меня, один плюс — всегда два. Вы понимаете, что я хочу сказать?

— Абсолютно.

— Поведение мистера Нарборо кажется мне столь необычным, столь далеким от логики, что мне трудно найти ему объяснение, если не считать, что он подчиняется кому-то…

— Кому?

— Вам.

— Простите меня, инспектор, я не обладаю столь рассудочным мышлением как вы, но я не понимаю…

— Представьте себе, миледи, что все происходящее — лишь спектакль марионеток, управляемых одной умной женщиной?

— Мной?

— Вами!

— А зачем?

— Может быть, чтобы отделаться от мужа?

— А для чего?

— Чтобы уйти к другому человеку, который пока находится в тени или чтобы унаследовать поскорее имущество вашего супруга?

— И для этого я убиваю леди Ходдесдан и сама чуть не становлюсь жертвой? Мне кажется, у вас какая-то странная логика, инспектор?

Леди Уортэм поднялась.

— Сожалею, инспектор, что разочарую вас, но у меня нет любовника, а вот у моего мужа — есть. Глория Гист. В нашей семье имущество принадлежит мне, муж лишь управляет им, и я хочу лишить его этого права, ибо его пагубная страсть к картам грозит мне разорением.

— Он об этом догадывается?

— Я предупредила его об этом.

— Вы очень неосторожны, миледи, очень, и, я надеюсь, вы простите мне этот маленький спектакль, который я сыграл, обвиняя вас. Я думаю, это была единственная возможность узнать у вас то, что я узнал. Леди Уортэм… боюсь, что вся эта история сыграна сэром Микаэлем, с невольным участием мистера Нарборо, с одной целью… устранить вас.

— С сегодняшней ночи я думаю так же… Сегодня моя смерть была бы на руку моему мужу, поскольку мое завещание оставляет все пережившему меня супругу.

— Но, имейте в виду, что у меня нет ни одного вещественного доказательства, которое позволило бы мне оградить вас от супруга!

— Я понимаю.

— Надо быть внимательней, миледи.

— Постараюсь.

— Видите ли, леди Уортэм, остается еще одна вещь, которую я не понимаю: зачем было убивать леди Ходдесдан? Очевидно, речь идет об ошибке, но как это произошло?

— Тем более, что здесь все знаю, что леди Элен пила только джин. Она одна пила его в тот вечер…

— Как, вы пили разное?

— Все, кроме леди Ходдесдан, пили виски.

— А мне ничего не сказали об этом.

Вдруг леди Джейн вскрикнула:

— Постойте!

И она рассказала полицейскому о том инциденте, который произошел между леди Элен и Мортимером. Она объяснила, почему в тот вечер, вопреки своему обычаю, леди Ходдесдан попросила виски, и как, по привычке, она взяла и выпила стакан, предназначавшийся мистеру Нарборо.

— Так значит это его хотели отравить…

— По-видимому.

— Увы! Это ничего нам не проясняет, ибо я не знаю, зачем сэру Микаэлю потребовалось устранить человека, служившего прикрытием в его планах?

Тъюстед покачал головой.

— Нет, миледи, леди Ходдесдан убил кто-то другой… по ошибке. Вы ничего не имели против мистера Нарборо, логика подсказывает, что это не мог быть и ваш муж… ни ваша гостья…

— Тогда кто же? Больше никого не было!

— А я думаю, что был.

— Опять? — возмутился Реджинальд при виде инспектора.

— Мы очень упрямы в своем деле… Мистер Чедгрейв, мне бы хотелось узнать ваше мнение об одном странном факте… Вы знали, что у доктора пропал флакон с дигиталисом, однако леди Ходдесдан была отравлена цианистым калием… И почему леди Ходдесдан? У вас есть какие-то соображения на этот счет, мистер Чедгрейв?

— Говорили об ошибке, сэр… Леди Ходдесдан выпила стакан, который не был ей предназначен. Мы разделяем это мнение.

— А для кого был предназначен отравленный стакан?

— Для мистера Нарборо.

— Откуда вы знаете?

— Нам так было приказано, сэр.

— Но ведь напитки подавали не вы?

— Нет, сэр. Этим занимался сам сэр Микаэль.

— Значит, вот где вмешался случай, иначе бы мистер Нарборо отправился к праотцам.

— Без всякого сомнения, сэр.