Шанталь Фернандо – Время покажет (ЛП) (страница 37)

— Думаю, твой распорядок необходимо немного изменить. В установленном режиме нет никакого веселья. Время от времени ты должна быть непредсказуемой. Поживи немного.

Ее взгляд становится похотливым.

— Я была непредсказуемой чуть ранее этим утром.

Я стал твердым от этого воспоминания.

— Черт, это было потрясающе.

Я проснулся около четырех утра со ртом Трилл, обернутым вокруг моего члена. Лучший способ проснуться во все времена.

Она целует меня в челюсть.

— Подумала, тебе понравится.

— Как насчет того, что мы сходим позавтракать? После того, как я покажу тебе, конечно же, как сильно мне понравился сюрприз этим утром.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает она, приподнимая бровь.

Я усмехаюсь и поднимаю руку к ее волосам, пытаясь убрать темные растрепанные кудри. — Я собираюсь испробовать твою милую киску, а затем позволю тебе оседлать меня, чтобы я мог расслабиться и насладиться видом.

Ее глаза загораются, а рот слегка приоткрывается от моего предложения.

Но потом она откидывает одеяло в сторону и раздвигает ноги в знак приглашения.

Черт.

Я не могу насытиться ею.

Я хватаю Трилл за талию и приподнимаю ее так, что она оседлала мое лицо.

Спустя три ночи мы возвращаемся в Ченнон. Уставшие от поездки (хотя Ксандер снова не позволил мне сесть за руль) мы оба быстро приняли душ и практически рухнули в кровать. На следующее утро я медленно просыпаюсь, пытаясь заставить глаза открыться, поскольку слышу, что кто-то стучит в дверь. Матерясь про себя и подумав, что это должно быть Зак пришел увидеть нас и потребовать завтрак, я иду к двери, все еще находясь в полудреме и одетая в свои леопардовые штаны и майку. Я зеваю, отпирая замки, открываю дверь и высовываю голову наружу.

— Зак, неужели ты не мог подождать пока… — я замолкаю, видя, что это вовсе не Зак у двери. Вместо этого там стоит женщина. Темные волосы и смутно знакомая внешность.

— Триллиан? — спрашивает она, оглядывая меня с головы до ног.

— Да. Простите, я вас знаю?

Женщина сжимает губы.

— Конечно, ты знаешь меня. Я — твоя мать.

Мои глаза округляются, челюсть отпадает. Я вглядываюсь в ее черты лица. Это она. Что она здесь делает прямо сейчас? После всех этих лет?

— Что ты здесь делаешь?

Она хмурится.

— Разве так разговаривают со своей матерью?

Моя челюсть напрягается.

— После того, как ты бросила меня, когда я была ребенком? Полагаю, что могу разговаривать с тобой, как пожелаю.

Это на самом деле она?

Папа держал одну ее фотографию на стене. Одну. Она была сделана на их свадьбе. Не знаю, почему он сохранил ее. Будь моя воля, я сожгла бы эту проклятую вещь. Я сняла ее, когда папа умер, и повесила наше фото вместе с ним вместо нее.

Она повзрослела. На ее лице появились морщинки, но глаза те же самые. И ее волосы.

Черт, это она.

— Ты предложишь мне войти? — холодно спрашивает она меня, вздернув подбородок.

Это не то воссоединение, каким я его всегда себе представляла. В моей мечте мама бежит ко мне и обнимает. Она приводит вескую причину своего ухода и говорит, как сильно скучала по мне. Какой красивой я стала. Как она хочет наверстать упущенное время.

Ничего из этого не случается.

Я чувствую себя… оцепеневшей.

Опустошенной.

— Триллиан, — я слышу, как Ксандер зовет меня, тем самым вырвав меня из ступора. Я оборачиваюсь и вижу, как он подходит ко мне в одних лишь боксерах, низко сидящих на его восхитительных бедрах.

— Кто это? — спрашивает он, проводя пальцами по растрепанным каштановым волосам. Я очень хочу хлопнуть дверью перед лицом матери и забыть, что это когда-либо происходило, а затем вернуться в постель с моим сексуальным парнем.

Именно так я и поступаю.

Я захлопнула дверь, заперла ее и направилась обратно в спальню, взяв за руку Ксандера по пути.

— Кто это был? — спрашивает он снова, уставившись на дверь.

— Никто, — бормочу. — Просто моя мать.

Ксандер замирает.

— Что, черт возьми?

Я поворачиваюсь к нему лицом и вздыхаю, когда она начинает стучать в дверь.

— Это моя мать, и я не могу иметь дело с ней. Она — сука. Она чего-то хочет, я абсолютно уверена в этом. Зачем еще ей находиться здесь?

Ксандер проводит рукой по своему лицу и смотрит то на дверь, то на меня.

— Нам следует, по крайней мере, узнать, что она скажет, верно?

Я пожимаю плечами.

— Наверное.

— Ладно, — говорит он, кладя свою руку на мою. — Впусти ее. Я накину кое-какую одежду, встретимся в гостиной. Ты не одна в этой ситуации. Я здесь, хорошо, Трилл? И я не позволю случиться ничему плохому.

Я верю ему.

— Хорошо, — шепчу я.

Он целует меня в губы.

— Буду через минуту.

Я киваю, пытаясь улыбнуться, и возвращаюсь к парадной двери.

Пришло время столкнуться со своим прошлым.

Ксандер кипит от злости, безумно разозлившись.

И я имею в виду, именно кипит от злости.

— Вы хотите сказать, что после того, как бросили своего мужа и дочь, вы возвращаетесь сюда после всех этих лет, чтобы утверждать, что этот дом ваш и вы хотите его вернуть? — спрашивает он, неверие слышится в его голосе.

Моя мать потягивает чашку кофе, которую я сделала. Мне следовало подсыпать в него что-нибудь.