Шана Лаут – Невинная. Тройной соблазн (страница 25)
И стоило братьям к ней подойти, как появившаяся туманная дымка полностью заполнила её. Чёрный дым клубился, закручивался, пока не обрёл вид глади чёрного зеркало, в котором ничего не отражалось.
— Ты готова отправиться домой, Иса? — спросил немного напряжённо Эдир, а его братья выжидающе уставились на меня, словно опасаясь, что, уже стоя на пороге другого мира, я вдруг испугаюсь и отступлю.
— Готова, — но я не отступлю, хоть волнение вдруг снова охватило всё моё тело, оседая где-то в груди.
Больше слов не было, только уверенный шаг в новое неизвестное. Меня буквально подхватило это тёмное нечто, заставляя тело парить. Оно было лёгким, его едва касался ветерок от движения. Но именно в этот момент я перестала чувствовать руки братьев. Это не насторожило, ведь я подумала, что так и должно быть.
Только открыв глаза, едва ноги почувствовали твёрдую поверхность и устойчиво встали на неё, я почувствовала, как внутри всё переворачивается от испуга.
Я была одна! Братьев нет! И ничего вокруг нет, только огромные деревья и шум этого, кажется, бескрайнего, куда не посмотри, леса.
«Вдруг просто их чуточку дальше перекинуло этим порталом», — едва с надеждой подумала я, как вместо их голосов, зовущих меня, над всей этой чащей, очень близко вдруг раздался пронзительный вой. Вой, полный ликования от удачной охоты, как мне тогда показалось в диком испуге, с которым я прижалась спиной к ближайшему дереву.
И вовремя, ведь точно из-за дерева, к которому прижалась, вдруг появилась огромная серая голова гигантского волка. Его ледяные глаза и оскаленная пасть — это было последним, что я видела, проваливаясь во тьму обморока.
Ируан Дрэйс
— Ты спятил! — рычал брат, буквально сотрясая стены комнаты. Кажется, я слышал, как спор двух его бет несколькими этажами ниже резко прекратился. Да вообще вся жизнь в поместье замерла. — Ты хоть знаешь, кто она?
Взмах руки и опасливо-раздражённый взгляд в сторону кровати, у которой мы стояли, вызвал недовольство у моего волка. «Как он смеет
Но она! Она так красива! Так прекрасна! Так сладко пахнет!
— Я нашёл её в лесу, — повторил ему в который раз и покрепче стиснул зубы, стараясь не дать волку вырваться наружу и зарычать. — Видимо, нестабильный портал. Я не мог её оставить.
— Не в портале дело, — тяжело вздохнул брат, отходя к окну и смотря на небо так, словно чего-то от него ожидал. — Эта женщина только прошла единение с детьми тёмного пламени. Сила в ней, скорее всего, ещё не улеглась, она и вызвала дестабилизацию портала. Слишком сильны её мужчины… Не рычи!
Я и сам не заметил, как рык всё же вырвался. Волку не понравилась новость, что она принадлежит другим. Точнее, нам обоим не понравилось. Я буквально чувствовал рвущуюся наружу ярость своего зверя, но сдерживать его не хотелось. Хотелось поддаться ему, дать себе обратиться и разорвать всех, кто посмеет к ней ещё прикоснуться, кроме меня.
— Обуздай эту мысль, Ируан, — почему-то весело усмехнулся Оруэн, но ухмылка быстро истаяла, сменившись мрачностью. — Она принадлежит им, а ты для неё никто… Пока не докажешь ей и её мужчинам, что можешь быть с ней на равных, а не вечным рабом у её ног.
Я готов был быть и им, если она будет рядом. Будет смотреть на меня, касаться, разрешать дарить ей себя.
Кажется, Оруэн уловил эти мысли в моём взгляде и только сокрушённо покачал головой, тихо выдохнув:
— Если
— Они
— Ты не представляешь. Мы дети севера — сильнейшие среди нас, нам нет равных, они же — сильнейшие среди своих, исключая их императора. Но мы и близко к ним не стояли, а уж сейчас, когда они обрели свой смысл жизни… — через плечо посмотрел на спящую девушку. Лекарь не нашёл ничего страшного в её состоянии, просто перенервничала, увидев меня, и слабое тело выбрало обморок, как спасение, быстро перешедший в сон. — Если ты тронешь её или кто-то из нас, они уничтожат весь север, превратив во вторые огненные пустоши, и гореть они будут ещё несколько сотен лет.
— Что же тогда делать? — мысль, что придётся отпустить девушку и, по сути, навсегда остаться без неё причиняла невыносимую боль. Захотелось завыть, сжаться в комочек и лечь у её ног… пока это возможно.
— Пока они не нашли её, а найдут быстро, поверь мне, действуй, но лишнего не предпринимай. Смотри на её реакцию, подстраивайся, будь тем, кем она захочет. Это единственное, что ты можешь. Либо, когда она уйдёт с ними, а она уйдёт, просто лечь у алтаря в храме Луны умирать или молить богиню быстрее забрать тебя.
Брат говорил здравые мысли. Но как я могу оставить её? Я же сам понимаю, что просто брошусь следом за ней, обернувшись и уже не мысля, как человек. А волку не докажешь, что его пару нельзя трогать. И Оруэн тоже это понимал, поэтому и предостерегал.
Не знал, что на это ответить, да и не пришлось. Моя красавица открыла глаза, тихо простонав. От её стона в паху стало тесно, но впущенные когти в ладонь быстро меня остудили. Ранки заживут быстро, а вот пугать её своим состоянием не хотелось.
— Спокойного дня вам, — брат решил брать начало беседы на себя, поняв, что сейчас я не могу и слова вымолвить. На меня вновь словно ступор напал, едва я снова заглянул в эти глаза.
— Где я? — просипела она в ответ, осматриваясь.
— Вас перенесло в наши земли, видимо, портал был нестабилен. Но не волнуйтесь, — тут же спохватился Оруэн, заметив, как девушка напряглась, — за вам скоро придут ваши мужья.
— Вы сообщили им, где я? — она начала привставать, а я уже едва не бросился ей помогать. Пришлось унять свой пыл и делать всё осторожно. Так она хотя бы приняла мою помощь.
От тепла её руки в моей по моему телу стали расползаться волны родовой магии. Они наполняли меня, делая уверенным, что я всё смогу. Только бы она была рядом.
А вот девушка поёжилась, почувствовав холод. Её кожа покрылась мурашками, а плечики съёжились. Пришлось срочно брать себя в руки и не давать больше силе выскальзывать за пределы тела. Брат тоже заметил этот всплеск и только бровью повёл, смотря на меня как на несдерженного подростка, которым, по правде сказать, я себя сейчас и ощущал. Будто в первый раз захотел самку, а волк, обуреваемый гормонами, и силой подталкивал взять своё, не смотря на последствия.
— Нам не было нужды, — ответил на её вопрос Оруэн. — Они сами вас найдут. Вы же прошли обряд единения, — и как-то вопросительно посмотрел, словно уточнял, знает ли она о таком.
— Да, прошла, — кивнула она. — Ой, простите, я не представилась. Раиса… вар Тов.
Её заминка была едва заметной, но она была. Кажется, малышка ещё не привыкла, что она замужем, что значит, не привыкла к мужьям, поэтому у меня есть чуть больше шансов ей понравится.
— Семья Тов, — кивнул сам себе брат, будто подтверждая свои мысли. — Тогда они будут у нас в ближайшие час-два. Стоит подготовиться, — с этими словами он направился к выходу из комнаты, очень многозначительно посмотрев на меня.
Кажется, моя едва рождённая надежда оказалась слишком эфемерной, чтобы жить. А влетевшая в окно огромная золотоморница, сразу же усевшаяся на плечо красавицы, только подтвердила это.
Едва она села, меня словно обожгло в тех местах, которыми я прикасался к девушке, помогая поудобнее сесть. Медленно отнял свои руки от неё и сжал ладони так, чтобы она не заметила наливающиеся краснотой ожоги.
— Привет, — а она и не заметила, улыбаясь насекомому и, кажется, не до конца осознавая, что это за существо. — Прости, не расскажешь, как я тут оказалась? — это уже было адресовано мне.
— Я нашёл тебя, — тихо ответил ей, хотя скорее прохрипел, сдерживая рвущегося к своей половинке волка. — В нашем лесу.
— Вот как, — удивилась Раиса. Если подумать, это имя не нашего мира, значит, они привели её сюда из того, где мы лишь легенда. И если учесть её самую первую реакцию на меня, то всё сходится. Кажется, у меня ещё меньше шансов. — Спасибо, что не оставил. Там был огромным зверь… Ты отпугнул его?
— Нет, — ответил не задумываясь, больше слушая её голос, наслаждаясь им. Пока могу, ведь правду не утаить надолго, пусть знает сразу: — Это был я.
— Что? — огромные удивлённые глаза посмотрели в самую душу. Как я ещё на колени перед ней не рухнул, не представляю.
— Это был я, — повторил, еле выдавив.
«Хочу показать себя», — рвался наружу волк.
— Ты… оборотень, — выдохнула она, а я понял, что проигрываю бой со своим зверем. Я вот-вот обернусь! И снова напугаю!
«Дай мне выйти!» — во всю бесился тот, кажется, не осознавая, чем нам это грозит.
«А может оно и к лучшему?» — вдруг мелькнула мысль, отпуская все мои мысленные цепи и давая половинке души выйти. — «Может умру быстрее от пламени её мужчин, чем от тоски».
Но на моё удивление вскрика не последовало. Я закрыл глаза, поэтому не видел её реакции. Боялся увидеть. И единственное, что мог, — это опуститься в позу полного подчинения и ждать смерти, пока лёгкие всё настойчивее заполняются её ароматом, а мозг эйфорией от её присутствия.