Шамиль Урусов – Проводник. Пять стихий (страница 6)

Роб смотрел на каменную книгу. Магия? Знания? Это было не его. Он – воин. Кузнец. Ломать – его стихия, а не читать. Но выбора не было. «Утраченное Знание Огня Глубин» … Эти слова эхом отозвались в его душе. «Отец?» – мелькнула мысль. Твои знания?

Даргун сделал последний шаг к краю возвышения. Его голос стал громоподобным:

– Третий Камень Испытания: ПУТЬ. Если ты откроешь Книгу Предков… она укажет тебе дорогу. Найди Дверь в Скале Монтимора. – Он указал рукой куда-то в темноту бесконечных туннелей. – Она скрыта. Защищена. Хранит не золото, не кристаллы. Она хранит Утраченные Знания Наших Потомков. Знания, которые МЫ, предки, оставили для тех, кто придет после Великого Раздора. Знания, которые помогут выковать Будущее. Принеси их. Докажи, что ты не только Воин и Чтец Древних Печатей, но и Проводник в Грядущее. Тогда… тогда Ты – ВОЖДЬ. Тогда кланы сложат топоры распри и пойдут за ТОБОЙ. – Глаза Даргуна сверкнули. – Согласен ли ты, Чужак-Роб, встать на Костяной Путь Испытаний? Или предпочитаешь уйти в Пыль Забвения?

Тишина в Гроте Золотых Жил стала глухой, давящей. Три вождя смотрели на Роба. Грот Тяжелая Рука бил кувалдой по ладони, вызывающе фыркая. Каменная книга лежала на пьедестале, как немой укор.

Роб выпрямился во весь рост, превозмогая боль. Он выдернул топор из пола. Лезвие блеснуло в свете золотых жил. Его каменные глаза встретились с бездонными шахтами глаз Даргуна. В них не было страха. Была ярость. Была усталость. Была непоколебимая воля.

Роб (Голос рваный, но громовый):

– Испытания? Пфф!– Он плюнул на каменный пол. Плевок зашипел. – Бился с тварями пострашнее твоего булыжника с ногами! – Он ткнул топором в сторону Грота. – Читать… не моя стезя. Но если книга уперлась – РАЗОБЬЮ! Найду обломки знаний! – Он повернулся к Даргуну. – А дверь… в скале? Роб Скальный Кулак не дверь ищет – он ИХ ДЕЛАЕТ! Укажи, где Монтимор – выбью проход кулаками! – Он взревел, и его рев, полный боли, ярости и вызова, заглушил гул города: – ВЕДИ, Даргун! ВЕДИ НА ПЕРВЫЙ КАМЕНЬ! Покажу этому ГРОТУ, как СКАЛЬНЫЙ КУЛАК крошит твердь! А потом…– он бросил взгляд на каменную книгу, – потом разберусь с вашим булыжником со страницами! ДАВАЙ!

Грот Тяжелая Рука рявкнул в ответ и ринулся вперед, поднимая свою чудовищную кувалду. Роб, стиснув зубы от боли в груди, встретил его, выставив топор. Золотые своды Грота Золотых Жил впервые за тысячелетия задрожали не от работы кузниц, а от начала поединка за судьбу всего гномьего народа. Первое испытание Вождя началось. А впереди ждали Запертая Книга Предков и таинственная Дверь в Скале Монтимора. И времени, как всегда, было в обрез. Успеет ли израненный гном с Пыльных Путей стать легендой, прежде чем его старые и новые враги настигнут его?

Бой Роба: Танец Ярости и Камня

Место: Грот Золотых Жил. Мерцающий свет золотых прожилок и кристаллов бросал кроваво-желтые блики на полированный каменный пол, превращая его в гигантскую шахматную доску для смертельной игры. Воздух гудел от напряжения, смешанного с запахом горячего металла, пота и крови.

Противники:

Роб Скальный Кулак: Израненный, с адской болью в груди при каждом вздохе. Броня – разбитая скорлупа. Топор – единственная опора и оружие. Но в каменных глазах горел огонь, не уступающий пламени горна. Ярость. Упрямство. Воля выжить и доказать.

Грот Тяжелая Рука: Гора плоти и стали. На голову выше Роба, вдвое шире в плечах. Броня – цельные плиты, покрытые шипами. Шлем – ведро с узкой прорезью, из которой светились тупые, свиноподобные глаза. В руках – каменная кувалда. Не оружие – обломок колонны, больше похожий на надгробие. Весила за четверть тонны.

Гром и Молния.

Грот взревел.Звук – как обвал в узком тоннеле. Он рванул кувалду вверх, держа ее двумя руками, как жрец священный символ, и обрушил вниз, прямо на макушку Роба! Удар был чудовищно медленным, но неумолимым. Воздух завыл. Казалось, сам свод дрогнет.

Роб не блокировал. Он рванулся ВПЕРЕД, в подныр под замахом, толкнув древко топора в землю как шест. Боль в груди взвыла белым светом, но инстинкт был сильнее. Кувалда прожужжала в сантиметрах за его спиной, взрыхлив каменный пол веером осколков и пыли. Ударная волна сбила Роба с ног. Он кувыркнулся, выдёргивая топор.

Первый Раунд: Молот и Наковальня.

Грот, разъяренный промахом, завопил. Он не умел быстро менять направление. Он был тараном. Он заработал кувалдой, как мельничным крылом, создавая вокруг себя смертельный вихрь из камня и стали. БУМ! – удар в колонну, от которой откололся кусок размером с голову. БУМ!– в пол, оставив кратер. Пыль заволакивала грот.

Роб катился, прыгал, припадал. Он метался как тень на стене, используя столбы, выступы, саму пыль как укрытие. Его топор свистел, не для удара, а для парирования осколков, летящих от ударов кувалды. Щуплый! Блоха! – ревел Грот, яростно круша все вокруг. Ты только пыль поднимаешь, увалень! – рявкнул Роб, уворачиваясь от очередного удара, который едва не разбил ему ногу. Он экономил силы. Он искал щель. Броня Грота была монолитной… кроме суставов.

Кровь и Камень.

Грот, взбешенный неуязвимостью «блохи», изменил тактику. Он не стал бить – он пошел стеной. Прижал Роба к массивной золотоносной колонне. Кувалда зависла над головой Роба. Конец.

Тупая морда за шлемом скалилась в ухмылке.

Роб не отпрыгнул. Он присел, как гном перед прыжком в шахту. Боль в груди взревела. Он оттолкнулся от пола и колонны ВСЕЙ силой ног и спины. Не вбок. ВПЕРЕД! Прямо под кувалду, в ноги гиганту! Его топор вспорол воздух не лезвием, а обухом– со всей яростью и отчаянием он врезал им в коленную чашечку Грота!

ХРУСТ! Звук был отвратительным, как ломаемое дерево. ААААРГХ! – рев Грота перешел в визг. Его нога подкосилась.Кувалда рухнула вниз, но потеряла цель, взрыхлив пол рядом с Робом. Гигант закачался.

Роб не стал ждать. Ярость гнала. Он вскочил, как разъяренный барсук, и всадил лезвие топора в щель между набедренником и наколенником на другой ноге Грота! Ты… КРОШКА – завопил Грот, пытаясь удержать равновесие. Кровь хлынула из двух ран, алея на сером камне.

Падение Титана.

Грот, истекая кровью, обезумел от боли и ярости. Он замахнулся кувалдой одной рукой, другой пытаясь схватить Роба. Удар был кривым, бессильным.

Роб увидел шанс. Он прыгнул НА падающую кувалду! Использовал ее инерцию как ступеньку! Его ноги впились в шипастую спину Грота. Боль в груди прожгла его насквозь, но он взревел, поднимая топор двумя руками над головой. Не для рубящего удара. Для тарана! Обухом! В затылок! В основание шлема! Туда, где шея встречалась с черепом!

ГЛУХОЙ СТУК! Как молот по наковальне. Шлем вдавился. Грот замер. Его тупые глаза за прорезью погасли. Огромное тело закачалось как подрубленный дуб… и рухнуло плашмя на каменный пол с грохотом, от которого задрожали золотые жилы на сводах. Пыль взметнулась столбом.

Победитель.

Роб стоял на спине поверженного гиганта, тяжело дыша. Каждая клетка горела. Грудь ныла от разорванных швов, кровь сочилась сквозь повязку. Топор дрожал в его руках. Он посмотрел вверх.

На возвышении стояли три Вождя. Борн Железный Кулак был бледен, его кулак сжат. Торгрин Плавильное Сердце смотрел с новым, острым интересом. Даргун Камнедробитель– неподвижно. Его алмазные глаза буравили Роба. Ни восхищения, ни страха. Признание.

Даргун (Голос гулкий, как отдаленный обвал):

– Первый Камень… пройден. – Он кивнул на каменную книгу на пьедестале. – Подойди, Роб Скальный Кулак. Прими «Хроники Первогорна». И докажи, что ты не только Воин… но и Хранитель Знаний Предков.

Роб сполз с тела Грота. Его ноги подкашивались. Он шагнул к пьедесталу, оставляя кровавые следы на полированном камне. Толпа гномов расступилась молча. Их взгляды были уже другими: не вражда, а трепет, смешанный с надеждой.

Он остановился перед черным каменным фолиантом. «Хроники Первогорна». Замки – массивные стальные скобы, холодные и мертвые. Роб посмотрел на свои руки – грубые, в крови, в мозолях. Руки воина, кузнеца… а не чтеца.

«Разобью!»– пронеслось в его воспаленном мозгу. Но… Утраченное Знание Огня Глубин» …Слова Даргуна эхом отдались в душе. Отец… твои секреты?

Роб стиснул зубы. Он поднял окровавленную, дрожащую руку. Не к замкам. Он ударил кулаком по обложке книги! ТЯЖЕЛО! Со всей своей яростью, болью, отчаянием и надеждой!

БА-БАХ!

Не звук удара. Звук… щелчка. Глубокого, резонирующего, как сдвиг тектонических плит. Стальные скобы… сдвинулись. Не открылись, но шевельнулись! От удара кулаком! Багровый свет мелькнул под рукой Роба, сливаясь с золотым сиянием жил на секунду. По обложке книги, от точки удара, поползла тонкая трещина, светящаяся изнутри тусклым оранжевым светом, как угли в пепле.

Грот Золотых Жил замер. Даже дыхание сотен гномов остановилось. Даргун сделал шаг вперед. Его гранитное лицо дрогнуло. В глазах алмазных шахт вспыхнул огонь.

Роб отдернул руку, смотря на трещину, на чуть сдвинутые скобы. На свои окровавленные костяшки. Потом поднял взгляд на Даргуна. В его каменных глазах горело не торжество. Горело понимание.

Он нашел первый ключ. Не умом. Яростью и Кровью. И это было только начало. Впереди были Запертая Книга и Дверь в Скале Монтимора. А тело его кричало от боли. Но он стоял. Победитель первого испытания. Вождь в пути.