Шалини Боланд – Тайная мать (страница 39)

– Я знаю, знаю.

– Тесса, – начинает Бен таким тоном, который заряжает меня новым беспокойством. – Если она может так запросто войти в твой дом, то разве не могла именно она, Карли, привести твоего мальчика к тебе и оставить его у тебя на кухне?

– Что? Нет! – Я подношу руку ко рту и машинально начинаю грызть ноготь. – Какой в этом смысл?

– А кто еще мог войти в твой дом? – возражает босс. – К тому же у нее есть мотив.

– Какой мотив? Зачем ей… – И тут меня осеняет, да так неожиданно, что все десять моих пальцев взлетают ко лбу. – Ради истории?

– Конечно.

– Я не знаю, Бен. – «Неужели она действительно могла пойти на что-то столь ужасное?» – У нее, конечно, большие финансовые проблемы сейчас. Она говорила мне, что если не сдаст историю в ближайшее время, то потеряет дом.

– Ну вот тебе и мотив. К тому же она вполне похожа на человека, который мать родную продаст ради удачной статьи.

– Ч-чё-орт!.. – А что, если я с самого начала гналась не за той дичью? Что, если Фишер вообще не имеет к этому никакого отношения, а все это устроила Карли, пользуясь им и его сыном как приманкой для меня и прессы? – Мне, наверное, надо с ней поговорить, да? Но она не отвечает на звонки. И вообще куда-то пропала.

– Давно?

– Вчера она должна была поехать в Крэнборн, но с тех пор я ничего от нее не слышала. Думаю, мне надо пойти и еще разок навестить ту домоправительницу. Она – единственный человек, кто, как мне кажется, может пролить хотя бы немного света на все, что происходит.

– Так поезжай к ней сейчас.

– Не могу. Я же на работе.

– Растения можно посадить и в другое время. А это дело срочное. Оно ждать не может.

– Да, но…

– Поезжай. Если хочешь, я составлю тебе компанию.

– Нет, она и так ужас до чего нервная. Увидит нас вдвоем – ни за что не впустит. Она и со мной одной вряд ли говорить будет.

– Попробовать все же стоит.

– А ты точно не против?

– Иначе и предлагать бы не стал.

– Я этот день потом отработаю, – обещаю я.

– А как же!

Наклоняюсь вперед и без всякой задней мысли чмокаю его во влажную от дождя щеку. Вполне естественная реакция, как мне кажется. Но Бен берет меня за руку и прижимает губы к костяшкам моих пальцев. А затем кладет мою руку мне на колени и выходит из машины под проливной дождь.

– Сообщи мне, как у тебя дела. И будь осторожнее, – говорит он мне, и дверца захлопывается за ним с глухим стуком.

– Да, конечно. – Машу ему рукой, но он уже растворился в пелене дождя.

Чем больше я узнаю об этом деле, тем более запутанным и противоречивым оно мне кажется. А что, если Бен прав? Что, если за всем этим стоит сама Карли? Наверное, это не исключено, но я просто не знаю, кому верить…

Глава 29

Вот я и снова здесь, перед дверью бывшей домоправительницы Фишера, только на этот раз она и на звонок не отвечает. Время почти девять утра, так что Мерида, может быть, уже на работе, хотя в прошлую пятницу, когда я была здесь примерно во столько же, она была дома. Так что, наверное, просто не отвечает. Я снова жму на звонок и жду. Тишина. Я боюсь, что Винс обратится в полицию, если Карли в ближайшее время не даст о себе знать, и тогда мои неприятности начнутся с новой силой.

Я отступаю с крыльца на мокрый тротуар и поднимаю голову к окну, за которым в прошлый раз видела Мериду Флорес. Ледяной дождь хлещет мне прямо в лицо, смачивает ресницы и стекает по щекам. Я не обращаю на это внимания. Сегодня занавески у нее раздвинуты. А комната за ними темна. Наверное, ее все же нет дома. Надо мне уехать обратно, вернуться на работу, набраться терпения и ждать, когда Карли сама мне позвонит. Если теория Бена верна, то моя изобретательная соседка, вполне возможно, нарочно скрывается от меня.

Прежде чем уйти, еще раз поднимаю голову к окну Флорес и на всякий случай – вдруг она меня все-таки видит? – складываю перед собой руки, словно в молитве. Как еще привлечь ее внимание, я не знаю. Пусть она увидит мое отчаяние. И тут мое сердце пропускает удар: у окна появляется расплывчатая фигура. Это она. Она дома. На мгновение наши взгляды смыкаются. Флорес быстро кивает мне и тут же исчезает. Значит ли это, что она согласна меня впустить?

Я снова подхожу к двери и, затаив дыхание, жму на кнопку звонка. На этот раз хозяйка дома отвечает.

– Тесса Маркхэм, – говорит она утвердительно.

– Здравствуйте, – отзываюсь я, судорожно пытаясь придумать, что бы еще сказать такого дружелюбного, чтобы не напугать ее, а наоборот, расположить к себе. – Я пришла к вам за помощью, – добавляю. – Мы можем поговорить? Всего несколько минут…

Дверь вдруг начинает жужжать, вибрируя на петлях. Я толкаю ее, и она подается под моей рукой, открывая моему взгляду на удивление хорошо освещенный и даже нарядный общий подъезд, перила и другие деревянные детали которого источают сильный лимонный запах полироли для мебели. Пол, ступеньки, стены – все выдраено до блеска, нигде ни пылинки, ни соринки.

Пока я поднимаюсь по крутой лестнице с ковром, одна из двух дверей на верхней площадке открывается, и в просвет между дверью и косяком я вижу миниатюрную фигурку: это Мерида Флорес. Она смотрит на меня сверху вниз, а я на нее – снизу вверх, почти по вертикали.

– Здравствуйте, – еще раз повторяю я, приходя в волнение от того, что вижу наконец эту неуловимую женщину, в чьих руках, вполне возможно, находятся ключи ко всем загадочным событиям, происходившим в моей жизни в последнее время.

На мой взгляд, Мериде чуть больше сорока лет. Ее темные волосы беспощадно стянуты в длинный хвост над самой шеей, она в черных джинсах и темно-красном свитере. Одной рукой держится за золотой крестик без всяких украшений, висящий у нее на цепочке на шее.

Когда я оказываюсь на верхней ступеньке лестницы, Флорес делает шаг назад, в свою квартиру, и жестом приглашает меня внутрь. Набрав полную грудь воздуха, я решаюсь и вхожу: она проводит меня через маленькую темную прихожую в гостиную, комнату с большим эркерным окном, прямо под которым стоят стол из темного дерева и два стула. Это то самое окно, через которое мы смотрели друг на друга всего минуту назад. Как и в подъезде, в квартире пахнет лимонной полиролью.

Из-за низких темных облаков и проливного дождя на улице здесь, в комнате, темно, как ночью. Флорес щелкает выключателем, но со светом становится только хуже – очень уж странные тени отбрасывает абажур на стены комнаты. Мы продолжаем стоять, лицом к лицу, сложив на груди руки; ее худые пальцы продолжают теребить крестик.

– Спасибо, – произношу я наконец, – что вы позволили мне войти. – Говорю медленно, членораздельно, поскольку не знаю, хорошо ли она понимает английский. Я все еще удивлена тем, как легко мне на этот раз удалось попасть внутрь – прежде, когда я видела Мериду, она всегда так стремительно убегала, что и теперь я ожидала большего сопротивления с ее стороны. Но я не спрашиваю, почему она так поступила, – не хочу давать ей повод передумать.

Флорес едва заметно кивает.

– Меня зовут Тесса, хотя вы, конечно, уже знаете это, – продолжаю я.

– Меня зовут Ангела, – говорит она тихо и с заметным акцентом.

– Ангела? Я думала, вас зовут Мерида… Мерида Флорес?

– Да, я Ангела Мерида Флорес. У нас, испанцев, по две фамилии – одна от отца, другая от матери, понимаете?

– О да, конечно, просто я этого не знала.

– Пожалуйста, садитесь. – Хозяйка делает жест в сторону зеленого дивана из искусственной кожи, который угрожающе скрипит подо мной, когда я пристраиваюсь на его краешек. Сама она опускается на стул, тот, что ближе ко мне.

– Мне нужно задать вам несколько вопросов, – начинаю я.

– Вы сказали, что вам нужна помощь.

Несмотря на то, что мотивы Карли мне по-прежнему не ясны, я все же решаю начать разговор с ее исчезновения.

– Да. Пропала моя соседка. Вчера она поехала навестить доктора Джеймса Фишера.

При упоминании его имени Ангела бледнеет и трясет головой.

– Это нехорошо, – бормочет она.

– Нехорошо? – повторяю я за ней. Никакой любви к Карли у меня, понятное дело, нет, но тут я начинаю по-настоящему беспокоиться за ее безопасность. – Почему нехорошо? Фишер мог ей навредить? Он опасен?

– Доктор Фишер? Опасен? Нет.

– Тогда почему вы сказали, что это нехорошо? Когда я назвала его имя, вот только что, вы сразу испугались.

– Я боюсь не доктора Фишера. Не думаю, чтобы он причинил кому-нибудь вред, – говорит Флорес.

– Вы ведь у него раньше работали, правда? Вы уверены, что он никому не может причинить вреда? Моя соседка… – Я так и не могу заставить себя назвать Карли подругой. – Она поехала повидаться с ним, а теперь никто не может ее найти. Она не берет трубку телефона.

– Доктор Фишер – строгий человек, но он не насильник и не убийца. Он не опасен. Он ничего не сделает вашей соседке, я уверена.

– А почему вы ходите за мной по пятам, Ангела? Я вас несколько раз видела, и каждый раз вы убегали.

Моя собеседница закрывает лицо руками. Что она делает? Думает? Плачет? Непонятно.

– Что с вами? – спрашиваю я.

И тут у меня в мозгу как будто что-то щелкает. Я встаю на ноги и делаю шаг к ней, чувствуя, как от волнения у меня холодеют руки и ноги.

– Гарри тогда сказал, что его привел ко мне ангел. Вас зовут Ангела. Это были вы? Это ведь вы привели Гарри в мой дом?

Флорес отнимает руки от лица, но смотрит не на меня, а себе в колени. Судя по ее лицу, в ней сейчас борются противоречивые чувства.