Шахназ Сайн – Предначертанная. Часть первая (страница 17)

– Мужчины нашего времени…

Он прекрасно расслышал тихие слова в его адрес.

– Женщины во все времена были рассеянны… – произнёс он грубым и одновременно безразличным тоном, окинув её скучающим взглядом.

Стоило Майе поднять на него глаза, как мужчина неожиданно улыбнулся, словно волк, обнаживший клыки.

– Но чертовски притягательны, – закончил он фразу, наблюдая за тем, как хрупкая девушка встала и, недовольно фыркнув, направилась к своему столику.

Майя вышла с тренировки с чувством дикого голода, настолько всепоглощающего, что подай ей килограмм мяса, она в момент опустошила бы тарелку. Невысокая девушка, на голову ниже подруг, с вечно смеющимися глазами и заразительным смехом, она дарила окружающим её людям ощущение лёгкости и беззаботности. Утончённая, с ярко выраженной осиной талией и волнующими изгибами, как магнит, Майя притягивала внимание мужчин.

Они с Мирой обнялись.

– Не знаешь, Тамара сильно опоздает? Хоть она и написала, что скоро будет, но мы-то знаем, что это «скоро» может растянуться надолго, – пролепетала Мира, усаживаясь на своё место. Тревожные мысли стали утихать.

Майя пожала плечами.

– Ладно, пока ждём её, садись и рассказывай, как там дела с Артуром? – спросила Мира. – Ты сказала, что возникли какие-то проблемы и расскажешь при встрече.

– Не знаю, – пробурчала Майя, плюхнувшись в мягкое кресло тёмно-шоколадного цвета. – Мы опять поссорились, и притом сильно!

– Насколько?

– Ну-у… – протянула она, недовольно нахмурившись. – Ты понимаешь, я недавно смотрела сторис девушки, которая работает у них в ресторане и, в общем… – сделав небольшую паузу, Майя неохотно продолжила. – Она чуть ли не вешалась ему на шею! Ты представляешь это?! Ве-ша-лась! Естественно, увидев это, я начала расспрашивать. Ну, и пошло-поехало… Он на это отреагировал грубо и задел меня, – поникшим тоном призналась девушка. – Слово за слово, и мы поругались. Устала от его выходок! Сейчас он…

– В блоке, – закончила фразу Мира вместо подруги.

– Там ему и место! – обиженно пробурчала Майя, достав телефон из спортивной сумки. – Не хочу ни видеть, ни слышать его! Бесит меня!

Послышался смешок Миры, она обречено покачала головой.

– Конечно, поэтому ты достала телефон?

– Да я серьёзно… – губы Майи растянулись в смущённой улыбке.

– Я тоже. Видимо, чувства стали проявляться на другом уровне, м? Раньше ты его не ревновала.

– Раньше я вообще никого не ревновала, – продолжала бурчать подруга, обиженно поджав губы. – Ревновали меня. В общем, похоже, это бумеранг.

– Конечно, бумеранг. Всё, что отдаёшь, возвращается спустя время, – подытожила Мира. – Кого-то бумеранг заставляет ждать, а кого-то нет, но каждый получает то, что в своё время отдал.

Их разговор прервал подошедший официант, который расставил на столе заказанные Мирой блюда.

Майя, проследив за луковым супом, а затем и за тарелкой стейка, которые оказались прямо перед ней, облизнулась. Голод дал о себе знать протяжным воем из живота, вызвав улыбку на лицах подруг.

Официант молча удалился.

– Что-то случилось? – спросила Майя.

– Есть такое, – неуверенно ответила Мира. – Дождемся Тамару, и расскажу.

– Что-то с отцом? – взволновалась Майя, взявшись за ложку и подвинув ближе тарелку супа.

– Не-а, – Мира взяла вилку и начала ковыряться в салате. Цезарь выглядел вкусно, но аппетит улетучился.

В кафе зашла Тамара, официант указал ей на нужный столик, и она быстрыми шагами направилась в сторону девочек. Миниатюрная, как и Майя, девушка с чёрными длинными кудрявыми волосами, которые чаще всего собирались в небрежный пучок. С явно выраженной горбинкой на носу, широкой улыбкой и слегка узким разрезом глаз, она выглядела прекрасно. Тамара являлась олицетворением нежности и спокойствия, её присутствия и мягкого голоса было достаточно, чтобы почувствовать себя умиротворённо рядом с ней.

Она была самой старшей среди подруг, ей был тридцать один год. Средней считалась Мира, а младшей – Майя, которой недавно исполнилось двадцать четыре.

Общие черты двух черноволосых девушек – Майи и Тамары – наводили на мысли, что их связывали родственные узы, и это не было ошибкой – они были двоюродными сёстрами.

– Я ужасно голодная! – воскликнула Тамара впопыхах.

– Как раз только что принесли, – улыбнулась Мира. – Садись давай! Ты прям быстро, умничка.

Тамара уселась рядом с Майей, оказавшись лицом к лицу с Мирой.

– Ты откуда, кстати? – уточнила Мира.

– Из дома, – ответила Тамара. – После вас у меня встреча с Микаэлем. Возможно, он наконец скажет то, что мне хотелось бы услышать.

– Откуда такие мысли? – удивилась Майя. – Спустя три года он не то чтобы признаться, он должен уже жениться на тебе, учитывая то, сколько вы проводите время вместе на работе!

Тамара никак не отреагировала на слова сестры, с аппетитом уплетавшей луковый суп.

– Не понимаю, сколько можно сохнуть по парню, который ни рыба, ни мясо? Видите ли, он не может понять, испытывает что-то к тебе или нет. Как вообще такое возможно?! – не унималась Майя, все больше нарываясь на предостерегающий взгляд Тамары.

– Успокойся, подруга, – Мира коснулась её руки, намекая, что не следовало Тамару выводить из себя, иначе ссоры не миновать. – Бурчишь, как старушка у подъезда.

Майя усмехнулась, Тамара обречённо вздохнула. Словам двоюродной сестры, конечно же, удалось задеть за живое. На её лице отразилась тень грусти. Как бы она ни злилась на Майю, всё же прекрасно понимала справедливость её упрёка.

– Мы три года работаем бок о бок, он хирург, я анестезиолог-реаниматолог. За это время нам удалось стать хорошими друзьями, – подтвердила Тамара, отложив вилку. Мы рядом и в хорошие, и в плохие дни. Да, он держал дистанцию, и я не нарушала её, надеясь, что настанет время, когда он всё поймёт и примет мои чувства, ответит взаимностью. И исходя из того, что я наблюдаю в последнее время, мне кажется, – Тамара слабо улыбнулась, в её глазах показался проблеск надежды, – он что-то начал испытывать. Вчера позвонил, назначил на сегодня встречу, мол надо увидеться и поговорить. Что-то мне подсказывает, это будут приятные новости.

– Если чувствуешь, значит, так и будет, – поддержала Мира, одобрительно кивнув в ответ.

Тамара немного воодушевилась, но неуверенность все же проскользнула на лице.

– Спасибо за поддержку, я очень переживаю! – она повернулась к Майе, аппетитно уплетающей после лукового супа долгожданное мясо. – Пчёлка, конечно, иногда раздражает меня, но стоит поблагодарить за правду. Говорит прямо в лицо, хоть это порой и обижает.

Мире стало не по себе от этих слов.

Майя удивлённо приподняла брови, не сказав ни слова, всё внимание было направлено на мясо. Она смаковала каждый кусочек.

Тамара безнадёжно ухмыльнулась и продолжила:

– Часто, – поправила она саму себя. – Это меня часто обижает, но как показывает жизнь, лучше правда в лицо, чем лицемерие за спиной.

– В лицо, – подтвердила Майя, довольно приподняв упрямый подбородок.

Тамара весело подмигнула подруге.

– И что бы я без вас делала, а? – спросила она, искренне улыбнувшись.

– И мы тебя любим, малышка, – ответила Мира, ощутив прилив нежности.

Что-то кольнуло в груди, она понимала, что поступала неправильно, утаивая от подруг последние события из своей жизни.

В дружбе, начавшейся ещё в далёком детстве, девочки были честны друг с другом, всегда оказывали взаимную поддержку и помощь абсолютно в любой ситуации. Они искренне радовались успехам и вместе переживали беды.

Они всегда честны.

Они всегда друг за друга.

Мира разрывалась от сомнений, понимая, что желание раскрыть душу и поделиться своей тайной могло привести к большим проблемам. Её не раз предупреждали: говорить с кем-либо о сделке ни в коем случае нельзя. Это чёрным по белому было прописано в договоре, который девушка подписала и лично передала Ибрагиму Асадовичу. Но она не выдержит и дальше держать всё это в себе, не имея ни единого шанса поделиться с близкими подругами, с которыми прошла и огонь, и воду.

То, что касалось их троих, всегда оставалось между ними.

Всё, что они обсуждали, они при себе и оставляли.

Они никогда не предавали друг друга.

Она не могла их предать…

Мира мельком оглядела их и, почувствовав внутреннюю воодушевлённость, расслабила зажатые плечи.

Она сделает это.

Она расскажет им.