Ша Форд – Хрупкость тени (ЛП) (страница 79)
— Где Деклан?
— Здесь, — пропыхтел он.
Два великана сидели за ним, промывали красные полосы на его плечах. Они двигались медленно, стараясь не навредить, но, судя по гримасе Деклана, получалось у них плохо.
Он стиснул зубы. Когда они начали промывать ткань, он сказал:
— Мои раны не так глубоки, как твои: спина великана прочная, — он скривился. Он сильно прикусил губу, и Каэл встревожился, когда из его глаз полились слезы. — Я поступил эгоистично сегодня. Я много лет нес это бремя, и, увидев шанс снять его, сделал это, не подумав.
Он вытирал глаза, махнул великанам за ним подождать. Он глубоко судорожно вдохнул, весь амбар притих.
— Но ты пролил за меня кровь, и я хочу рассказать тебе, зачем сделал это. Я второй из трех братьев, — начал он, хмуро глядя на пол. — Я родился болезненным ребенком, меньше и худее остальных. Отец, Каллан Конюх, был генералом нашего принца. О его смелости столько историй, сколько камней на долинах. Он заслуживал лучшего сына, чем я. Судьба уже дала ему старшего ребенка, сына, что был равен ему по размеру и силе… старшего брата, который был всем, чем я хотел быть. Ты уже, наверное, догадался, но его имя… было Дред.
Нет. Каэл этого не ожидал. Он зажал рот, чтобы поймать челюсть.
Деклан сжал кулаки. Его голос стал грубее.
— Даже сейчас мне больно думать о том, как я гордился Дредом. Когда я смотрел, как он бил других на соревнованиях, как он бросал взрослых великанов через плечо, словно они были снопами сена. Я гордился им. Он был моим старшим братом, гордостью клана Конюхов, — кулаки Деклана задрожали, он выдавливал слова. — Да, я смотрел на Дреда как любой младший брат, желая достичь тех же вершин, что и он. Теперь мне стыдно думать, что я любил его, — он посмотрел на Каэла, взгляд впивался в него, как отчаянные руки в рубашку. — Ты уже знаешь о том дне, когда узнали о моем… безумии. Когда на нас напали шептуны-мятежники, я сражался, как хотел отец. Дред развернулся и убежал к семье моей матери, к клану Козопасов. Они защитили его от гнева моего отца. Но, когда на наш регион напали маги, даже Козопасы не спасли его. И хотя Дред был достаточно взрослым, чтобы сражаться, он убежал с детьми к Камню скипетра, — глаза Деклана были красными. Его лицо скривилось, словно в его живот вонзали кинжал. — А теперь я расскажу тебе о третьем сыне Каллана, — его голос был едва слышен. — Пора тебе узнать о Дантэ. Он был моим младшим братом, нежной душой, — Деклан замолчал. Он прижал большие пальцы к глазам с такой силой, что Каэл боялся, что он их выдавит. Он дышал сквозь сжатые зубы, а потом поднял голову с болью на лице. — Ты знаешь, что случилось у Камня скипетра. Знаешь, как Титус выстроил нас, как натравил друг на друга. Я пытался остановить это, — Деклан покачивался, кулаки прижимая к голове. — Но, когда я вышел против Титуса, я услышал крик Дантэ. Я развернулся, и увидел… увидел…
Деклан не мог выдавить слова. Его пальцы впились в лицо, оставляя царапины на висках. Бренду пришлось схватить его за запястья, чтобы он не ранил себя.
— Все хорошо, — быстро сказал Каэл. — Я видел, что случилось с Дантэ. Помнишь?
— Ты не знаешь! — закричал Деклан. Гнев в его глазах не был направлен на Каэла, но пугал не меньше. — Ты не знаешь это, пока не увидишь, как один твой брат убивает другого. Дред был старшим. Он должен был защитить Дантэ. Я доверял ему! — он убрал руки от лица и скрестил их на груди. — Но для Дреда родство не имело значения. Он заботился только о себе. Он вонзил меч в грудь Дантэ, мой меч, который я бросил. Если бы я не бросил его, если бы не выпустил…
— Он бы все равно это сделал, — твердо сказал Бренд, сжав руку Деклана. — Не держи его зло на своих плечах. Это не твоя вина…
— Моя, — мрачно сказал Деклан. Он смотрел, пока Бренд не отпустил его, а потом продолжил. — Он кровью нашего брата купил себе путь в армию Гилдерика, и я дал ему средство. Я поклялся убить Дреда, — прорычал он. — И я все еще хочу сделать это. Я буду ненавидеть его, пока дышу. Потому я бросился на него. И я не жалею, но мне жаль, что я втянул тебя в это, — он смотрел на окровавленную рубаху Каэла. — Ты помог мне выжить там, я плохо тебе отплатил. Я лишил тебя свободы… и я никогда не прощу себя за это.
Тишина повисла в загоне, и на миг Каэл забыл, как дышать.
А потом он рассмеялся.
Точнее, начал смеяться, но это отозвалось болью в ранах. И он вместо этого улыбнулся.
— Я не собирался убегать. Ты это знаешь, — сказал он, а потом повысил голос. — Когда вы, великаны, поймете? Вы не заслужите свободу в этом Судьбой забытом месте. Вы не дождетесь этого. Если вы хотите быть свободными, сделайте это сами.
Он принялся расстегивать пуговицы рубахи так быстро, как позволяла спина. Бренд с любопытством смотрел на него. Великаны склонились. Вечерокрыл прижал колени к груди, широко улыбаясь.
— Что ты делаешь? — встревожился Деклан.
Каэл невольно ухмыльнулся, расстегивая последнюю пуговицу.
— Ты рассказал мне свою историю, Конюх. Пора мне поведать свою.
Сначала великаны были потрясены, узнав, что Каэл — шептун. А потом он показал свою метку, и все рты в комнате раскрылись. Многие чесали головы и бормотали, некоторые задавались вопросом, хочет ли он убить их. Не удивлен был только Деклан.
Он рассмеялся, словно победил, указал на палец Каэла и прокричал:
— Я знал это!
— Что значит…? Почему ты тогда не рассказал? — проворчал Бренд. Он почесал голову, он явно еще пытался понять, что происходит.
Но Деклан не объяснял дальше.
— У меня были подозрения, — он пожал плечами.
Каэл начал исцелять свои раны, чтобы великаны не ворчали слишком громко. Он исцелял части, куда доставал, начав с самых глубоких ран. Он не исцелил все, но сделал так, чтобы можно было двигать руками и плечами почти без боли. Небольшие порезы могли подождать: он знал, что ему еще потребуется сила.
После уговоров Деклан дал ему запечатать часть его порезов. Его спина дергалась, когда Каэл пытался соединить кожу. Когда он попросил Деклана заметить, тот прорычал в ответ:
— Что мне делать? Щекотно.
Вскоре он закончил. Каэл сказал Вечерокрылу лететь к Джонатану, чтобы он готовился. Тот улетел с шорохом перьев.
Бренд все лохматил себе волосы и услышал это:
— К чему скрипач будет готовиться? — выпалил он. Он смотрел на Деклана и Каэла. — Больше никаких секретов, я хочу знать, что вы задумали.
И Каэл рассказал ему все.
Бренд был против плана, он мог начать споры, но Каэл рассказал ему, что Гилдерик задумал для женщин. И Бренд замолчал.
— Не Клейри… — прошептал он после долгой паузы, которую тянул за волосы так, что Каэл боялся, что он выдернет их. А потом он покачал головой. — Не могу. Я не буду рисковать жизнями всех ради одной, даже если это моя Клейри, — сказал он жалобным голосом.
— Дело не в Клейри, — ответил Деклан.
Он тихо слушал Каэла, скрывал мысли в тени лба. А теперь он поднял голову и смотрел на Бренда, и в его глазах был огонь, который Каэлу нравился.
— Дело во всех нас, — Деклан повысил голос, чтобы его слышали в каждом загоне. — В нашем шансе на свободу.
— А если не получится, — прошептал Бренд. — Мы не планировали. Нет времени думать…
— Подумай о наших посевах, — Деклан указал на Поля. — Они не знаю, когда будет дождь, но разве они замирают до этого дня? Нет, оказавшись в земле, они пускают корни, и, когда проливается дождь, они к этому готовы. Ребята… мы годами пускали корни надежды. И теперь льется дождь, — он повернулся к Каэлу и улыбнулся. — Я готов промокнуть.
Гул начинался в загонах. Великаны заревели. Они били по груди, их глаза пылали, как угли. И только когда Бренд встал, чтобы утихомирить их, Каэл понял, что прижимается к стене.
Он понимал, почему для покорения долин требовалась магия. Ничто не могло подавить великанов, готовых к войне.
— Так все решено? Мы договорились?
Великаны ответили Бренду яростным рывком, таким громким, что задрожала крыша.
— Хорошо, — Бренд раздулся, сказав это, и повернулся уже не Бренд, а могучий воин. — Мы пойдем за тобой в бой, кроха-шептун. Говори, куда идти.
Ночь только началась, но Каэл знал, что часы пролетят быстро. Он решил дать великанам самим придумать, как освободить Фермы. Они знали земли лучше него. И он не сомневался, что они соберут остальных быстро.
Он раздал остальные указания и попросил Бренда поднять его к крыше.
— Мы будем думать, — прошептал Бренд, когда Каэл выбрался наружу. — Судьба с тобой.
Каэл не хотел, чтобы Судьба была рядом с ним, но он рассеянно кивнул.
Домик Хоба был на вершине Северного амбара, их соседа справа. Каэл пошел туда, стараясь не шуметь и держаться тени. Облачко закрыло луну на миг, заглушив ее свет вуалью. Но не было ясно, когда луна вырвется из облака. А кроме него на небе ничего не было.
Каэлу нужно было спешить.
Он привык, что над ним летит сокол, но в этот раз Вечерокрыл не предупреждал его об опасности. И он дольше пробирался к Северному амбару, чем думал.
Он добрался до лестницы, был готов и не собирался мешкать. Каэл позволил себе замереть и глубоко вдохнуть. Он потянулся за ножом на поясе… и его рука ничего не нашла.
Он чуть не выругался вслух, поняв, что не взял его. В волнении вечера он забыл забрать нож из гнезда Вечерокрыла. Он хотел ударить себя за глупость, но времени было мало. Если он прибежит обратно, Бренд сможет дотянуться и бросить нож ему.