Сэймар – Кто расставил нити? (страница 4)

– О Небо, большое спасибо. – Люда с улыбкой и восхищением приняла этот благоухающий букет и вдохнула полной грудью его аромат.

– Можешь ставить чай, сейчас я расскажу тебе, что и как надо заваривать.

Людмила накрыла на стол. Всё, что было приготовлено выложила гостю и гость с улыбкой, посмотрев на хозяйку, принялся трапезничать. Закончив обед Тхэлэролнэлзулынх сказал.

– Готовишь вкусно, молодец. Но, честно говоря, немного пересолено. Но мне понравилось, хотя солёное в жару не очень.

Людмила улыбнулась и предложила гостю ещё и сладкий десерт. Который он же и принёс. Тхэлэролнэлзулынх улыбнулся в ответ и продолжил есть.

По просьбе Тхэла Людмила заварила чай с травами. С принесёнными им степными травами, без всякой заварки (чайной травы), которая почему-то не нравилась парню. А вот заваренный Людмилой чай понравился Тхэлэролнэлзулынху, он поблагодарил и похвалил Людмилу. А она, в свою очередь, поблагодарила Тхэла за эти ароматные травы, что он щедро ей предоставил.

– А ты прав Тхэл, чай получился очень вкусный, прям освежающий, мне понравилось.

– Это степные травы, пропитанные силой солнца и богатством земли. Я лично для тебя собирал. Очень полезно для здоровья, иммунитета, сердечнососудистой системы, нервной системы, да вообще для всего. А вот этот сбор особенно полезен для женского здоровья. В степях растут разные травы, на любой вкус и от любых болезней. Чувствуешь этот аромат, этот удивительный вкус? Но было бы ещё вкуснее, если бы ты этот чай без сахара пила. В прочем Люда, не буду навязывать тебе вкусы, у каждого они свои.

– Большое спасибо Тхэл, ты такой заботливый, такой умный. Такой удивительный. – Сказала радостная Людмила и поцеловала парня.

– Главное Людмила, это сохранять рассудок и всегда быть в здравом уме и светлой памяти. Чтобы не случилось. – Сказал серьёзно Тхэлэролнэлзулынх.

– Само собой… – Улыбнулась девушка.

– Тхэл, твоё полное имя ведь Тхэлэролнэлзулынх? Правильно? – Выговорила с трудом Людмила.

– Да.

– А ты не обижаешься, что я твоё имя так сокращаю?

– Нет. Я тебя совершенно понимаю, нелегко такое произносить. Это уменьшительно ласкательные я не люблю, а вот к уместным сокращениям отношусь нормально. Хотя и знаю мудрость, что: "Не всегда самый короткий и лёгкий путь – верный".

Людмила улыбнулась.

– Ты умный, мне нравятся умные парни.

– Это хорошо. Думаю, и я тебе понравлюсь, точнее сказать, надеюсь, что уже понравился. Гадать и загадывать я не привык. А привык действовать чётко, прямо и наверняка. Людмила, я хочу на тебе жениться. Скажи честно, я тебе нравлюсь? И как ты относишься к моему предложению?

Людмила слегка опустила взгляд и даже, кажется, покраснела. Уверенности в её действиях и словах явно поубавилось.

– Тхэл извини, я не могу тебе вот сразу ответить. Ты застал меня врасплох. Кто же так сразу предложение делает?

– Тхэлэролнэлзулынх делает. – Сказал молодой человек улыбнувшись.

– Ну знаешь… – Смущённо пыталась что-то ответить Людмила, но парень её перебил.

– Ты извини, конечно, за прямоту и если я тебя тут врасплох застал, но я тебе уже вроде как говорил. Тянуть кота за хвост я не умею, обманывать, льстить я тоже не умею, да и не хочу такому учиться. Как и показуху устраивать. То, что называется у вас – «ухаживания» в течение месяцев или даже целых лет, для меня чуждо и не понятно. Если молодые люди друг друга действительно искренне любят, то зачем им это долгое представление? Почему бы сразу не женится?

– Ну знаешь Тхэл, всё не так просто… Ты как-то наивно по-детски мыслишь, ну так не принято у людей.

Как-то растерянно и неуверенно пыталась объяснить Тхэлэролнэлзулынху свой завуалированный отказ Людмила.

– Я тебя понимаю. Вернее я понимаю стереотипы и предубеждения, которыми ты живёшь, которые тебе навязали. И исходя из которых ты не можешь быть такой, какая есть на самом деле. Насчёт детскости ты не права. Если ты думаешь, что быть прямым и простым как дети, это недостаток, то ошибаешься. Ошибаешься как раз из-за незнания, что свойственно именно детям. Что является одним из немногих их недостатков. Но в детском возрасте преимуществ куда больше, чем недостатков. Хотя бы потому, что у детей впереди будущее, целая жизнь, со всем её великолепием. И детям дано и открыто куда больше, чем взрослым. Дети видят то, что не видят взрослые, детям открыты двери, в которые взрослые не войдут. Детям уготовано царствие небесное. Поэтому и есть такая мудрость: «Будьте как дети и войдёте в царство небесное».

Ты не бойся меня. Если ты будешь моей женой, я никогда тебя не брошу и не оставлю и ты никогда не потеряешь себя находясь рядом со мной. Мне открыто многое и я покажу тебе всё то, что мне дано и поделюсь всем, что у меня есть. И ты будешь самой счастливой рядом со мной. Ты увидишь то, что не видела раньше и узнаешь то, что никогда ещё не знала.

Тхэлэролнэлзулынх встал, поднял стакан с чаем. Всем своим видом он демонстрировал искреннюю серьёзность своих намерений. Он осушил содержимое стакана и серьёзным, громким голосом спросил:

– Ты любишь меня Людмила?

Тут свет в квартире резко погас. К удивлению молодых людей за окном стояла уже полная темнота…

– Ой, что это было? – Сказала удивлённая Людмила.

– Обратная сторона этой цивилизации. Как-то спокойно ответил Тхэлэролнэлзулынх.

– Интересно, с чего бы это?

Вдруг на улице послышался гул сигнализации. А затем ещё одной, какие-то хлопки и даже кажется чей-то крик. Который, то и дело, разрезал какой-то непонятный и неприятный свист.

– Что-то там происходит. – Сказала обеспокоенная Люда, подойдя к закрытому пластиковому окну.

– Судя по всему да. Я бы посмотрел, но у меня какое-то нехорошее предчувствие. У меня вообще последнее время какое-то нехорошее предчувствие. – Сказал Тхэлэролнэлзулынх и посмотрел на Людмилу, которая как-то не ровно дышала и хваталась за голову. Даже в темноте по лицу её было видно, а по дыханию слышно, что ей нехорошо.

– Ты знаешь и у меня тоже. Я утром в магазин ходила. К подруге зашла. И всю дорогу у меня было такое ощущение, что кто-то за мной следит. – Сказала Люда тяжело, с одышкой.

Вдруг за окном раздался чей-то громкий крик. Его прервала сирена тревоги, что пронзила пространство. Молодые люди замерли. Не прошло и минуты как пространство заполнили куда более громкие и отчаянные крики, хлопки и прочий шум, в разных местах люди что-то кричали. Темноту озаряли вспышки, фонариков и телефонов. То и дело раздавались какие-то удары и звуки, похожие на выстрелы. Их было слышно, но не очень чётко из-за гула сирен, сигнализаций и этого свиста, что сильнее прочего действовал на нервы и внушал какой-то первобытный страх. А голоса людей сливались в один и были нечёткие из-за плотно закрытых пластиковых окон.

– Что же там творится? – Сказал вслух Тхэлэролнэлзулынх.

– Сети нет. – Сказала взволнованная Людмила.

– В смысле?

– Связь не работает, совсем. Ни интернет, ни сотовая.

– Действительно… – Посмотрев в свой телефон, констатировал Тхэл.

– Да и время. Сейчас только девятнадцать часов сорок семь минут. Не так уж и поздно. Ещё вечер и на небе должно быть ещё светло час где-то. Закат только через полчаса. А тут такое.

Пытаясь скрыть волнение сказал обеспокоенный Тхэлэролнэлзулынх.

– Что же это может быть? – Вопросила, вздыхая Людмила.

– Не знаю. В этот раз, откровенно говоря, я совсем ничего не понимаю.

Людмила подошла к окну, открыла его, но тотчас закрыла.

– Ох как жарко и душно. На улице уже темно стало, а воздух как будто только сильнее раскалился. Просто невыносимо. Да ещё и воняет чем-то.

– Фу… Да, ну и вонь.

Над городом воцарилась кромешная темнота. Не было ни ночных фонарей, ни света в окнах. Лишь, если приглядываться, в некоторых окнах мелькали огоньки. Судя по свету, электронные устройства с аккумуляторами или фонарики. Дворы многоквартирных домов, обычно оживлённые в летние вечера, пустовали. Во дворе не было ни души. Лишь у одного из подъездов Тхэл заметил в темноте какого-то человека, который брел, спотыкаясь, но потом словно распался на куски, не успев пройти даже нескольких метров.

Температура воздуха в квартире быстро прогревалась, привычный шум вентиляторов и кондиционера больше не тревожил, привыкшие к тишине, уши Тхэла. Но теперь от жары и необъяснимой духоты страдала его девушка. Людмила подошла к крану, чтобы набрать прохладной воды, но из крана послышалось лишь глухое журчание, и вытекла скупая струйка совершенно тёплой, почти горячей, воды и на этом всё, воды тоже не было…

– Что же там у них случилось? Такого ещё никогда не было, чтобы сразу и воду и электричество отключили. – Сказала, схватившись за голову, Людмила.

– Главное сохранять рассудок. – Обняв и прижав к себе Людмилу, сказал Тхэл, заметив, что она вся горячая и дрожит.

– Да ещё и эта жара, у меня голова просто раскалывается, дышать тяжело…

Людмила действительно выглядела неважно. Тхэлэролнэлзулынх видя её состояние спросил.

– Люда, у тебя есть какая-нибудь вода? Может где-то осталась?

– Да, на кухне в бутылках, там пять бутылок стояло. – Сказала заплетающимся голосом Людмила, а сама пошла в зал и легла на диван.

Тхэлэролнэлзулынх моментально метнулся на кухню. Даже без фонарика в почти кромешной темноте он нашёл бутылки с водой. Тотчас нашёл металлическую кастрюлю, вылил туда воду. Достал из своей сумки какой-то, не очевидный в темноте, предмет, поставил на него кастрюлю. Зажёг спичку и поднёс. Газовая горелка осветила кромешную темноту.