Северина Мар – Отбор пяти колец (страница 63)
За игрой следил служитель, подсчитывающий ходы и выставлявший за них баллы, которые зависели от того, сколько времени занял ход и верно ли были использованы символы.
После того, как все пластины были разложены, служитель произвел окончательные подсчеты и сказал:
— Вы победили, ваше величество, и набрали самое большое количество верных ходов.
Агате пришлось сдержать себя, чтобы не нахмурить лоб. Она была уверена, что у нее, и у Елены верных ходов было больше. Они быстрее ходили и меньше ошибались.
Дракон-император смерил служителя долгим взглядом, отчего тот заметно побледнел. Его опущенные к полу глаза, увлажнились и нервно забегали.
— Ты, что такой глупенький, что совсем не умеешь считать? — поинтересовался Андроник Великий. — Мы же следили за игрой и видели, что у девочек собранных камушков побольше будет. Ты, что решил солгать нам?
— Я… я никогда, ваше величество, — нервно залепетал служитель сминая в руках бумаги, на которых он вел подсчеты.
— Мы не любим, когда нас обманывают! — сузив глаза, сообщил дракон-император.
На служителя было страшно смотреть. Он побледнел до синевы, его губы мелко дрожали и казалось, что в любое мгновение он готов был упасть без чувств.
— Ваше величество, должно быть брат Верк случайно ошибся. Позвольте я пересчитаю, — сказал брат Иннокентиус выходя вперед.
Пожилой служитель вырвал из дрожащих пальцев юноши смятые бумаги, и быстро пробежал по ним взглядом.
— Первое место по праву принадлежит госпоже Агате, второе княжне Елене, затем идете вы, ваше величество, и последняя княжна Мира, — заключил он.
— Вот так оно ближе к правде, — согласился дракон-император. — Верк совсем дурачок. Наверно в детстве он часто вываливался из колыбели. Не доверяйте ему больше считать циферки.
— Уверяю вас, ваше величество, отныне брат Верк будет до самой смерти делать только те дела, на которые ему хватит ума, — заверил его брат Иннокентиус, покосившись на юношу, который выглядел так, будто только что узнал, что назначенная ему смертная казнь отменена.
Глава 37. Подземелья и дочери
С высоты полета, Алхавар мало походил на тюрьму. Сложенные из белых камней стены возвышались над золотым песком. Рядом раскинулся оазис: озеро с чистейшей голубой водой в окружении пальм. Стоявшие в стороне дома, в которых жили тюремщики со своими семьями, напоминали небольшую деревню. Во дворах бродили куры и бегали дети.
Несмотря на царившую вокруг идиллию, Алхавар был самой суровой и неприступной темницей Империи. Даже если кому-то из узников и удалось бы сбежать, на многие дни пути вокруг были только пески, скорпионы и ядовитые змеи.
Когда Арай опустился на насестную башню, их уже ждали. Встречать его вышел начальник тюрьмы — смуглый невысокий, но жилистый мужчина, чьи темные волосы уже тронула седина.
Его имя было Верк Архам, и они с Киром были знакомы еще со времен восстания. Им доводилось вместе отстаивать попавшую в осаду мятежников крепость.
— Генерал Аверин, какое счастье, что вы смогли все же нас навестить, — улыбаясь, сказал Верк Архам, кланяясь Киру. — Я опасался, что из-за хлопот связанных с отбором невест для дракона-императора, вы не сможете выбраться раньше, чем к началу осени.
— Я не мог оставить без внимания ваше письмо, — ответил Кир, кланяясь в ответ.
Кир хотел сразу отправиться к генералу Хайро, но Верк Архам убедил его сперва отобедать. Они прошли в трапезную. Молодая прислужница, страшно смущаясь и пряча от Кира глаза, подала им лепешки с кунжутной пастой, ломтики жареного мяса и свежих фруктов.
Достав из сумки сверток, который дал ему Фрол Зерион, Кир передал его Верку Архаму. Бережно развернув шелковую ткань, начальник тюрьмы извлек из нее двух кукол. У одной были темные волосы, а у другой, золотые. Маленькие фарфоровые лица были отлиты и расписаны с невероятным мастерством. Куклы оказались точными уменьшенными копиями княжны Лидии Дуаре и госпожи Пинны Арифно — нынешних фавориток дракона-императора.
— Какая красота! Мои девочки будут в восторге!
— Они из первой партии. Служители буквально вчера начали их продавать в святилищах. Рад если эти безделицы порадуют ваших дочерей.
— Генерал, но не стоило так тратиться. Право мне неловко принимать от вас такие дары!
— Не стоит. Я обязан вам жизнью, и куклы невест — самое малое, чем я мог бы вам отплатить.
Верк Архам с восторгом рассматривал шелковые платья кукол и их прически из настоящих волос, а затем поднял благодарный взгляд на Кира.
— Девочки будут счастливы получить такой подарок. Они так хотели принять участие в отборе, но обе еще слишком малы для него. Каждый раз, когда езжу в Хурин и беру их собой, то они едва ли не остаются ночевать при святилище.
Улыбаясь в ответ на улыбку начальника тюрьмы, Кир думал о том, как же повезло его старому соратнику, что его дочери не родились на пару лет раньше и смогли миновать отбор.
Верк Архам предлагал Киру отдохнуть с дороги, но тот настоял, чтобы его, как можно скорее проводили к генералу Хайро. Тот был едва ли не самым опасным и охраняемым преступником из всех, кого держали в стенах Алхавара. Верк Архам вызвался самолично проводить Кира.
Основные помещения Алхавара находились под землей и состояли из лабиринтов, полных ловушек. Крепость и подземелье под ней были построены еще при правлении Капуцеров и без потрясающих разум колдовских умений старой династии строительство не обошлось.
В сопровождении Верка Архама, Кир спустился вниз на движущейся каменной платформе, переплыл на лодке через подземное озеро, кишащее скользкими змееподобными тварями, и прошел через лабиринт, в котором со скрежетом двигались стены. Темноту рассеивали горящие на стенах факелы и мерцавшие под потолком розовым сиянием вещательные кристаллы, запечатлевавшие все, что происходило во тьме подземелий.
Воздух был сырым и тяжелым, пахло плесенью и гнилью. Иногда им навстречу попадались другие тюремщики и тогда Верк Архам перебрасывался с ними парой фраз и узнавал, как идет служба. Порой издалека доносились истошные, полные отчаяния крики.
— Не обращайте внимания, — отмахивался Верк Архам. — Это наше новое пополнение. Все никак не свыкнутся с тем, что у нас тут темница, а не здравница.
Они вошли в небольшую комнатушку, где сидя за столом, читал книгу коренастый мужчина в темных доспехах и накидке тюремщика. Завидев их, он оторвал светлые водянистые глаза от книги, и поднявшись со своего места, поклонился.
— Как поживает наш гость, Сервиус? — поинтересовался Верк Архам у тюремщика.
— Беспокойный он сегодня, ваша милость. Все кричит и звенит цепями, слышите?
Кир прислушался. Откуда-то снизу доносился приглушенный стук и вой, словно попавший в капкан зверь, уже ослабевший и близкий к смерти, все еще пытался выбраться из ловушки.
— И правда, — согласился Верк Архам. — А к нему вот гость пришел. Спусти его вниз, Сервиус. Мне пойти с вами? — обратился главный тюремщик к Киру.
— Не стоит. Я справлюсь один.
— Он сидит на цепи. И все же… Он может быть опасен. Не подходите к нему близко и не поворачивайтесь спиной. И не сходите с платформы!
На столе у тюремщика стояла пара песочных часов. Одни он отдал Киру, прежде чем проводить на каменную платформу, на которую вел проход из комнатушки.
— Переверните их, когда начнется спуск, — сказал Сервиус. — Когда время истечет, я подниму вас на платформе обратно.
Кир вступил на платформу. Со скрежетом камень пополз вниз. Постепенно в каменном колодце становилось все темней, свет из комнатушки тюремщика уже не достигал стремительно спускавшейся вниз платформы. Стоя в темноте, он слушал, как в часах стекает вниз песок.
Наконец платформа остановилась. Кир оказался в подземной пещере, заросшей вещательными кристаллами. Их слабый розовый свет падал на сидевшего на полу мужчину, прислонившегося спиной к каменной стене. Спутанные светлые пряди закрывали лицо.
Генерал Хайро тяжело и хрипло дышал. Мало что в нем напоминало того, уверенного в себе и сильного мужчину, который в одиночку сумел одолеть генерала Эрато и его офицеров. Он казался жалким и тощим, сидя на каменном полу. Помимо цепи на горле, его сдерживали двенадцать игл, протыкавших его тело в местах скопления силы и не позволявших ему колдовать. Чтобы он не извлек иглы, на него были надеты железные доспехи, запертые на замок. Они прикрывали всю верхнюю часть тела, оставляя свободными только голые тонкие руки, напоминавшие обтянутые кожей кости, и ноги в грубых холщовых штанах.
Генерал Хайро убил отца Кира, и стал причиной гибели тысяч людей. Из-за его амбиций и тяги к власти были сожжены и сравнены с землей сотни деревень и городов. Те люди, кому удалось выжить после бойни, стали беженцами и скитальцами без единой монеты в кармане. Генерал Хайро причинил столько боли и страдания людям, что заслужил в сто крат большее, чем то, через что, проходил сам.
И все же, нельзя было смотреть без жалости на этого сломленного и поверженного мужчину, ставшего бледной тенью себя. Милосерднее было бы убить его, а не подвергать таким пыткам, но милосердия он не заслуживал.
— Генерал Хайро! — громко произнес Кир, привлекая к себе его внимания. — Я получил письмо от вашего имени. Зачем вы хотели меня видеть?
Генерал медленно поднял голову и бросил на него мутный взгляд из под спутанных волос. Начиная спуск вниз, Кир еще слышал скрежет цепи и приглушенные крики, но на середине пути силы, должно быть, оставили генерала и он затих.