Северина Мар – Отбор пяти колец (страница 51)
— Простите, ваше величество, но я вас не люблю и не хочу становиться вашей женой. Вам лучше прогнать меня прочь и исключить из отбора. Уверяю вас, здесь собрались десятки девушек страстно желающих обратного и лучше обратить ваше внимание на кого-нибудь из них.
— Как это ты нас не любишь?! — удивленно переспросил дракон-император, приподнимаясь на подушках. — Как это нас можно не любить? — спросил он повернувшись к Киру и хватая его за плечо.
Кир дернулся было назад, испугавшись, что тот снова полоснет его своими когтями, но тот только слегка сжал его плечо и тут же отпустил.
— Почему ты нас не любишь? — спросил дракон-император, снова подаваясь вперед.
Теперь его лицо было на расстоянии нескольких пальцев от лица девушки. Его дыхание шевелило, выбившуюся из ее прически прядь.
— Простите, ваше величество… Я… я просто совсем не знаю вас. Как я могу любить того, кого не знаю?
— А, вот оно, что… — выдохнул дракон-император, снова усаживаясь на подушках. — Ты хочешь узнать нас получше, такое желание мы можем понять. Мы уже было подумали, что ты совсем нас не любишь, и, что тебе не стоит жить.
От последних его слов вздрогнула, как княжна Мира, так и Кир, еще не отошедший от внезапного порыва дракона-императора взять его за плечо.
— Видишь ли, тут какое дело, — продолжал дракон-император. — Мы давно решили, что только те, кто нас любит и служит нам, достойны жизни. Таких человечков мы будем защищать и оберегать, потому что тоже их любим. Тех же, кто нас ненавидит — ждет смерть. Наших врагов мы будем рвать, кусать и жечь. Мы думали, что всех, кому мы не нравимся, мы давно уже истребили, но получается, что остались еще те, кто не определился? — Андроник Великий задумчиво потер кончиком когтя подбородок. — Так уж и быть, в нашей бесконечной доброте и великодушии мы дадим тебе возможность узнать и полюбить нас, если же этого не случится, то ты обратишься в пепел, как и все, кто когда-либо нас обижал. Пока же, вот тебе колечко!
Он взял с поднесенного служителем подноса кольцо, потянувшись к княжне Мире, обхватил ее за ладонь и надел кольцо на ее палец.
— Все, ступай!
Покачиваясь, девушка поднялась на дрожащие ноги. К ней подбежал служитель, намеревавшийся ее поддержать, но она оттолкнула его и выпрямив спину, высокого задрав подбородок, пошла прочь.
Киру было сложно с интересом следить за последующими выступлениями. Он размышлял над словами Андроника Великого.
Ему всегда казалось, что шумиха, которую создает культ дракона-императора вокруг его фигуры, это лишь низменная жажда наживы и золотых монет, которые можно было получить за показы вещательных камней, продажу кукол, гравюр и прочей дребедени, которую продавали в лавках при святилищах.
Теперь же, выходит, что этим служители спасали народ Визерийской империи? Пока люди любят дракона-императора и служат ему, он не гневается и защищает их?
Вскоре последовал перерыв в выступлениях. Не все девушки подготовили песни и танцы, некоторые имели иные таланты. Под строгим надзором служителей они стряпали для него лакомства, шили и делали своими руками различные безделушки.
Теперь, выстроившись длинной очередью, девушки подносили Андронику Великому золотые подносы, на которых лежали приготовленные ими яства. Он их пробовал и решал, кому даровать кольцо.
Киру тоже приходилось вместе с ним отведывать кушанья. В большинстве своем приготовлены они и правда были исключительно вкусно, и таяли во рту, оставляя сладостный привкус, но вскоре он почувствовал, что желудок его полон и его начало подташнивать.
Когда милая смуглая девушка с очаровательной округлой фигурой поднесла ему, разложенные на блюде кушанья принятые в южных княжествах — сладкий щербет, пропитанный сливочной помадкой, украшенный орехами и изюмом, Кир дрожащим пальцами взял небольшой ломтик и отправил его в рот.
— Кир, а почему это ты раньше нас вкусненькое ешь? — недовольно поинтересовался дракон-император.
— Я пробую ваши угощения, ваше величество, чтобы уберечь вас, — ответил Кир, умолчав, что до него на кухне еду отведало по меньшей мере дюжина служителей.
— Чтобы уберечь от невкусненького? Ну ладно, тогда ешь.
Дракон-император подцепил кончиками когтей ломтик щербета и отправил его в рот.
— Вкусненько, — оценил он. — Мы такого еще не пробовали. На вот тебе колечко.
Девушка, теперь Кир вспомнил ее имя — госпожа Лилиана Донабо, дочка лекаря, очаровательно зарделась, принимая кольцо, и поднявшись с коленей покинула императорскую ложу.
Оставшиеся сладости, девушки обычно несли сидевшим на трибунах вельможам, вероятнее всего надеясь привлечь их внимание, запомниться и если не удастся выиграть отбор, составить с кем-нибудь из них успешную партию.
Госпожа Лилиана не стала исключением. Она дошла до трибун и предложила остатки щербета вельможам. Страт принял предложенное ему угощение с таким восторгом, будто его одарили своей благодатью все семь сестер сразу. Должно быть он испытывал блаженство от одной мысли о том, что может испробовать то же, что только же ел сам дракон-император.
В кои то веки Кир не испытывал раздражения по этому поводу. Теперь он знал, что эта любовь служит его другу самым лучшим щитом.
После одаренных в стряпне пришла очередь рукодельниц показать свои таланты. Девушки подносили дракону-императору собственноручно изготовленные безделушки: сшитых из шелковых лоскутов кукол, вылепленные из керамики фигурки, полотна расшитые шелковыми нитями.
Нервно сминая в маленьких пухлых ладонях кружевной платок к ним подошла юная госпожа Виола Армери. Кир немного знал эту девушку. Она была протеже Елены и обладала весьма сильным даром железной колдуньи.
Двое служителей несли за ней продолговатый и плоский предмет, обтянутый тканью.
Когда ткань сбросили то оказалось, что это вышитый шелковыми нитями портрет дракона-императора невероятно тонкой работы. Стежки были такими мелкими и аккуратными, что Андроник Великий казался на портрете все равно, что живым.
Опустив голову, госпожа Виола смущенно представила им свою работу.
Будучи, как и она железным колдуном, Кир прекрасно понимал, сколько труда ей стоило подготовить эту картину.
Железо, которым управляли колдуны должно было быть закалено на их крови. Все иглы и прочие вещи, которые можно было использовать, как оружие, у девушек забрали по приезду во дворец, а когда дело дошло до шитья платьев, им выдали новые иглы.
Чтобы хоть как-то ими управлять, немногие железные колдуньи принимавшие участие в отборе, пролили на них каплю своей крови и опалили их огнем свечи. Это позволило им приобрести некоторую власть над этими предметами и быстрее сшить платья. Однако, таким образом прирученный металл не шел ни в какое сравнение с настоящими, закаленными на крови личными артефактами.
Если госпожа Виола вышивала эту картину таким образом, то можно было только восхититься ее талантом.
Дракон-император придирчиво оглядел картину.
— Еще одна картиночка? Но зачем нам еще одна? Мы же и так знаем, как мы выглядим. Ведь знаем же? У нас есть серебряные зеркала, в которые мы каждый день смотримся. Так что нет, мы не забудем своего лица и колечка не дадим. Уходи.
Глава 30. Танцы и вопросы
Госпожа Виола прикусила губу и искоса глянула в сторону трибун, где сидела Елена. Казалось, что ее больше пугала возможность огорчить подругу, нежели то, что ее исключат из отбора.
Елена же не мигая смотрела в их сторону, пристально следя за тем, что происходило в императорской ложе. Видя, как дракон-император показывает большой палец вниз — знак исключения из отбора, она поймала взгляд Кира и коротко ему кивнула.
Кир тяжело вздохнул. Он помнил об их договоренности, но вряд ли Елена понимала, сколько ему может стоить попытка перечить дракону-императору. И все же Андроник Великий все еще был в благостном настроении и потому стоило хотя бы попробовать умаслить его. Да, и Виола с ее талантами могла быть полезна в предстоящих испытаниях.
— Какая великолепная работа, — сказал Кир, склоняясь, чтобы лучше видеть полотно. — Какие тонкие и точные стежки! Право, это настоящее искусство!
— Искусство? Мы разбираемся в искусстве! — сказал дракон-император. — Да, мы большие знатоки искусства!
— Картина будто живая! Она словно дышит!
— Дышит? Разумеется, мы видим.
Госпожа Виола покраснела и смущенно мяла пальцами платок, слушая, как Кир нахваливает ее творение.
— Право же, это нужно выставлять в галерее, чтобы люди платили за возможность увидеть такую красоту! Как же повезет будущему супругу госпожи Виолы иметь такую талантливую жену. Все соседи будут ему завидовать…
— Ладно, дадим мы тогда кольцо! Дадим! — перебил его дракон-император.
Он хмурился, но выглядел скорее смущенным, чем сердитым.
Служитель подал госпоже Виоле кольцо. Приняв его, она глубоко поклонилась, бросила быстрый взгляд на Кира, в котором сквозила то ли благодарность то ли досада, и шурша юбками быстро покинула ложу.
Кир глубоко вздохнул, украдкой смахивая выступивший на лбу пот.
После того, как все кушанья были испробованы и все дары подарены, возобновились выступления. Девушки вновь пели, танцевали и колдовали в попытке привлечь внимание дракона-императора и восхитить собравшуюся на трибунах публику.
Княжна Лидия монотонным голосом прочла очень длинную поэму, пару раз сбившись. Ей повезло, что Андроник Великий и так уже даровал ей кольцо, иначе вряд ли она получила бы его за подобное выступление.