Северина Мар – Отбор пяти колец (страница 48)

— Дары? Дары мы любим, пусть несут. Да, что ты сел-то так далеко! Что мы все крутиться должны? Иди сюда.

По видимому сам дракон-император не был осведомлен о тех правилах, которым вынуждены были следовать подданные в его присутствии. Киру ничего не оставалось, кроме, как передвинуться вперед и занять место по правую руку от Андроника Великого.

Тем временем, перед императорской ложей уже выстроилась небольшая очередь из вельмож.

Первым подошел князь Артес. Он обильно потел и казался бледным. Встав перед драконом-императором на колени, он заверил его в своей преданности и почитании и подарил ему шкатулку, инкрустированную драгоценными каменьями. Если шкатулку открыть, то изнутри доносилась приятная музыка.

Дракону-императору шкатулка понравилась.

Следующим был князь Эйрис, он покраснел, как вареный омар, и, похоже, едва мог говорить. Его даром были золотые, искусно сделанные заколки в виде бабочек.

За ним шел Страт и Киру пришлось поволноваться за своего друга детства.

Опустившись, как полагается, перед драконом-императором на колени, и склонив голову, Страт не выдержал и украдкой, поднял на его величество взгляд и после не мог уже отвести глаза.

От Андроника Великого это, естественно, не укрылось.

— Что он смотрит на нас так? Ему что-то не нравится? — поинтересовался он, поворачиваясь к Киру.

Кир только открыл рот, чтобы ответить что-то полагающее случаю, и спасти своего незадачливого друга, как тот его перебил нарушив еще одно правило и едва ли не подписывая себе смертельный приговор.

— Ваше величество, даже если вы прикажете выколоть мне глаза, это будет не важно, потому что ничего более прекрасного мне все равно не увидать!

Дракон-император похоже был в замешательстве. Почесав когтем щеку, он отбросил волосы назад, и поглядел на Страта склонив голову.

— Нам не нужны глаза, мы их не едим. У него есть нормальный подарок для нас?

— Конечно, конечно! Простите мне мою дерзость, ваше величество!

Подарок Страта несли сразу несколько служителей — высоких и крепких мужчин. Это было нечто высотой в человеческий рост, плоское и широкое. Прикрытое белым шелковым полотном.

Когда они поднесли его к ним, Страт скинул ткань, и перед ними предстал портрет дракона-императора, вышитый из бисера и каменьев.

На портрете, Андроник Великий был изображен в сияющих на солнце золотых доспехах, за его спиной виднелись распахнутые кожистые крылья, в одной руке он держал поднятый меч, а в другой скипетр. Волосы развивались на голове была корона.

Нельзя было отрицать того, что это была выполненная с огромным мастерством и кропотливостью работа, пусть и отдающая небольшим дурновкусием.

— Ваше величество, я сам создал это полотно, специально для вас! — заявил Страт.

Дракон-император смотрел на картину, склонив голову набок.

— Мы не так выглядим. Впрочем, ладно, положите это к остальным нашим подарочкам.

Страт, кажется, хотел сказать, что-то еще, но его взяли под руки двое служителей, тех самых, что тащили полотно и вежливо, но твердо сопроводили его прочь.

Его место заняла княгиня Мерай. За ней шли другие.

Дальше все было степенно и хорошо. Вельможи покорно опускались на колени, склонив головы, в страхе лепетали что-то и передавали дары, которые складывали возле императорской ложи высокой горой.

Последним оказался бледный и высокий мужчина, с пшеничными волосами, лежащими на прямой пробор, и россыпью веснушек на длинном носу. Одет он был причудливо и странно, как всегда одевались выходцы далекого северного королевства.

Кир едва сдержал себя, чтобы не нахмуриться тем самым не выдав своих чувств.

Он знал, что посол Андалур будет гостем на Оловянном испытании, но никто не предупредил его о том, что ему будет позволено выразить свое почтение дракону-императору.

Глава 28. Тени, пламя и танец

Послом Андалур был лорд Эмрис Лейн. Киру уже приходилось встречаться с ним чуть более, чем год назад, на подписании мирного соглашения между двумя Вольными островами.

Хотя королевство Андалур и Визерийская империя заключили более сотни лет назад, и с тех пор их интересы открыто не сталкивались, в последнюю декаду две крупнейшие державы все чаще занимали разные стороны в противоречиях случавшихся между островными государствами.

Когда два острова — Зерхай и Мурайо не поделили между собой связывающий их тонкий перешеек, ни Визерия, ни Андалур открыто не принимали участия в войне, но посылали оружие и армии наемников.

Кир оказался на Мурайо, как генерал одной из наемнических армий, лорд Лейн же служил советником владельца пароходной компании, чьи отлитые из железа, уродливые машины курсировали от Зерхай до Андалур полные железной руды, каменного угля и всего прочего.

После нескольких лет кровопролитного противостояния, два острова установили хрупкий мир, поделив почти поровну перешеек. Кир гордился тем, что та половина за которую сражался он, получилась больше.

Посол опустился на колени с видом человека не привыкшего это делать. Пол императорской ложи покрывали несколько слоев ковров, сотканных из шелка и тончайшей шерсти. Даже престарелый князь Эйрис не мог бы пожаловаться на неудобство для его больных колен. Лорд Лейн же был молод, и все же он поджимал губы и держал руки скрещенными на груди, даже не понимая, как глупо выглядел этот жест у приклонившего колени.

Когда Лорд Лейн преклонил перед ним колени, дракон-император сперва не поднял даже головы. Он вертел в руках пояс, выполненный из крупных золотых звеньев, поднесенный ему в дар княгиней Мерай.

Андроник Великий не умел долгое время сохранять свое внимание на чем-то одном. Процессия из вельмож должна была его утомить и Кир надеялся, что его величество не уделит лорду Лейну особого внимания.

Он ошибся.

Пальцы с длинными когтями замерли сжав цепь. Дракон-император глубоко вздохнул, втягивая в себя воздух и будто принюхиваясь, и поднял голову.

Он смотрел на лорда Лейна склонив на бок голову, как очень умный охотничий пес, которому хозяин показал кусок мяса. Точно также он смотрел на Кира в их первую встречу.

С особенным интересом он разглядывал его одежду. Облачен посол и правда был чудно. В отличии от простых и свободных визерийских туник и плащей, андалурцы носили сложно скроенные, тугие и нелепые наряды.

Кир был человеком образованным. Наставники всегда учили его знать врага лучше, чем родного брата, и потому он прекрасно знал, как называются все эти причудливые детали туалета.

На лорде Лейне был длинный, узкий сюртук глубокого баклажанного оттенка, под ним канареечного цвета жилет, бордовый шейный галстук, кипенно белая сорочка с острым воротником и серые брюки. На голове его была уродливая глупая шапка, похожая на перевернутый, обтянутый тканью табурет.

— А этот-то не местный, — вполголоса заметил дракон-император, повернувшись к Киру. — Звать-то тебя как? — обратился он к лорду Лейну.

И тот, игнорируя наверняка, все наставления данные ему служителями, сделал то, чего ни в коем случае было делать нельзя. Он поднял голову, обворожительно, как он по видимому сам думал, улыбнулся и глядя прямо в глаза дракону-императору произнес:

— Посол его величества Невлина третьего, короля Андалур, повелителя Штормовых земель, защитника Эвереса, лорд Эмрис Лейн, к вашим услугам!

Пока он говорил, дракон-император загибал пальцы.

— Подожди, так вас, что там пятеро? — спросил он.

— Прошу прощения? — переспросил лорд Лейн, задрав левую бровь так, что та выползла на середину лба.

— Вас там внутри пятеро? — медленно и разборчиво переспросил дракон-император и повернулся к Киру. — Объясни ему, он не понимает. Прислали посла, который и языка толком не знает.

Для человека родившегося и выросшего вдали от Империи, лорд Лейн изумительно владел визерийским языком. Он говорил бегло и без единой запинки, а его произношение сделало бы честь и лучшим наставникам Колдовской академии.

Услышав упрек Андроника Великого в том, что он недостаточно хорошо владеет языком, лорд Лейн выпучил глаза, а его тонкая бледная кожа залилась краской.

— Его величество спрашивает один ли вы? — как мог вежливо и почти без издевки уточнил Кир.

— Моих сопровождающих не допустили на Дворцовый остров, так что полагаю да, один.

— Он один, ваше величество, — передал Кир.

— Вот так бы сразу и сказал, — протянул дракон-император, хлопнув себя по бедру. — Так ты из Андалур, значит?

— Да, ваше величество.

— На Андалуре раньше строили такие миленькие кораблики. Паруса у них все были разноцветные — красные, зеленые, в полоску, в горошек.

— Когда-то было принято окрашивать паруса в цвет герба высокого семейства, предоставившего его для королевского флота, — пояснил лорд Лейн.

Он разглядывал когти, перебиравшие золотые звенья пояса, и слава создателю не поднимал больше взгляда к лицу дракона-императора.

Кир гадал о том, что чувствовал этот человек, прибывших из далекой страны, где стремились изничтожить малейшее проявление колдовства, глядя на живое воплощение чистейшей магии.

— Помним, как они качались на волнах, и так красиво горели, — протянул дракон-император. Остался тогда один только кораблик — с золотыми парусами, самый хорошенький. На нем плыла ваша королева. Она была умненькой девочкой и потому сразу бросилась молить нас о мире.

Андроник Великий рассуждал о событиях столетней давности так, словно они произошли вчера.