Северина Дар – По ту сторону: записки патанатома (страница 2)

Док звонит и за телом должен приехать полицейский наряд. Ждем. И тут начинается самое веселье.

Мы стоим в коридоре, вдруг открываются двери морга и вваливается толпа в черных одеждах с капюшонами. Нет, не мантии, а обычные спортивные костюмы. Они яростно приближаются к нам и уже совсем близко, но тут выходит док.

– Вы еще кто такие?

– Друзья погибших и мы забираем их от сюда.

– Это не законно и никто вам их не отдаст, – кричит доктор.

Те набрасываются на нас с дубинками и давай колотить без разбора. Так как девочка среди собравшихся одна, меня забили в угол. Не помню сколько это продолжалось, но приметила точно лишь одно. Один из налетчиков все снимал на камеру, а второй вошел в секционку. Выкроив момент, я двинулась тихонько к двери зала. Тот, что проник туда, делал фото с разных ракурсов и снимал на телефон, сопровождая при это комментариями.

– Я успел! – выкрикнул он, когда закончил и все они удалились.

Спустя пару дней, мы созерцали видео на одном сайте, потом на втором. Но через несколько часов их удалили, а те двое операторов оказались на нашем столе спустя ровно неделю. Вид их оказался намного хуже тех двоих, что посетили нас первыми. Парней избивали, причем не один день и дубинками, выжигали на них символы и ломали каждому кости. По итогу подняли на пятый этаж и сбросили с крыши на асфальтированный тротуар. Не раз нам попадались такие случаи по ошибке, но мы с ужасом представляем себе, как можно вот так поступать с людьми во имя секты и пиара соцсетей…

Стадия разложения

Совсем недавно, я пообещала одному приятному человечку написать об этом.

Так вот, есть у меня хороший знакомый, он эксперт-танатолог. Это специалист по стадиям разложения организма. Примерно год назад, он пытался переманить меня в эту профессию и пригласил к себе, посмотреть, как сие чудо происходит. Я как раз таки наткнулась на ГОСТЬЮ лет пятидесяти, что погибла в одиночестве в собственном доме и нашли ее нескоро. Понятное дело, что приятного мало, но то что я увидела, оказалось намного хуже.

Крысы, грызуны что живут рядом с нами, мало того что переносчики огромного числа заболеваний, так еще и всеядные. Труп человека, в прямом смысле, кормовая база для этих мерзких существ.

Травмы, если это можно так назвать, ведь они посмертные, имеют специфическую картину, что позволяет детально исследовать ГОСТЯ и его одежду.

– Подобные знания необходимы каждому эксперту-танатологу. Грызуны частенько оказываются первыми на месте и приступают к поеданию, – читал лекцию друг, когда исследовал травмы. – Повреждения, наносимые крысами и мышами, частенько встречаются. В зимних условиях, например, грызуны в трупах устраивают жилища, прогрызая в теле норки.

Чтоб вы понимали, женщина погибла в частном доме, причем тот успел остыть после ее смерти, поэтому мышь, как теплолюбивое существо, выбрала местечко поуютней. Хотя, как сказать, ведь ГОСТЬЯ тоже успела остыть.

Я попала как раз таки на такой случай и видела своими глазами, как серая мышь, устроилась в теле и обжившись принесла потомство. При мне друг вытащил из ГОСТЬИ по меньшей мере двух детенышей, но вот сама мамашка сбежала. Все детки располагались в пределах мягких тканей тела. Сама же крыса поедала не только мягкие ткани, но и глодала кости, преимущественно на лице и позвонках.

По результатам осмотра мы сделали вывод, что повреждения мягких тканей тела причинялись сугубо когтями и зубами, а повреждения костей только зубами.

Редкость, когда подобное происходит в домашних условиях, но все же и подобное возможно.

Но спешу успокоить, летом ГОСТЕЙ, крысы не глодают, сезон охоты не тот.

По поводу поедания трупа кошками, это не миф и не легенда, кошки могут обглодать человека за неделю. В основном они любят нос, глаза и губы.

Утопленник

Ну что же, пришло время отойти от рассуждений о самой смерти и мечтать о счастливой кончине, о похоронах в виде свадебного сабантуя или же о добром самосожжении дабы не занимать много места на кладбище.

Сегодня я вспомнила о потрясающем случае в судебном морге. Это была однодневная практика на первом курсе, в зал нас зашло пятнадцать человек. Выстроились у секционного стола, как смогли, и застыли в ожидании действий или слов эксперта.

– Главное ничего не трогайте, – начал он.

– Что это? – перебил один из наших, студент, молодой парень.

Довольно приятный на вид ГОСТЬ молча лежал в ожидании процедур. Синенький, припухлый, но с легкой улыбкой на лице, и тут его брюшко всколыхнулось, потом приподнялось и на секунду застыло. Четверо начали медленно отходить, двое ринулись на выход, остальные застыли, не сводя глаз в предвкушении зрелищ. Брюшко мужчины начало живо двигаться и даже издавать звуки, напоминающие всхлипы. Мы впятером склонились, чтоб рассмотреть, а эксперт с улыбкой наблюдал за реакцией бестолочей студентов.

– Ваши предположения? – спросил он.

– Газы, – посмеялись мы в ответ.

– Умники, – выругался недовольно и резанул полость.

Тут сгинули даже те, кто стоял рядом, наш ГОСТЬ носил в пузике превосходного красавца ужика, который облегченно вдохнул воздух, раскрывая маленький ротик, игриво рассматривая светлую комнату.

– Трофей, – радостно демонстрировал находку док, подняв повыше.

– И много у Вас таких? – поинтересовались оставшиеся в живых студенты.

– Месяц назад перстень золотой из задницы одного вышел.

Печаль и боль

Ну вот, очередная неделя пролетела, многое произошло на работе, но главное, что заметила, коллеги теперь называют мертвых ГОСТЯМИ. Забавно и приятно, а то труп как-то не уважительно. Все вроде бы начиналось, как обычно, пока нам не привезли малыша, лет пяти. Ужасно, но смерть естественная… Конечно мы не виноваты, но каждый чувствовал вину перед ребенком, будто могли, но не успели помочь…

Дети в подобных местах, это страшно даже для самых черствых, но работать с ними еще больший кошмар, в этот момент ненавижу свою профессию.

Так вот, мать и отца мальчика мы не видели, но зато встретились с дедушкой. Конечно, не нужно писать о том, каково ему было. Оставшись в коридоре, мужчина сходил с ума, правда тихо, не мешая. По его просьбе, коллектив решил сделать все быстро и вернуть малыша родным.

В секционке все проходило спокойно, но в какой-то момент, послышались частые шаги, затем нечеловеческий вопль и глухой звук. Подобное случается часто и каждый раз стремительно несемся взглянуть. Открываем дверь и вылетаем все, кроме дяди Стасика (напомню, что так называю патанатома, врача, со стажем).

Свет в коридоре потух, но дневной отлично справлялся сквозь окна. Мужчина сидит на полу, в углу и что-то бормочет, чуть покачиваясь.

– Давай, ты девочка, поговори с ним, – просит коллектив, делать нечего направляюсь.

– Простите, может Вам водички, давайте присадим и поговорим, – тихонько стараюсь успокоить.

– Ты не понимаешь, – отвечает тот, – он ходит за мной, всегда и везде, просит помощи, а я не могу, не знаю что делать. Его ладошки такие холодные, глазки стеклянные и слезы будто льдинки.

Я просидела рядом с ним несколько часов, дядя Стасик уже закончил, за ним вышли остальные и подошли.

– Мы поможем Вам с перевозкой, – предложил один из наших, но тут открывается дверь и влетает она.

– Мне, мне необходимо к нему, – кричит надрываясь мать, – я должна туда попасть.

Не успели сообразить, как женщина врывается в секционку и подходит к столу. Сжав ручонку малыша, она рыдает навзрыд, тихонько сползая вниз.

– Может вывести, – предлагает кто-то.

– Оставь, – просит другой.

Прощание длилось минут десять, мы стоим тихо, дедушка сидит на стуле, позади, и тут мать забирается на стол и ложится рядом. В недоумении бросаемся, чтобы оттащить.

– Не трогайте, – уверенно заявляет она, – я умру с ним, здесь.

Она опускает руку в карман и неожиданно для всех достает нож.

– Держи, давай, отбирай, – это все, что я могла расслышать в тот момент.

Потасовка длилась несколько минут, которые казались вечностью, но женщина жива и отправлена в соответствующее отделение. Один из наших получил травму в ходе борьбы.

Закончила я историю позже, спустя пару месяцев. Мамочка тогда, потеряв рассудок, пыталась покончить с собой прямо в секционном зале. Женщина была госпитализирована в психиатрическое отделение.

В этот понедельник мы приехали на работу, а санитар с порога объявил, что дама та вернулась, но только в качестве ГОСТЯ.

– Что произошло, – спросил один из наших, – может, сообщили…

– Разберемся сами, – вмешался патанатом.

– С диагнозом конечно разберетесь, – согласился санитар, – но все же расскажу предысторию.

«Все время после смерти ребенка, женщина видела мальчика везде и всюду. В стенах больницы она ходила, держа призрачного сына за руку. Всегда ставила пустую тарелку напротив и настоятельно просила персонал угостить малыша. Она пела ему колыбельные на ночь, читала сказки и неоднократно пыталась выйти в окно, аргументируя что он зовет. Врачи бились с ней долгое время и вот пришел момент, когда стало лучше, пошла на поправку. Выписали и вернули в семью. Но не прошло и дня, как та примчалась к больнице и начала кричать во все горло, что забыла забрать сына. Медсестры и дежурный врач вызвали родственников, брат приехал в течение десяти минут.

– Они не отдают его, – начала жаловаться женщина.