Север Старков – Расписки для вечности. Сборник рассказов (страница 4)

– Дядь Гамлет, а почему ты тогда меня спас?

– Закон моего племени – забота о ближнем, – проговорил старый вор прищурившись, —

но не верь никому и не бойся никого.

Гамлет научил парня многим вещам, без которых невозможно было выжить в этом мире. Паренёк ему понравился, пробудив в чёрством уголовнике отцовские чувства. И он смог заменить Малюхе семью на какое-то время. Но свою роль в судьбе парня он уже отыграл.

– Слышь Малой, подь сюды.

Гамлет нарисовал какую-то схему на обрывке старой газеты.

– Вот, дуй на мануфактуру, мне туда лукаться без мазы, найдешь Томку – учетчицу, отдашь ей это, заберёшь сверток. Всё понятно?

Малюха кивнул и вышел из дома. Больше ему сюда не дороги не было. Через двадцать минут старого Гамлета застрелили при задержании.

***

Даже Валериан Герц, руководитель конструкторского бюро, профессор и уважаемый человек, с кем свела Малюху судьба благодаря моим многоходовым комбинациям, – не смог его удержать. Я так долго готовил ему дом и эту встречу. Но всё пошло прахом, как, впрочем, и следовало ожидать. Малюха просто сбежал – он вернулся на улицу, прихватив дорогие побрякушки профессора.

Чтобы я не предпринимал, он старательно уворачивался, всякий раз совершенствуя своё мастерство в криминальном мире.

«Почему другим достаются счастливые семьи, или они занимают важное место в каком-то проекте нашего Творца, а иные обречены любить, переживая чужую боль, словно это может облегчить страдания человека».

***

– Малюха! Атас! – в сумерках мелькали какие-то тени, звуки шагов эхом отскакивали от длинных невысоких стен складских помещений. Малюха прижался к кирпичному уступку, стараясь слиться с ним, тяжелое дыхание постепенно выровнялось. Из темноты вышла к нему кошка, теранулась об ногу. Малюха поднял уголь и нарисовал на стене силуэт черной кошки.

– Стой, сука! Стой, говорю! – чьи-то руки скользнули по рваной телогрейке, Малюха выхватил заточку и наотмашь полоснул догоняющего.

– Уголовный розыск!!! – два выстрела порвали ночную тишину, – стоять, я сказал!

Той ночью Малюха заточкой выбил оперу глаз, и менты объявили войну уличной шпане. Их вылавливали в притонах, подворотнях, постоянные облавы привозили беспризорников в детские дома и социально трудовые отряды.

Когда Малюху отправили в ДДТ, я немного выдохнул. Вроде все встало на новые рельсы, и я всерьёз начал ожидать очередного мига смены реальностей. Но нет.

***

Шли годы. Я понял, что застрял в этой реальности, и Малюха был инициатором этого сбоя. Из касты карманников он ушел быстро и элегантно. У него были золотые руки, и он стал отличным художником. Парень рисовал деньги. Он мог с легкостью подделать любую купюру. Таких мастеров на всю Москву было два человека. Он, и его учитель, интеллигентный одесский вор Флёр. И Малюха придумал красивую авантюру, – «Шман Д» Флёр», увековечив в знак благодарности имя своего напарника.

Малюха брал не сильно старые купюры, достоинством от рубля к четвертаку – по два одинаковых образца от каждой. Два червонца стачивал особым образом в половину, а потом склеивал между собой так, чтобы на одной купюре с двух сторон были разные серийные номера. Так же и с остальными деньгами. Смысл заключался в том, что лоха втягивали сыграть на деньги. Ему показывали купюру и предлагали выбрать цифры – либо середина, либо две первые – две последние. Когда богатый делец клевал на приманку, разводящий показывал «лист» и зажимал его в руке зная, какая сторона с нужной суммой цифр лежит в ладони.

«Шман» стала очень популярна на улицах и кабаках Москвы того времени. Это считалось престижным и модным занятием. Скользкая тропинка никак не хотела отпускать Малюху. Я любил его всё больше, а Небеса смеялись надо мной всё громче. Когда авантюра раскрылась, Малюху решили убрать. Слишком серьезного человека он развёл на крупную сумму, прежде чем раскрылся секрет его удачи. Я смог уберечь его от гибели, но Малюха оказался без двух пальцев в тюрьме. Судья вынес ему обвинительный приговор и первым же этапом наш герой поехал на «Краслаг».

***

– Зона-зона! Привет от Малюхи! – звонко крикнул он, вывалившись из автозака на горячий бетон.

Его весело пинали тяжелыми ботинками «принимающие» стороны офицеров вместе с одетыми во все черное «активистами» с красными повязками. Наскоро его закрыли в «трюм», чтобы уберечь размеренный уклад жизни зоны от смуты и неповиновения, которое как зараза распространялась в этих местах. Через полгода зэка обычно выводят в отряд – для адаптации и социализации. Но зона чутко реагировала на таких вот «бродяг», стараясь упаковать их обратно до конца срока.

Малюха не стал ждать подлянок, он «закрылся» обратно в трюм сам. Во время визита Хозяина с большими чинами на очередную проверку, на общем построении высокие гости в абсолютной тишине услышали чечётку. Зеки стали оборачиваться на звук, кто-то уже ржал не сдерживаясь, а Малюха вышел из строя и выкидывая коленца двигался навстречу процессии.

– Это кто? И что? – спросил Шая посмотрев на улыбающегося Малюху, – и начальник ИУ побелел.

Шаю боялись все офицеры всех мастей, и во всех зонах. Он мог запросто тяжелой рукой колотнуть любого офицера прилюдно. А кулак у начальника лагерей был тяжёл. Авторитет его перед зэками провоцировать было нельзя. Это табу. Ломали Малюху после этого долго, и зона, к тому времени уже ставшая вполовину «красной», поднялась на бунт. Малюху экстренно этапировали с целью «потерять» где-нибудь по дороге. Я снова уберег его от смерти. Чудом в этот раз. Вот уж, действительно – много ли у твоего Ангела седых волос?

***

Я искал ответ. Пробовал разные способы, но все мои усилия были напрасны. Земные Хранители не могут влиять на решение человека, мы можем лишь корректировать незначительные изменения его пути, например, поставив на его тропе нужного человека, или создав вокруг определённую ситуацию. Я обращался к Отцу с вопросами и однажды получил ответ.

«Никакая сила на земле – ни высота, ни глубина, ни время – ничто не сможет изменить человека, кроме любви Отчей. Все просто».

И Малюха встретил свою любовь поздней осенью.

Ветер срывал пожухлые листья и яростно швырял в лицо запоздалому путнику. Тусклый фонарь жалобно скрипел, рассыпая осколки света по выщербленной грязной дороге. Парень кутался в шарф, тонкое пальто не защищало от промозглого ветра. Он не помнил, как оказался в этом районе города. Просто шел. Шел наперекор, как и всю сознательную жизнь, сжав зубы и кулаки.

Он передвигал ноги, не разбирая дороги, плеская грязью на полы хлипкого пальто. Приоткрытая дверь привлекла его внимание. Он вошел без размышлений и страха. Укрыться от дождя и ветра – на ночь, на час, на мгновенье перевести дух – это все чего он хотел. Храм в это время был пуст. Малюха прислонился к стене. Прикрыл глаза. Парень вдруг почувствовал что-то необъяснимое, словно Некто прикоснулся к его сердцу, обняв по-отечески, заставив пережить давно утраченное чувство отцовской любви и заботы.

Старый священник вышел из ризницы. Окинул нежданного посетителя взглядом и скрылся. Старик вернулся через минуту, в одной руке ломоть хлеба, в другой – чашка с дымящимся чаем.

– Возьми, вот, – протянул Малюхе.

– Я не побираться пришел, – напрягся тот, – я тебе не пес.

– Отогрейся, – негромко сказал священник. – Вижу не просто тебе сейчас. Посиди, поешь. Все равны перед Отцом и здесь его дом, а значит и твой.

Малюха открыл рот возразить, лицо его искривилось.

– Уйдешь, как захочешь, – проронил священник уходя.

Но Малюха остался. Он провел в храме ночь. И следующий день. Старик не спрашивал ни о чем, парень сам рассказал все священнику и впервые не видел в глазах ни презрения, ни осуждения, ни страха. Спустя неделю Малюха рисовал. Вдохновенно, как в детстве. Теперь он рисовал картины Евангелия на стенах старого храма. Его творения дышали светом и любовью. Люди приходили в храм и глаза их наполнялись слезами, а сердце теплом.

Я нёс ему новые кисти и вдруг почувствовал. Это тот самый миг смены реальностей. Сейчас я увижу его в последний раз… Черт, аж слёзы наворачиваются, привык я к нему. Самый, самый любимый мой сын из всех, мне будет его не хватать.

– Малюх, подь сюды… на вот, это тебе краски, и кисти, импортные, такие как ты хотел.

Помощь и ред. С. Хурсан.

«49»

«Разбуди в 4:20»

Монитор мерцал бледным светом в тёмной комнате. Тишину тревожили лишь кулеры, остужающие материнку. Иван встал, пошёл на кухню, сделал себе крепкий кофе, достал телефон и посмотрел на время, 3:44… В голове проползла ленивая мысль, о вреде крепкого кофе, сам себе сказал, зачем пить крепкий? Если все равно не уснуть. Сам себе ответил – ты и не собирался спать!

Побрел в комнату, все ещё держа в другой руке телефон, уже несколько часов он пытался написать последнюю смс Светке, но так и не мог ничего придумать подходящего. Но написать надо было, он любил её, эту глупую и взбалмошную девчонку. Поэтому не хотел уходить, вот так, не обмолвившись. Они несколько дней уже не разговаривали после ссоры, и, по всей видимости, завтра она будет себя чувствовать виноватой, а этого не хотелось.

Ваня подошёл к компьютеру, вывел его из ступора, глянул почту, зашёл в контакт, щелкнул страницу своей группы, в которой уже почти полгода играл в страшную игру, и дошёл до последнего, пятидесятого уровня. Словно почувствовав, всплыла надпись…