Севастьян Элевантов – Космоплаватели (страница 2)
— Станция «Надежда», вызывает школа «Красный рассвет», экстренный канал.
Голос в динамике заставляет Ромула замереть. Экстренный канал из школы — это всегда плохо. Обычно это порезы, ушибы, иногда солнечные ожоги во время прогулки в скафандрах.
— Слушаю, «Красный рассвет», — отвечает диспетчер.
— У нас ЧП. Ученица потеряла сознание на уроке. Прибыла медбригада, ее эвакуируют в центральный госпиталь. Просим оповестить отца.
Ромул молниеносно натягивает скафандр и хватает шлем, он не слышит, что говорит диспетчер, пока одевается. В это время Сириус подбегает к входному шлюзу и жестами показывает что-то. В ушах гудит собственная кровь.
— Ромул! — голос Сириуса пробивается сквозь шум. — Я отвезу тебя, возьмем малый вездеход.
Центральный госпиталь колонии «Надежда» — это три этажа герметичных модулей, соединенных переходами. Здесь пахнет стерилизатором и рециркулированным воздухом больше, чем в других местах. Ромул сидит в кресле у палаты интенсивной терапии. Скафандр он сбросил еще в шлюзе, но комбинезон пропитан въевшейся пылью, из-за чего медсестры косятся на него. Сириус ходит по коридору, не в силах усидеть на месте. Арес примчался чуть позже и теперь молча стоит у окна, понимая, что слова сейчас бесполезны.
Ближе к вечеру выходит врач — пожилая женщина с Земли, с глазами, видевшими слишком много страданий и там на Земле и здесь на Марсе. Она говорит тихо, но каждое слово отдается эхом в пустом коридоре.
— Ромул, у вашей дочери... редкое генетическое заболевание. Синдром Лейли-Краузе - мутация в митохондриальной ДНК, она вызывает прогрессирующую дегенерацию нервной ткани, и обморок — это лишь первый симптом, дальше будет только хуже.
Слова застревают у Ромула в горле, и он с трудом спрашивает:
— Это лечится?
— Да, но только на Земле. Недавно там в лабораториях корпорации «ЗАСЛОН» разработали специальный курс генной терапии. У них есть все необходимое оборудование и специалисты. Курс занимает всего три месяца. Но без лечения... — она запинается.
— Сколько? — голос Ромула хриплый, чужой.
— Максимум шесть месяцев. Мне очень жаль.
Шесть месяцев. Сто восемьдесят дней. Время, которое улетает быстрее воздуха при разгерметизации.
Ромул не помнит, как доходит до офиса транспортного отдела. Сириус ведет его под руку, заполняет какие-то бланки в электронной очереди. Перед ними голограмма расписания межпланетных рейсов. Диспетчер — молодой парень с залысинами, устало потирает переносицу.
— Я понимаю ваше горе, правда. Но ближайший плановый рейс — «Гермес-14» стартует с Земли через месяц, прибудет к нам через четыре, и будет загружается еще месяц прежде чем отправиться в обратный путь. Итого — полгода минимум. Раньше никак.
Вечером вся троица собралась в мастерской Сириуса, где царил хаос и порядка одновременно: стеллажи с запчастями, голографические чертежи в воздухе, на стене — плакат с разрезом двигателя Вентура-9. Карина осталась в госпитале под наблюдением врачей. Ромул отказывался уходить, но Сириус с Аресом почти силой вытащили его для разработки плана. Сириус развернул на столе голографическую схему орбитальной станции.
— Смотрите. У нас есть три частника на орбите. Два принадлежат корпорациям, их точно не отдадут, а пропажу заметят. Третий — старый исследовательский борт «Икар», собственность научного центра, но они его законсервировали и год назад списали, по документам это груда металлолома.
— Он летает? – удивленно спросил Арес.
— Летал. Двигатели — «Факел-3М», старые, но надежные. Жилая зона — на четверых, тесно, но можно. Проблема в чем: он создан для орбитальных полетов, радиационной защиты конечно хватит, но максимальный автономный полет не больше двух недель, а нам лететь минимум три месяца.
— Значит, доработаем, — в глазах Ромула загорается мрачный огонь. Это лучше, чем бездна отчаяния.
Сириус усмехается:
— Я уже прикинул. Нужно: увеличить выходную мощность двигателя, поставить дополнительные баки с водой и воздухом, перепрограммировать навигацию на дальний космос, и молиться, чтобы двигатели не рассыпались на полпути.
— Это реально? – в голосе Арес слышны нотки зарождающейся надежды.
— Технически все возможно — Сириус делает паузу. — Но есть проблема, все это нужно сделать на орбите. Нам нужно попасть на «Икар», провести работы, заправиться... И все это в кротчайшие сроки, времени в обрез.
— Друзья это огромны риск для каждого, я не могу вас просить, цена слишком велика для всех кроме меня! – Ромул говорит это размерено без интонации, словно в бреду.
Арес лишь бросил быстрый взгляд на Сириуса, поймал его взгляд и тут же произнес, чеканя металлом каждое слово:
— Ромул, ты был единственным, кто бросил всё и кинулся мне помогать, когда мой скафандр разгерметизировался, если бы не ты, сейчас меня бы здесь не было.
— Я никогда не забуду, тот момент, когда я остолбенел из-з того, что у меня заработал таймер на детонаторе, когда я готовил заряды для штольни, а у меня в руках было взрывчатого вещества в количестве, достаточном, чтобы от меня даже пыли не осталось. А ты подошел как ни в чём не бывало, забрал эту бомбу, хотя на таймере оставалось 5 секунд, положил в измельчитель руды и задраил люк. – Задумчиво, проговорил Сириус. – Откуда ты знал, что стенки измельчителя выдержат ударную волну?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.