Seva Soth – Сказание об Оками 7 (страница 38)

Этот день обязан был настать. Час, когда все участники очередного экзамена на чунина выстроились на плацу перед академией Конохи. Большинство из Скрытого Листа, конечно. Полнейшие нонеймы для меня. Ну разве что вон того очкарика я мельком в госпитале видела, когда Джики там навещала. Типичный четырехглазый ирьенин. Уже третий в моей подборке. Кроме коноханинов – две наших команды и две из мудацкой Скрытой Травы. Кусанины сидели себе тихо в гостинице и не отсвечивали, но к экзамену вылезли.

На трибуну перед собравшимися вышел Хирузен и толкнул полную пафоса речь о “воле огня” и том, что сегодняшние участники – это будущее своих деревень. Подловить бы его и перетереть, но моя забота на ближайшие дни – это мои ученики. Получится еще, в перерыве между этапами, до старта поединков.

Очередной экзамен на звание чунина начался.

Глава 23

– Команды, попрошу вас на письменный экзамен, правила объяснят вам на месте, – хокаге приветливым жестом гостеприимного хозяина указал на двери академии. – Наставники команд, вас прошу пройти на планёрку.

Дождалась! В том смысле, что вот он, хокаге, можно теперь ему стукануть на беспредел упоротых миньонов из Скрытой Травы, устроенный кем-то из его подчиненных.

Передала малых под охрану Фумито, который пообещал сводить их на тренировку к своему приятелю Гаю. Им будет полезно… еще бы и других мелких туда же, того же Наруто, но, наверное, не с руки будет позитивному парню Майто Гаю против системы идти и так запросто тренировками изгоя заниматься. Это мне плевать, кто что скажет, а типичного джонина и загнобить общественным порицанием могут. Белый клык Хатаке Сакумо, к примеру, руки на себя наложил, после того как всего-то миссию провалил. Интересно, пытались ли это расследовать? И не помог ли кто-нибудь одному из крутейших джонинов своего поколения с принятием решения? Ну а чё? И у Кумо, и у Ивы их спецслужбы тоже работают, ничуть не хуже, чем теневое АНБУ Шимуры-сана, знаете ли.

Собрали нас в обычном учебном классе академии. В похожий, но на другом этаже увели экзаменуемых. Как они там? Вообще, письменный тест – это максимально стрёмно. К такому мои генины не готовы. Не входили контрольные в мою программу обучения учеников. У Дея еще и почерк отвратный, весь в меня. Кацую у ребятишек при себе есть, но я попросила ее сообщить, только если какая-то реальная опасность будет. А так вмешиваться не буду. Не потому, что дофига честная, а по причине, что если запалят, то это позор, потеря лица и больше не позовут.

Хорошо быть миниатюрной девушкой. Это я поняла, когда из всех присутствующих только мы с Марин нормально уселись за ученические парты, без большого дискомфорта, не считая того, что деревянные сидушки жесткие и нифига не анатомической формы. Плоские, как я до того, как втянула чакру наставницы. Ну или просто повзрослела, уверенности до сих пор нет. А вот толстому дяденьке-джонину, скорее всего, из клана Акимичи, только посочувствовать с его попытками уместиться за столом, рассчитанным на детишек.

Кроме полутора десятков шиноби Конохи и нас с Марин, еще и ублюдки из Скрытой Травы приперлись. Джонин Яширо и еще один, такой же убогий. Еле-еле удержалась от того, чтобы приласкать их техникой дистанционной передачи боли. Сандайме – это не какой-то там лошара, наверняка и заметит, и поймёт, и выводы сделает. По тем же соображениям я с проклятым танто в гостиницу, где кусанины поселились, до сих пор не наведалась. В городе, где не протолкнуться от сенсоров, таких, как Хьюга, запалят на раз-два любую попытку навредить послам.

– Рад приветствовать вас в роли джонинов-наставников, господа, – я аж мысленно застонала, когда Хирузен затянул привычную для себя бодягу про природу, весну и пацифизм.

Обычно хокаге таким словоблудием в переписке занимался, а тут прямо-таки речь толкнул. Может, это вообще другой человек под хенге? Распознаю, если только дотронусь. Сенсор я контактного типа. Хотя нет, это меня обмануть, как два пальца, а вот Марин встречалась раньше с Сарутоби-саном, знает, как ощущается его чакра. Ее уже не облюбишь.

– Перейдем же к вопросам проведения экзамена, – добрался наконец-то до сути старый налюбщик. – Всего будет традиционно три этапа. Первое испытание – письменное, оно будет длиться шесть часов, его провалят все. Оно специально сделано таким, что сдать его невозможно, а если найдется уникум, способный ответить на все вопросы, к нему несправедливо придерутся и он тоже не сдаст. При этом мы создадим видимость того, что другие команды успешно справились. Суть первого этапа в проверке готовности бороться до конца. Всем “провалившим” испытание организаторы тонко намекнут на то, что у них еще есть шанс реабилитироваться, но не все его получат. Первая часть экзамена – это проверка моральных качеств, тест на отсутствие границ, на целеустремленность и готовность нарушить правила. Попрошу вас не делать попыток сообщить озвученную информацию своим ученикам. Я знаю, что у некоторых из вас такая возможность есть.

И посмотрел сандайме прямо на меня, конечно же. Ну да, чуть шепнуть Кацую и Королева слизней предупредит команду. Но нафига? Пусть мелкие сами выпутываются, у них есть всё необходимое – мозги и характер. Провалятся – попробуют в следующем году, а я их до второй попытки буду нещадно стебать. Тоже педагогический эффект, знаете ли.

– Прошедшие фильтрацию готовностью проявлять упорство путем тайной жеребьевки получат одну из двух миссий – сопровождение ценного груза, либо захват его же. Победители второго этапа обязаны будут предоставить груз на точке финиша. Объектом доставки станет, – хокаге достал из-под стола комнатный цветок в горшке. – Вы можете задать свои вопросы, уважаемые джонины.

Любит он играть роль такого доброго дядечки, близкого к народу. Во время моего экзамена Ооноки-сама вроде как с наставниками команд не беседовал. Или это всё мимо меня прошло? Да пофиг, на самом-то деле.

– Что будет, если цветок завянет? – спросила эффектная блондинка, чем-то похожая на мелкую Ино. Родственница, наверное.

– Яманака разбираются в цветочках, не зря магазин открыли, – хохотнул толстяк Акимичи. Реальный человек-гора. Раза в два тяжелее Миуры, который просто здоровенный лоб, без внушительного пуза, как бы Каноно ни старалась его откормить. Вот бы с ним спарринг. Мне интересно, смогу ли я побить кого-то, кто настолько не в в моей весовой категории. А че бы и не спросить по окончании собрания?

– Если цветок завянет, его съедят вредители или он будет поврежден иным способом – миссия сопровождения считается проваленной, но у команды останется шанс присоединиться к бандитам и добыть другой цветок.

– Печати хранения? Их можно использовать? – протянула руку Марин. Дура. Нефиг подсказывать коноханинам! Это за нами, чужаками, будут внимательно следить, чтобы не нарушали правила. А вот местные наверняка уже передали весточку своим командам и им за то ничего не будет.

– Печати – это оружие ниндзя, они допустимы. Но экзаменуемым придется создать их самим, – ответил Хирузен.

В тему! Тару не зря внучка дедули Эна, а Дей с Фумито под одной крышей живет и тоже к рисованию фуин постоянно привлекался, несмотря на то, что ворчал. Сообразят ли? Надеюсь, что да, они у меня умненькие. А еще забавно выглядит идея сделать фальшивые цветочные горшки, посадить в них всякие сорняки и раздавать всем, кто захочет ограбить, пока настоящий груз в печати. Но это если повезет попасть в команду сопровожденцев, а не охотников. Че-то в честности жеребьевки у меня лично биджево большие сомнения. Уверена, моим так не свезет.

Джонины Конохи задали еще с десяток откровенно тупых вопросов, ответы на которые оратор выдал в своей не такой и длинной речи. Туповаты они как-то. Не все, конечно. Умных больше, хочется в это верить.

– А можно к вам на аудиенцию записаться? Есть важная тема, знаете ли, – я стрельнула глазами в сторону джонина Яширо, который, походу, тоже умеет чувствовать взгляды, так как поёжился. А ведь я даже и не пыталась ублюдка энергетикой пронять пока что.

– Да, Оками-сан, мы с вами и Юки Марин-сан переговорим сразу по окончанию собрания, как только отпустим остальных участников. Ваш вопрос ведь не касается экзамена?

– Ага, спасибо, – буркнула я.

Рано или поздно вся эта тягомотина закончилась. Посторонние вышли, остались только мы с Марин.

– По поводу вашей записки, Оками-сан… – Хирузен изобразил, что ему неловко поднимать тему. Старый же налюбщик, отлично играет лицом, я бы прям поверила, если бы не знала заранее, какой он скользкий. – У шиноби Кусагакуре нет никаких прав производить любые аресты на территории Страны Огня. Но их суверенитет предполагает, что скрытая деревня сама решает, кого считать преступником. Простите, Юки-сан, отменить ваш розыск, в легитимности которого есть сомнения, я не в силах, только обеспечить вашу безопасность в своей юрисдикции.

Сидящая рядышком Марин безмолвно кивнула. Ей ситуация явно удовольствия не доставляет. Узумаки стопудово хочет обратно на уютный остров Водоворота, где ни интриг, ни опасностей, ни страшных стариков, способных ее одним пальцем перешибить. А может быть, и меня, несмотря на все ранги.