Seva Soth – Сказание об Оками 6 (страница 33)

– Хотару-тян! – даже не знаю чего в интонациях старика было больше злости или испуга за девочку, зависшую над пропастью. Причем злится старый, походу, не на меня, а на тех, кто за ребенком должен был присматривать.

– Деда! Я летаю! – совершенно неуместный восторг. Я молча перенесла малышку к Гёдже и тот крепко вцепился в нее. Как будто бы мне будет сложно их обоих вниз спихнуть, если вдруг резьбу сорвет. С немалыми шансами на выживание у старика, правда.

– У вас очень милая внучка, Эн-сама, – не стала добавлять, что ее поведение – это зашквар по любым понятиям. Старый и без моих напоминаний это знает. – Я не против того, чтобы она услышала весь наш разговор, если того хочет и не будет болтать.

– Я не болтунья! – возмутилась малявка. Ох и влетит же ей по заднице от деда, независимо от того, как дальше пойдет наш разговор.

Глава 20

– Деда, ну пожалуйста! Оками-сама так интересно про Узушио рассказывала, – малышка применила секретное гендзюцу больших жалостливых глаз, доступное только детям.

– Тебе рано участвовать во взрослых разговорах, Хотару-тян, так что сиди, молчи и не перебивай, раз уж тебе разрешили слушать.

На самом деле присутствие малявки может стать небольшим, но аргументом в мою пользу.

– Сожалею, если вопрос покажется неуместным. Но сколько вам лет, Эн-сама? – по моей оценке, не меньше семидесяти. Да, он крепкий старикан и вообще шиноби, хоть протектора с камоном в виде паука и не носит.

– Восемьдесят семь.

– Возраст женщин обычно тайна, но не в моем случае. Мне скоро стукнет восемнадцать, – ну, через одиннадцать месяцев. Но разве это долгий срок? Видно же, что старый пень не относится серьезно к молоденькой девушке. Малолетней соплей типа своей внучки меня считает, несмотря на все продемонстрированное.

– Вы выглядите моложе своих лет, – подтвердил мои наблюдения Эн.

– Прошу вас, не отнеситесь ко мне, как к ребенку. Перед вами взрослая куноичи и ирьенин как минимум А-ранга. Как вы посмотрите на то, чтобы вас немного омолодили? Лет хотя бы на десять. Сможете лично выдать Хотару-тян замуж и отвести к алтарю, когда она повстречает достойного юношу.

Девчонка густо покраснела. Биджу! Опять какой-то бабкой-свахой себя ощущаю.

– Взамен вы попросите технику разрушения небес? Если так, то предложение выглядит неравноценным.

– Нет же. Взамен я хочу защитить ваш клан. Не как Коноха, а по-настоящему.

Защита со стороны Скрытого Листа, походу, точно такая же, за какую чайные барыги Алому Клубку платили, а сейчас банде Наоми башляют. То есть плата за то, что уважаемые люди их не трогают. Иначе почему тут хотя бы одна тройка генинов не дежурит, которая объяснила бы чужакам, то есть нам, что гора – это типа частные владения и не нужно туда лезть.

– Вас так беспокоит благополучие Цучигумо? – не без иронии и сарказма спросил Гёджа.

– Отвечу честно, я узнала о существовании вашего клана недавно и поводов любить или ненавидеть его у меня нет. Ну разве что то, что вы посчитали меня воровкой, утащившей вашу технику – неприятно. Я о ней и не слышала. У меня свои способы разрушения.

– Сожалею о возникшем недопонимании, – спокойно известил старик. Главы кланов не извиняются. Даже таких вот, не самых значительных.

– Не буду скрывать, ваша техника мне интересна, как и любой способ сделать свою деревню сильнее. Но я хочу получить технику вместе с вами, ее пользователями. Переезжайте на Узушио, вот что я вам предлагаю. Всем кланом или его частью, как пожелаете. Мой остров – самое безопасное место в мире. Невидимая смерть, она же проклятие Узумаки и длань Шинигами, убьет любого чужака, что явится без нашего одобрения.

– Зачем же вам в этом случае дополнительное усиление?

– Затем, что нельзя закуклиться и сидеть внутри своей зоны комфорта – это путь к вымиранию. Взаимодействие с внешним миром всегда остается. И всегда есть враги. Сжатый кулак сильнее отдельных пальцев. Но так-то Узушио – мирная деревня. Коноха наверняка предлагала вам поселиться у них. Но вы отказались, не желая участвовать в войнах Сарутоби-самы?

– Этот Гёджа много повоевал на стороне Скрытого Листа, многое потерял и не желает, чтобы новые поколения повторили печальный опыт.

– В таком случае Узушио – ваш выход. Мы тоже пострадали, знаете ли. И по той же причине – из-за войны, затеянной великими государствами. Понимаю, не убедила. Нужен кто-то посерьезнее семнадцатилетней девушки. Сенджу Цунаде в качестве переговорщика и гарантий того, что мы сможем укрепить ваше здоровье, устроит?

– Цунаде-сан? Она была одной из сильнейших, но больше не способна ни лечить, ни сражаться.

– Способна. Ее проблемы позади. Сейчас Цунаде-сенсей управляет Узушио.

– Не вы?

– Не я. Если вы согласны на переговоры, я передам вам призыв наставницы и вы пообщаетесь. Кроме того, я предлагаю вашей внучке стать моей личной ученицей. У меня два ученика ее возраста, Хотару-тян выглядит идеальным дополнением к их команде.

Ну а чего нет-то? Я же обещала пацанам миленькую девочку в качестве третьей. Вот, эта вполне себе милашка.

– Я согласна! – выпалила девчушка.

– Думаю, Хотару-тян, в данной ситуации важнее согласие твоего деда. Эн-сама, я способна самым лучшим образом раскрыть потенциал вашей внучки и упор в тренировках будет делаться не на насилии, а на контроле чакры и, возможно, ирьенинских техниках, если будет желание их освоить.

– Да! Я согласна быть ирьенином! – подтвердила малая.

А вот ее дед не спешил озвучивать решение. Как будто бы вообще связь с реальностью утратил.

– Конечно, речь об ученичестве идет только в том случае, если вы примете основное предложение. Мне не нужны заложники или что-то еще такое подлое.

– Я обдумаю аргументы и готов к разговору с Цунаде-химе. Когда-то я вел дела с её дедом. Хаширама-сама был достойнейшим из достойных.

– Тогда держите, это Кацую-сама. Просто скажите ей, когда пожелаете заговорить с наставницей, и получите свой разговор.

Наверняка старый хрыч все понял по поводу королевы слизней и прослушки, но вида не подал. Он же не идиот. Слабоумные до такого почтенного возраста не доживают.

– Я остановлюсь в деревне неподалеку и пробуду там с неделю. Мне нужен небольшой отдых. Пришлите, пожалуйста, весточку любым способом, которым сможете, когда закончите совещаться и принимать решение.

– Это Цучигумо, деревня клана, – сказал Гёджа. – Там живут хорошие люди, пожелавшие окончательно перестать быть шиноби, поддавшиеся на уговоры хокаге. Лишь я и несколько семей до сих пор знают, как правильно держать кунай.

– Знаете, я бы тоже хотела отказаться от всего этого насилия и просто жить, но мне уже поздно, – честно признала я. Годы тихой жизни на острове рядом с близкими, с одной стороны, несколько утомили, но с другой – это период, который могу без всяких натяжек назвать “светлой полосой”.

– Проводить вас вниз мимо ловушек?

– Мне было бы интересно на них посмотреть, но предпочту более быстрый способ, на своих крыльях.

И спрыгнула с обрыва, раскрыв свой дельтаплан. В общем-то, могла бы и без него, но плавный полет выглядит презентабельнее пошлого падения с высоты. Да и наставница орать будет, если у меня внутреннее кровотечение откроется. И так приходится щадящую диету для почек какое-то время соблюдать. Задрало уже. Хочу острой лапши, а пока нельзя.

В деревне нас приняли настороженно, но бабло сильнее зла и недоверия. Заселились в местную гостиницу и несколько дней я не делала вообще ничего, не считая общения. C тренировками ученикам Фумито помогал, а я восстанавливалась под недовольный бубнеж наставницы о том, что организм не железный и его надо беречь. Ну и подсказывала малым, как и чего. Сенсей биджев.

Послушала передаваемые Кацую разговоры Цунаде с Эн-Но-Гёджей. На удивление неплохо они складывались. Старик уже на второй день начал торговаться по поводу того, что они тут всё бросят, а это нажито тяжким трудом, надо бы компенсировать. Всего он предполагал человек двадцать с собой увести. Очень подходящее количество.

На четвертый день моей прокрастинации на тренировочную площадку, по сути лесную поляну, где мой парень гонял учеников, явилась Хотару-тян. Без предупреждения и без сопровождения взрослых. Походу снова сбежала, как в тот момент, когда подслушивать собралась.

– Привет, я пришла учиться! – объявила девчонка, одетая в розовое тренировочное кимоно. – Позаботьтесь обо мне, Оками-сенсей! – ох, как выпучил глазенки братишка Дей, когда увидел пришествие новой соученицы. Я про эту деталь заведомо умолчала, только с Фумито поделилась.

Зная подробности переговоров, понятно, что дедушка Эн пока ничего внучке не разрешил и ко мне не направлял. Но разве мне сложно с ребенком ненапряжными медитациями для улучшения контроля заняться? Все равно без дела сижу в тенечке, пока мальчишки потеют.

– Эй, братва, давайте сюда. Знакомьтесь – это Хотару-тян, если все склеится, то третий член вашей команды. Ее не обижать, помогать во всем.

Кими поприветствовал девочку подчеркнуто дружелюбно-равнодушно, вежливым поклоном. А вот Дей, встретившись с ней взглядом, почему-то покраснел и смолчал, хотя обычно за словом в карман не лезет. Так-то ясно, по какой причине. Понравилась. Ничего плохого не вижу. Детишки у них в будущем будут красивые, голубоглазые блондины. Или зеленоглазые. Ну как есть старая бабка-сводница! Это я про себя.