Seva Soth – Сказание об Оками 5 (страница 32)
Уже на первом этаже административного здания мы столкнулись с шапочным приятелем Фумито – Гаем, который немедленно потащил моего самурая на спарринг. Еще и меня звал. Неплохо бы Шизуне к нему присмотреться, между прочим. Колоритный и симпатичный парень, несмотря на дурацкую прическу под горшок. Прям пожалела, что у меня дела и не смогу посмотреть, как они помахаются, и сама поучаствовать. Отправила вместо себя ученика. Пусть понаблюдает.
По моей оценке, Фумито должен с треском продуть гению тайдзюцу. Примерно так же, как на их ранних спаррингах. Всё потому, что за меч он в тренировочном поединке не возьмется, а рукопашка для самурая вторична. Но вслух такого говорить не стала. Пожелала удачи и поцеловала в щечку.
И вот кабинет хокаге, в котором от Минато не осталось вообще ничего, всё сандайме переделал под себя. Внимание привлекли стойкий запах табака, полки со свитками, расположенные так, чтобы до них можно было дотянуться. Какая-то фиговина на столе, похожая на шар, накрытый тряпочкой. Сам сандайме как постарел в день разрушения Конохи, так и не оправился. Выглядит уже реально пенсионером, задержавшемся в своем кресле. Ему бы о преемнике подумать. Вот только о ком? Орочимару себя шансов на власть лишил. Джи крут, но как будто специально создает себе репутацию неподходящего человека. Фугаку меня разочаровал, не подойдет он. Пожалуй, наставница Цунаде стала бы отличной кандидатурой, если бы не подмоченное пьянством и азартными играми резюме. Ну и еще она женщина, это тоже негативный фактор. Все каге испокон веков мужики, насколько я знаю историю. Может быть, Хирузену стоит сыновьям своим власть передать? Нормальная практика так-то.
Во взгляде представительного старика сквозило неодобрение, ничуть им не скрываемое. Я аж машинально одежду проверила. Вдруг у меня Кацую из-под рубашки торчит, а я и не заметила. Да нет, в норме всё. Че он тогда так смотрит?
– Здравствуй, Оками-сан. Ты не могла бы оставить Кацую за дверью, в комнате напротив этой. Поверь, там ее никто не обидит, – начал хокаге. Умный. Осведомленный. И чуточку страшный, несмотря на маску доброго дедушки.
Послушалась. Куда деваться-то.
– Ты очень разочаровала меня своим публичным конфликтом с Учиха, – вернулся к разговору Хирузен, когда я аккуратно выложила слизня на стул в соседнем помещении. Хорошо хоть на природу-погоду время тратить не стал, сходу предъяву кинул.
– А чё сразу я? Это они первыми начали, пытались меня в гендзюцу поймать. Один раз такое спустишь, и всё, сочтут терпилой. Ши-тян подтвердит, если мне доверия нет.
– Ваша ссора выглядит так, будто ты обижена на Учиха за вынужденное изгнание.
– И что? Хотите, я публично заявлю, что дело не в этом, а в том, что они мудилы и не хотят Чико амнистировать? Чистая правда, знаете ли.
– Учиха Чико дезертир. Амнистия для нее создаст риски того, что шиноби продолжат оставлять деревню, считая, что их простят по чьей-то протекции. Фугаку-сан полностью прав, если отказал тебе.
– Чё, следили за мной?
– Как и за всеми гостями Конохи.
– И как мы этот конфликт замнем? Готова принять извинения деньгами, я гордая, но бабло мне нужнее. Ну или пусть Фугаку-кун смягчит свою позицию. Допустим… давайте оформим младшим братьям Чико командировку на Узушио. Вручите им протектор по ускоренной процедуре и отправьте оказывать помощь союзнику. А я про все ваши долги забуду.
– Напор, достойный ученицы Цунаде-химе, – позволил себе усмехнуться хокаге. – Я-то, глупый старик, считал, что ты попросишь в счет долга не отзывать Умино Фумито, раз наше с тобой соглашение о добровольном изгнании закрывается.
Удар ниже пояса. Вот же старый налюбщик! Реально ведь в его власти сказать “всё, командировка закончена, ты снова шиноби Конохи”. И бывший бро вынужден будет сделать что? Дезертировать? Уверена, ему хватит решимости, но радости точно не доставит. И возможности посещать деревню лишит.
– Вы этого не сделаете.
– Интересы деревни требуют сделать. У нас есть потери в сражениях с Облаком. Еще и Скрытый Камень активно доставляет неприятности, вынуждая реагировать. Каждый шиноби на счету, а Умино-кун был довольно силен для своего возраста еще три года назад. Сейчас же он достоин повышения до джонина, скорее всего. Точно можно сказать только после оценки способностей.
– Ваш шантаж плохо попахивает.
– Шантажа нет, решение о том, что Умино-сан останется на Узушио, уже принято. Но и говорить о каких-то долгах после этого некорректно.
– Кроме пяти миллионов, о которых договорился Джи.
– Всего лишь деньги, они не имеют значения, я передам вам бумагу для обналичивания в банке сегодня же.
– Для Узушио имеют. У нас доходы пока что ограничены, знаете ли. Так с братьями Чико…
– Я не могу отдать такой приказ сегодня. Возможно, позже, когда они станут генинами, а ваша с Фугаку-саном размолвка будет всеми позабыта.
“Позже” означает “вежливое нет”, это я однозначно к данному моменту уяснила.
– Я поняла. В таком случае иной вопрос – покажите мне джинчуурики Девятихвостого. Это ведь ребенок Минато и Кушины, про которого вы сказали, что он мертв. Я верно поняла? Я, может быть, и молодая, но не тупая, знаете ли. Соображаю, когда меня налюбливают.
– А вы, в свою очередь, покажете представителю Конохи вашего джинчуурики, если он у вас когда-либо будет? – спросил Сарутоби-сан таким тоном, что я четко поняла – весь маскарад вокруг Фуоки если кого и обманул, то не хокаге. Вероятно, Джи обо всем догадался, пока гостил на острове.
– Я могу говорить открыто? Нас никто не слушает? Не читает по губам?
– Безусловно. Стены кабинета надежно экранированы, даже Хьюга с их бьякуганом не смогут через них увидеть.
– Ну да, у нас есть джинчуурики. Скрытый Туман ее похитил, мы спасли и не хотим отдавать ублюдкам из Водопада, которые не уберегли, – я не очень умею врать. Но и признавать, что мы похитили оружие массового поражения, параллельно вырезав всех старейшин деревни, Скрытой за Водопадом – это очевидный зашквар. Та часть правды, что я выдала, все равно рано или поздно вылезет. Подконтрольный биджу – такая штука, которую надо демонстрировать, чтобы боялись, а не прятать в темном чулане.
– Ребенок Намикадзе-сана и Узумаки-сан официально мертв. Есть другой мальчик, который носит фамилию Узумаки в память о некогда великом союзном деревне клане.
– Все Узумаки мои подданные, знаете ли, – глупая идея фикс, конечно. Никто мне мелкого носителя реактора не отдаст. Но чего бы и не заявить претензии как элемент торга, который я, походу, традиционно солью и приму все предложенные условия. Вот реально не знаю, как с этим старичьем о чем-то договариваться. Всегда налюбят, да еще с видом, что я за это им должна.
Ироничная улыбка на иссеченном морщинами лице давала однозначный ответ. Не прокатило, не имело ни единого шанса.
– Может, хоть познакомите нас? Честно-честно, я понимаю, что попытка воровать детей в Конохе – это идиотизм, а вы меня, если что, хлопком ладоней в блинчик расплющите. Нарываться не буду. Просто… это же мои друзья были.
– Даже Джирайя, учитель отца мальчика, до сих пор с ним не знаком, что необходимо для поддержания легенды о том, что он погиб.
– А нужно это…
– Потому что Минато-сан так захотел. Чтобы его сын не рос в тени отца. И для облегчения защиты ребенка, конечно. Джинчуурики – это уже мишень, сын четвертого хокаге – особенно лакомая добыча для желающих отомстить. Скрытого Камня, например. Поклянись, что Ооноки-сан не узнает, что не передашь информацию ни прямо, ни косвенно, ни ему, ни своему ученику, который вероятный шпион Ивагакуре.
Убеждать, что Дей нормальный парень, а никакой не лазутчик, было бы глупо. Ни одного веского довода, сплошь интуиция, ее к делу не пришьешь.
Покорно дала обещание именно в тех формулировках, какие высказал Сандайме.
– Наставнице сказать можно? От нее у меня секретов нет. И хоть фотку малого покажите. Хочу на него посмотреть.
Не знаю, готовился Хирузен к разговору или всегда фотокарточку при себе носил, но достал ее из кармашка на широком поясе, скрытом под белой мантией хокаге.
С портрета на меня смотрел темноволосый и сероглазый смеющийся мальчишка, ровесник моей пузатой мелочи. Лицо у него разрисовано, по три линии на щеках с каждой стороны, изображающие кошачьи усы. Точнее, лисьи. Подумалось, что Хьюга наверняка знают, где его держат, но не скажут даже за образец моего генома. И даже за немедленную помолвку с самым породистым из них тоже не согласятся ничего раскрыть.
Пацаненок выглядит очень счастливым. Ну хоть в этом плане всё в порядке и старшей сестренке Оками не нужно ничего решать.
– Эээ… вот как-то не очень похож.
– Узумаки Фуоки тоже не всегда была красноволосой не так ли? Это временная маскировка.
– А имя у него есть? – последовал с моей стороны закономерный вопрос.
– Узумаки Наруто.
Ну что тут скажешь? Два погибших придурка, которых я считаю друзьями, все-таки назвали сына в честь приправы для лапши. Вместе с фамилией получается “спиральный рыбный рулетик”. Даже не знаю, что про это думать. Просто принять к сведению, запомнить и продолжать разговор на другие темы.
– Так что насчет пацанов Учиха? Вообще нет вариантов, как поступить? Из них в клане не шиноби, а каких-то огородников делают. Больно смотреть. Как будто миссии D-ранга у них начались задолго до получения протектора.