Seva Soth – Сказание об Оками 1 (страница 67)

— Фума Тадасу. — С неприязнью назвал его бро. Говорил не для своих земляков, а для меня. — И Курама Вашио. Шпана. Но Вашио, как я слышал, стал чунином.

— Эй, Фу-тян, отлипни ты от своего дружка! Теперь мы ваши лучшие друзья. Коноха навсегда! А что у нас уже таких мелких в генины принимают?

— Братан, ты этих хиляков сам отпинаешь или мне одного на себя взять? — Громко, даже с вызовом спросила я. Будут еще всякие ушлепки к моему дружбану лезть. Судя по телосложению, оба не атлеты. Возможного, чего-то да стоили с техниками, но сейчас самураская тату их обнулила. Умино, наоборот, довольно крепкий и высокий для своих двенадцати с чем-то.

— Коноха. Срутся между собой даже внутри деревни. — Презрительно бросила бодибилдерша из Водопада. Чем-то она на того нукенина, что меня печатями обеспечил похожа. Вполне реально если родственники, деревня-то у них маленькая.

— Эта девочка не из Листа. Я ее узнал, гений тайдзюцу, которая врезала по яйцам самоуверенному выродку Дайгоро. Однорукий козлина Ито еще с ней всё время таскался. — Шиноби Ивагакуре, как и “листочки”, и не подумали придержать часть информации, заговорили во весь голос. — И мне неясно почему она чуть ли не ручку держится с выродком Узумаки.

На мне скрестилось еще больше заинтересованных взглядов. Даже киринины взор в мою сторону обратили. Один огр-ронин молча скинул ботинки и улегся на койку.

— Еще и девочка. Еще и из Скрытого Камня. — Захихикали молодые шакалы. — Узумаки-тян себе невесту украл? А что такую мелкую и страхолюдную? Тадасу-кун, ты посмотри, вообще на девчонку не похожа.

— Я не Узумаки! Я Умино! — Взорвался Фумито — Вы двое позор Конохи. Да, химе, я один их могу побить. Без гендзюцу они оба ни на что не годятся. — Парочку ублюдков передернуло. Но в драку не полезли.

— Драки запрещены. Кха-хх-ккк-ха. Кто не понял, лишается пальца. — Через кашель процитировал Си. Одной ногой в могиле, но и тут за нас вписался.

— Но в шахте бывают несчастные случаи. — Прошипел не то Курама не то Фума. Они уже слились для меня в одно общее неприятное недоразумение. По рассказам генина деревня, сокрытая в листве, уже начинала мне казаться приятным местом с приятными людьми. Не, умом-то я понимала что везде всё плюс-минус одинаково, но поверить в приятную картинку с агитки очень хотелось. Спасибо двум уродцам-переросткам что вернули меня с небес на землю. За это я им ничего не сломаю, когда в шахту спустимся. Полезут-то звереныши точно.

— Ты, генин камня. — Обратился ко мне тот шиноби Ивы, что меня узнал. — Поступаешь под мое командование. Меняешь наши кровати отсюда и до сюда.

— Слышь, вот уже не помню кто ты такой есть, а ты как тут оказался? Ты не нукенин или дезертир случаем? — С вызовом спросила я. — Долг настоящего шиноби всяких отступников вешать на ближайшем дереве. Радуйся, что я не генин и не успела присягу принести, а то нашла бы дерево и посреди этой ублюдочной тундры. — Мужик, как мне показалось, сейчас лопнет от злости. Но, похоже, самураи со своей практикой отъема лишних пальцев сумели навести тут порядок. Даже поддерживаю, я бы еще жестче тут всех прессовала, если бы вдруг каким вывертом судьбы должна была бы в узде всю шоблу держать.

— Знаешь, сопляк из Листа в чем-то прав, в шахте может и тяжелый камень привалить, а люди, которых ты оскорбляешь, мелкая шалава, помогать не захотят. — Присоединился к угрозам второй шиноби Ивагакуре. Не зря я оттуда свинтила. Не считая Ито и еще пары нормальных людей, мерзкий в стране Грязи народец.

— Не смей ей угрожать! — Втупился Умино. — И так называть!

— Бро, у тебя что пальцы лишние? Не здесь. — Придержала его я. — Для таких как он, у меня есть секретное оружие.

— Тайдзюцу? — Презрительно фыркнул “камушек”. — Маленькой девочке не победить чунина.

— Пфф. Это что всего лишь чунин? А гонору то! — Воскликнула я. — У вас в вашей шобле хотя бы один джонин есть? — Потупились. Точняк всякое отребье. Ито бы их всех не то что одной рукой, без рук уделал бы. Всех пятерых дезертиров камня, имею в виду.

— Так что за оружие, химе? — Спросил Фумито.

— Дипломатия, братик. Уважаемые шиноби. — Я обратилась уже ко всем собравшимся. — Мы с товарищем здесь люди новые, сложившихся раскладов не знаем. Я реально хороша в тайдзюцу и могу доказать, не смотрите что низкая. Спарринг там или этих ублюдков в дерьмо рожей махнуть когда вертухаев близко не будет. Кто нас в свою команду примет, не пожалеет по любым раскладам. Я не защиты прошу, если что, не хочу на всякий мусор время тратить. Его ведь у нас тут не так много? Сколько там, максимум три года?

— У детишек есть хребет. А я-то уже думала что Коноха уже не та! — Рассмеялась гром-баба. — Лично намну бока тому, кто на них задираться будет.

— Она же не из Конохи, как я понял. — Заговорил один из самых неприметных шиноби Тумана. Бледный юноша лет двадцати с белыми, как седыми волосами. Он что альбинос? Глаза чутка красным отливают.

— Перед вами Юки Коху-сан, молодые люди — Речь за парнем взял человек-акула, который и представил своего соратника. Голос у рыбины оказался пренеприятный, хищный.

— Но я поддерживаю то что сказала Сумайо-сан. — Продолжал киринин. — Чем мы будем лучше животных, если начнем наводить здесь звериные порядки? Юноша и девушка, пожалуйста, представьтесь нам как следует чтобы я понимал за чью именно неприкосновенность ручаюсь.

Братишка сделал шаг вперед и поклонился взрослым.

— Имя мне Умино Фумито. Я генин Конохагакуре. Несмотря на красные волосы я не Узумаки. Курама и Фума ввели вас в заблуждение. — Несмотря на то что представлять себя как бы невежливо, у любого правила есть исключения. В данном случае, насколько я понимаю, выступление перед коллективом. Тут уже получается что не хамишь старшим, а как бы отчитываешься перед ними.

У меня тоже спина поклон сделать не переломилась. Ну в кайф тут всем, когда перед ними спину гнут, от меня не убудет в ответственный момент, особенно когда Фумито пример подал.

— Я Оками. Можно Оками-химе. Я не генин и не шиноби, не успела получить протектор. Жила в Ивагакуре, но недолго. Про гения тайдзюцу тот хмырь не соврал. Че вылупился, дядя? Назвал бы свое имя я бы его использовала, а так я тебя не знаю. Да, я хамка и другие плохие слова, какая есть. Кто на братишку Фумито косо посмотрит тому глаз на задницу натяну. Это я к мастерам гендзюцу из Конохи, персонально обращаюсь.

— С химе какого клана я имею честь говорить? — Спросил Юки. Приторная вежливость так и намекает на клановое происхождение. Вообще о видных кланах Страны Воды нам на пропаганде рассказывали, но я половину промедитировала и потому о Юки ничего в голове не отложилось. Невелика потеря.

— Я не из клана. Химе просто прозвище, если оно напрягает, можно не использовать. — Раз уж шиноби тумана за меня вписались попробую хоть какую-то вежливость проявить.

— Любой гений рано или поздно становится частью клана или основывает собственный клан. Поэтому считаю прозвище уместным. Позвольте мне представить моих людей. — Сказал беловолосый и начал называть остальных членов отряда. Рыбочеловека звали Сумидаре Бьючи, имена остальных я не поленилась запомнить, но при таком обилии новых знакомств они сливались в сплошной информационный шум. Юки и Сумидаре джонины, остальные генины.

Коротко подошла тетка из Водопада. Вот не люблю их деревню, но она скорее хорошее впечатление оставила. Горластая хабалка, да, но я же сама такая. Звали ее Сумайо, без фамилии. Еще одна вещь, которая чем-то нас роднит. В ее команде уровня джонина достигли все пятеро. Водопад. Статистическая аномалия или недостаточно высокие джонинские стандарты.

Полночи я ожидала нападения каменных или огненных ублюдков. Не дождалась и все же рискнула уснуть. Так-то мне чересчур много сна и не нужно. Медитации моё всё.

Следующим днем нас ждал первый рабочий день. Ни разу не радостное событие. Но хоть в столовую сначала отвели, где навалили полную миску слипшейся рисовой массы. Повар тут, очевидно, никакущий, но в целом сытно. Си снова работать не пошел. Да что там, он едва шевелиться уже может.

На два с лишним десятка шиноби-заключенных Страна Железа расщедрилась на четверых конвойных самураев? Мало? Ни в том случае, когда самураи вооружены и на пике формы, а шиноби истощены радиацией и остались без своего главного преимущества — ниндзюцу, то есть использования атакующих техник чакры. Гендзюцу, то есть гипноз с применением чакры, впрочем, татуха также блокирует, иначе двое знакомых Не-Узумаки оказались бы полными хозяевами положения. Как рассказал братец, Курама считались едва ли не лучшими гипнотизерами Конохи, не считая Учих с их особыми глазами. Фума и вовсе глазастым Учихам дальние родственники, вплоть до микроскопического шанса их кеккей-генкай у себя проявить.

Провожали нас до спуска под землю. Я ожидала что он будет у самой горы-вулкана, но нет, нас отвели всего-лишь на окраину поселка, к большой дыре в земле, похожей на трещину, за которой начинается естественного вида пещера. По дну трещины проложены рельсы, по которым передвигается и вагонетка на человеческой тяге. Человеческой в смысле нашей. Освещение — керосиновые фонари на касках, которые выдавали при входе. Довольно таки яркие, с хорошими отражателями. Все для тружеников, все для людей. Ага-ага.