Seva Soth – Сказание об Оками 1 (страница 55)

— Яко-сан, пожалуйста, присмотри за этими детьми. Тебе не придется ничего особенного делать, всего-то наблюдать. Мы передадим их взрослым. Если взрослые будут их обижать, сообщишь мне, когда я тебя призову.

— Ты будешь должен мне мои любимые орехи, Фумито. Много орехов. И тогда я закрою глаза на то, какой ты дурак. — Судя по тому, как захихикали мелкие, птица и правда очень и очень неглупая. Ну или я преувеличиваю и в данный момент происходит не небольшая терапия смехом для словивших посттравматическое расстройство детей, а банальная перебранка. Тихонько отошла в сторону, чтобы не мешать. Глядишь, не будет у спасенных ночных кошмаров, а будут добрые сны про волшебную птицу, говорящую человеческим голосом.

Уже ближе к полудню дошли до долгожданной деревни. Умино хотел было и дальше изображать из себя рыцаря, продолжая тащить меня на себе, но был в мягкой форме послан. “Брателло, у меня свои ноги есть и шевелятся, возьми лучше вон тех троих самых маленьких, которые сейчас свалятся” — сказала я ему. Конечно, тащить девчонку, даже такую неоднозначную как я, любому пацану приятнее, чем валящихся с ног карапузов. Но голос разума в лице попугая, потребовавшего не быть таким дураком как обычно, возобладал. Все больше и больше уважаю Яко-сана. Кикука и Такети тоже взяли себе по паре пассажиров. А вот мне, как раненой, никого нести не пришлось. Оно и хорошо, мне реально сейчас тяжеловато даже себя перемещать.

Деревенские от двух окровавленных фигур чуть было не разбежались. Но бабло побеждает еще и страхи. Как более чистый от крови и менее подозрительный переговоры вел шиноби Конохи. И зря! Хороший парень, но торговаться совсем не умеет. За то чтобы отвести детишек по домам он отдал все полтора куска! Я бы в семь сотен рье уложилась. А может и в одни только угрозы. Хорошо хоть генин догадался в нагрузку припасов в дорогу попросить вкупе со сменной одеждой для меня. Стандартный продуктовый набор — рыба, рис и листья, в которые можно завернуть и то и другое.

По уму в моем состоянии теперь бы несколько дней отлежаться, но нет, не в наших обстоятельствах. Свалили сразу, как были готовы, а подопечных наших и того раньше местные жители начали по другим поселкам отводить, причем в разные стороны.

— Ну и что дальше? В какую сторону мы пойдем, химе? — Спросил ложный Узумаки. Или наоборот, истинный, но не признающийся. Мы с ним выбрали дорогу в юго восточном направлении и не очень быстро шли, проявляя умеренную бдительность к окружению.

— Мы? Тебе ведь на юг, в твою Коноху? — Удивилась я вполне себе искренне. Попутчик он, может и неплохой был бы, но направления у нас с ним совсем разные.

— Ты ранена, химе, причем ранена в сражении в том числе за мою жизнь. Бросить тебя сейчас одну будет непростительно. Особенно после того, как ты отдала все свои деньги для спасения детей.

— Слышь, Узумаки, ты святую-то из меня не делай. Но если хочешь помочь, помогай.

— Я Умино! — Мгновенно насупился пацан.

— Вот и молодец. Таким ты мне больше нравишься. Давай сразу все вопросы закроем, чтобы непоняток не было. Я пару лет в Скрытом Камне жила. У вас с ними война. Если хочешь напасть, давай сразу порешаем, вот она, я.

— Оками-химе! — Вроде как искренне возмутился юноша — Ты спасла мне жизнь и ты ранена. И ты говоришь про Ивагакуре “с ними”. Не считаешь себя их частью?

— Ага. Меня насильно запихали в их академию, я не доучилась. Но ты, это, особо не распространяйся. — Нафига я сходу все так вывалила? Так честность — лучшая политика, уже проверено допросом под сывороткой. Лучше так, чем он неожиданно воскликнет “Так ты шиноби камня, они у меня любимого дедушку убили” и ударит в спину кунаем. Проколоться я в любой момент смогу, на каком-нибудь слове, характерном для диалекта Страны Земли. А спутник и даже друг мне бы в ближайшие несколько дней точно не помешал. С моей-то дырой в животе и общем поганом самочувствии.

— Как это насильно? — Уточнил Фумито. — Не понимаю?

— А вот так, кеккей-генкай. Что, твоя Коноха упустила бы шиноби с улучшенным геномом? Вот и Ооноки-сама не захотел упускать. Ты, Узумаки, счастливчик, видел больше моих возможностей, чем я в Ивагакуре показывала. Иначе там бы меня совсем плотно пасли и я бы не выбралась.

— Я Умино! Запомни уже.

— Слышь, я еще и сенсор чутка. — Подмигнула я парню. Он, вроде как, намеки понимает.

— Все равно Умино! Не вру. Бабушка была с Узушио. — Неохотно признался парниша. Узушио это тот остров, потерянный красноволосыми в ходе не то прошлой, не то позапрошлой большой войны.

— Лады, не грузись этим. Теперь мы карты вскрыли, давай решать куда идем. Я лично в Страну Железа, к самураям, они клёвые.

— Почему туда? Пошли к нам, в Коноху! — Удивительно искренние слова. Паренек явно любит свою родину.

— Чтобы меня там выдали замуж за какого-нибудь утырка по выбору хокаге? Без обид, мне дедуля Хирузен даже симпатичен, что бы там про него пропаганда Скрытого Камня не говорила. А про обезьян я совсем не поверила. Но по такому варианту я могла бы и в Иве остаться. Подбивали уже клинья.

— Сарутоби Хирузен — сама не такой. Он не будет так поступать. — И снова верит в то, что говорит, но я не верю. Нельзя быть политиком из высшей лиги и остаться чистеньким. Хотя, внутренний имидж у хокаге, походу, не хуже чем у Ооноки-самы. Уважают и любят его листочки.

— Нет тут твоего попугая, он бы сказал кто ты есть. Хокаге, если он нормальный каге, сделает как лучше для деревни. Вот без вариантов. Но того, спасибо за приглашение. Слышь, а как можно контракт с попугаями получить?

— Оригинал контракта у моего отца. Был бы у меня я бы тебя вписал. Хочешь, попрошу за тебя, когда будешь в Конохе? Не меняй, блин, тему, химе! И из какого ты клана? Я повторю то что говорил, такое быстрое заживление ран только у Сенджу и Узумаки.

— Да биджу знает, приятель. Я вот не знаю. Но мне сказали что кеккей-генкай клановый признак. Так что принцесса я настоящая. Кто-то тут против? Хочешь, слухи тебе перескажу? По некоторым я дочь райкаге и мизукаге.

Смех у Фумито искренний, приятный такой. Убрать бы у него длинные патлы и он бы мне, может быть, нравиться бы начал. И подкачаться ему надо. И загореть, бледный чересчур. И повзрослеть. Я не педофилка какая-нибудь, чтобы с ребенком шашни крутить. И мне повзрослеть. Те кто засматривается на малолеток мне точно интересны быть не могут.

— Оками-химе, позволь сопроводить тебя в Страну Железа. — Галантно предложил Умино. Я с независимым видом кивнула. Если нас не настигнут оставшиеся джашиниты, сложной дорога не станет.

Глава 18

Хорошая получилась прогулка. Ненапряжная. Джашиниты нас походу не искали. Во всяком случае не нашли.

К границе между странами Водопадов и Железа вышли за два дня. Была бы я в нормальной форме и могла бы скакать по деревьям в обычном для шинби темпе, могли бы и за несколько часов добраться. Чисто в теории вполне могла бы попрыгать, но неразумно и с точки зрения ранения и по моим более ранним резонам. Лишнее внимание от возможных наблюдателей, которых в приграничье разместить самое милое дело. По моим оценкам. Особенно в свете новой информации о призывных животных. Эту мою версию, Фумито правда, обсмеял.

— Слышь, косматый, а чего бы шиноби вдоль границы призывное зверье не разместить? Нарушителей отлавливать? — Спросила я у него пока мы с нормальной для здорового человека скоростью шагали по лесной дороге. С точки зрения энергетика мы плелись как беременные улитки. Да-да, я в курсах что улитки не живородящие и в целом тему их размножения в приличном обществе лучше не поднимать. Гермафродиты и все такие дела. Но вот к слову пришлось.

— Химе, что у тебя за претензии к моей прическе постоянные? Тебе понравится если я тебя начну лысой называть? Очень уж стрижка у тебя короткая, мужская, а не женская. — Растет пацан, скоро уже совсем нормально говорить научится, без лишней вежливости. Моя школа.

— Мимо, пацанчик, мне без разницы будет. Я тебе не какая-нибудь гламурная стерлядь. Я сама себя не так давно обрила. — Не без гордости призналась я, разрушив тем самым еще одно представление молодого человека о девчонках. Он то, небось, думал что мы все на внешности помешаны. — А прическа у тебя непрактичная. Показать? Давай спарринг и я тебя за волосы как следует оттаскаю. И что у тебя за манера с главной темы съезжать? Я про призывы спрашивала.

— У тебя научился. — Буркнул Умино — Посчитай сколько раз ты от темы своего происхождения увиливала. Ты, химе, не понимаешь насколько призывные животные редкие и ценные. Это как, вот представь что у тебя есть клинок работы лучшего мастера, а ты им землю копаешь. Нет, пусть так будет, представь что все бойцы отдали свои клинки землекопам. — И заржал, паршивец. Отсмеявшись еще добавил что драться со мной сейчас не будет, так как у меня рана свежая. Зассал, короче. Понимает что я его уделаю и за лохмы свои переживает.

И вот, пограничная река. Ага-ага, с этой стороны света в роли естественной преграды, разделяющей страны выступила именно река. Не бог весть какая широкая, метров тридцать всего, но дофига бурная. По такому всклокоченному потоку уже так просто не побегаешь, как по речке, ставшей для меня не так и давно аналогом шоссе. Не проблема, на самом-то деле, но доморощенный джентльмен собрался меня на себе переносить.