Сесиль Монблазе – Улица 17 (страница 26)
– Франсуа, я не утомил тебя? Ты наверняка подумал, что я скучный старпер, который хочет учить тебя жизни, – быстро и настойчиво ответил имам.
– Нет, – солгал Фади и тут же быстро написал. – Меня зовут Фади, мсье имам.
– О, еще более красивое имя. (Смайлик аплодисментов). Откуда ты?
Юноша слегка смутился, но решил все-таки ответить, ему страшно не хватало общества. Скоро должен прийти отец, скорее всего, пьяный, а потом может явиться мать, женщина, деньги от которой он не хотел больше принимать ни под каким видом. Именно поэтому ему отчаянно захотелось о чем-нибудь поговорить, пусть даже с этим странным мужчиной.
– Я из Франции, – несколько неуверенно произнес Фади вслух и только потом сообразил, что мужчина по ту сторону экрана его не слышит. Но у него было ощущение того, что этот человек его понимает, такое безотчетное и глупое. Почесав голову, он написал фразу. Почему-то неожиданно на него напала нервная чесотка, как будто ему опять приходится отвечать перед учительницей, французской старой девой из строгой христианской семьи.
– Ну я тоже из Франции, – сказал имам. – И даже из Парижа, не поверишь.
– Вы живете в центре? – почему-то перешел на вежливое обращение юноша.
– Да, так получилось, а еще служу в красивой мечети. Ты когда-нибудь был там?
– Нет, не доводилось, – честно ответил Фади и вздохнул.
Он посмотрел на садящееся за деревьями солнце и подумал о том, как же чудесно, что в мрачном и неказистом пригороде вообще есть деревья. Ему так нравилось, когда солнце просвечивало сквозь их листья. И почему-то не нравился разговор.
– А ты приходи, – кратко сказал имам и дал ему адрес. – Там весело, не как в других мечетях. У нас вообще таквакор, мы играем на гитарах в группе, такая служба. Опять думаешь, что старик начинает учить тебя жизни?
– Нет, почему же. Только… я никогда не был в мечети, – написал Фади.
– Понятно. (Вздыхающий смайлик). Мне просто подумалось, что тебе было бы весело послушать исламский рок, я сам когда-то состоял в группе. И мне очень хотелось выступать. А потом так получилось, что я стал имамом, и все заверте…
Фади не верил своим глазам: старый хрыч понимал сленг, которым он говорит с Мохамедом и остальными. Но чтобы прийти в мечеть, разве не надо вытащиться из ненавистной комнаты, принарядиться, сесть на электричку и поехать? Хотя чего ему терять, право слово? Возможно, там весело. Но надо готовиться к экзаменам, опять вспомнил он. Но ему не хочется, всплыла мысль с другой стороны. Мадам Жюльен такая некрасивая женщина с глубокими заломами кожи вокруг рта и блеклыми белыми волосами. Он удивляется, что иностранцы считают француженок красивыми. По его скромному мнению, самые привлекательные девушки арабки и еврейки либо итальянки, они как-то посвежее будут. Но о чем это он задумался? Опять о том, что придется писать скучную байду про Шатобриана и слышать скрипучий старый голос с сентиментальными нотками «Фади, дорогуша»? Черт бы ее побрал, но…
– Да, я приду, если не буду в это время повторять экзамен.
Радостный, хлопающий в ладоши смайлик его встретил сразу же. Следом за ним появился текст:
– Я очень рад. Компания должна быть большая!
Слегка пожав плечами, Фади закрыл инстаграм и открыл Genshin Impact. Страсть к этой игре вошла в поговорку у друзей юноши, которые искренне считали, что в ней сидят только геи и девочки. «Я хочу найти себе девочку», – отмахивался Фади и продолжал ползти, плавать и летать по сказочно красивому миру, так не похожему на пригород, где он жил. Потом, когда его герой должен был сразиться с прыгающим монстром на пути в город мечты с высокими средневековыми башнями, озаренными закатным солнцем, он неожиданно заметил, что отец еще не пришел, и обрадовался. Наверняка решил заночевать у друзей, подумалось ему, ну и хорошо, что даже у такого жалкого человека они имеются. А потом его душу согрела мысль, что скоро он заведет себе новую компанию, к тому же в самом Париже.
Все-таки город замечательно выглядит, вертелось в его голове, пока он гулял по узкой мостовой, время от времени чуть не налетая на пешеходов. Где-то здесь должна быть мечеть, да полно, официальная ли она? Он сверился еще раз с адресом, уткнувшись в какой-то частный особняк квадратной формы, похожий на комод, но с небольшим пластиковым полумесяцем над входом. Внимательно всмотревшись, он прочитал надпись маленькими буквами: «Мечеть Великолепие». Странное название, да и неисламское вообще, где здесь что-то, указывающее на саму архитектуру ислама? Но тем не менее, здание, похожее то ли на офисный центр, то ли на музей современного искусства, холодное, стеклянное, являлось мечетью.
Он позвонил и стал ждать, слушая поскрипывание домофона. Наконец красивый звучный баритон нараспев произнес:
– Добро пожаловать, – и дверь отворилась, запищав.
Таково было первое явление в его жизни того, что позднее начисто сметет и перевернет все прежнее, что он испытывал до этого. Фади тогда был слегка испуган и оглушен путешествием по Парижу, чужому, не понимающему его, и подавлен видом пластиково-стеклянной мечети-комода со скошенным углом. Предчувствие подсказало ему, что он если не на правильном пути, то близко к нему, хотя ему было очень страшно.
Сейчас он сидит в камере и пишет письмо человеку, которого собирался убить, и ждет суда. Его точно не казнят, он знал это, во Франции уже с 80-х годов все тихо и мирно. Он должен будет сидеть в тюрьме и молиться Аллаху всю свою жизнь, надеясь, что после смерти в старости от какой-нибудь тяжелой болезни пожилого возраста отдаст душу Всевеличайшему, и тот примет его как шахида. Все же его смерть не будет напрасной, правда? Фади уже вошел в историю, его имя наверняка упомянуто в Википедии. Он присвистнул и повторил себе еще раз: никакого Аллаха больше нет.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.