Серж Винтеркей – Ревизор: Возвращение в СССР 6 [СИ] (страница 21)
— Ты поосторожней, он хмельной! — предупредил я.
Себе налил небольшой стаканчик, завтра все же с утра в школу.
Галия отнеслась к предупреждению серьёзно, тут же в два раза уменьшила свою порцию. Хмельной квас — это полная неопределённость, эффект зависит от рецепта. Может быть с низким градусом, как у пива, а может валить с ног не хуже водки.
Посидели неплохо. Галие вначале не спалось, она вся кипела от несправедливости, продемонстрированной ее матерью в моем отношении. Но спокойная домашняя атмосфера и чаек сделали свое дело. Мы ее уложили и сели с бабушкой допить чай, да и посплетничать, конечно, как без этого!
— Но ты же понимаешь, что пересуды пойдут, если она вот так у нас будет жить? — тихонько спросила меня бабушка.
— Понимаю, и не волнуйся, мы что-нибудь придумаем! — сказал ей, — кстати, наверное, пора уже и Тузика забирать от мамы. Я уже вообще никакого запаха лака не чувствую, так что и его носу угрозы быть больше не должно!
— Хорошо, завтра схожу и заберу твоего пса! — согласно кивнула бабушка, — только учти, что Аришка будет жутко недовольна. Она уверена, что это ее мягкая живая игрушка.
— Ну, никто не мешает родителям взять себе такого же щенка, — пожал плечами я, — а этот — мой.
Хорошо, что не успели лечь спать, потому как тут же в дверь загремели удары тяжёлым кулаком.
Я открывать не спешил, помня о бандитах, вначале спросил, войдя в сени:
— Кто там?
— Открывайте! — услышал я бас, который невозможно было забыть — у Загита он был характерным.
Открыл дверь. На пороге стоял Загит, а за ним Оксана.
— Галии тут нет? — спросил он, — мы волнуемся, она куда-то на ночь глядя убежала!
— Здесь Галия! — подтвердил я.
— Вот я же тебе говорила, что дочь всякий стыд потеряла! — запричитала Оксана, заламывая руки, — это вот все влияние этого молодого человека!
— Погодите-ка! — услышал я голос Галии за спиной. Повернулся — она стояла за моей спиной, завернувшись в одеяло. Вид при этом имела одновременно и очень милый, и воинственный.
— Паша, иди в дом, а я сейчас тут переговорю! — жестко велела она.
Ну а я что — пошёл в дом. Вреда ей собственные родители не причинят, отец Галию обожает, а мать, максимум, только нервы попортить может своей болтовней. А мне 16 лет, и с юридической точки зрения я вообще никто в их семейных разговорах.
Дверь в сени за мной захлопнула сама же Галия, что меня окончательно успокоило — я хотел оставить ее открытой, чтобы прислушиваться к дискуссии, и вмешаться, если что не так пойдёт. Хотя бы словесную помощь оказать. И Галия наверняка это поняла. Но раз закрыла, значит, полностью уверена, что ситуацию контролирует.
Бабушка была не менее заинтригована, чем я. Прошло несколько минут. Слов мы разобрать не могли, слышали только, что несколько раз разговор переходил на повышенные тона. Мать Галии вскрикивала, батя ее что-то рычал, но на кого — непонятно.
— Сиди! — велела мне бабушка, когда я подорвался, после особенно грозного рыка Загита, — пусть сами ругаются. Она уже взрослая, ничего они ей не сделают. Вот увидишь, сейчас обратно вернется.
В принципе я и сам также думал, но все равно обрадовался, когда спустя минуту дверь хлопнула, и Галия появилась на пороге все в том же одеяле, но с порозовевшими щеками.
— Все в порядке! — сказала она нам с бабушкой и пошла в свою комнату. Без дальнейших деталей, как нам было ни любопытно. Но, когда я пошёл запирать дверь, родителей Галии в сенях уже не было.
— Сильный у нее характер, ты с ней поосторожнее! — сказала мне бабушка тихонько, — нельзя ее обижать, она жестко ответит.
— Да я и не собираюсь ее обижать, — пожал я плечами, — разумные мужики не для того девушку себе ищут, чтобы ее обижать потом. Характер у меня спокойный, не психованный, напраслину я на нее наводить не буду, так с чего ей обижаться?
— Ишь какой умный! — хмыкнула бабушка, — да для такой горячей девки даже твой взгляд на другую красавицу может стать обидой!
— Это мы уже проходили, вроде бы урок усвоен! — заверил я бабушку.
Ну да, посидели два старпера, обсудили методы воспитания правильной молодой жены для одного из них. Тяжело бабушке подобрать аргументы против того, кто лишь чуть меньше ее прожил и жизнь повидал во всем ее разнообразии. И любви, и измен я накушался вдоволь, при том что сам любил, но никогда не изменял.
Встал, несмотря на гостью и то, что поздно лег спать, задолго до Галии — решил, что пусть она как следует выспится, вернусь с зарядки, тогда ее и разбужу.
На зарядке Тимур попросил, чтобы мы сегодня после уроков остались на репетицию. Директор настаивает на том, чтобы заранее посмотреть, что у нас получается.
Директора можно понять, известный всей школе хулиган сам вызвался организовать праздничный концерт. Да еще и на такую важную дату. Мало ли что!.. Надо проконтролировать.
Позвоню из школьной канцелярии на завод Ирине Викторовне, предупрежу, что опоздаю немного. А что делать? Надо брата выручать!
Вернулся с зарядки, ополоснулся, а когда зашел в дом с голым торсом, увидел, что Галия уже за столом сидит с бабушкой. И даже немного засмущалась — впервые меня раздетым увидела. Что-то рано она подскочила!
Накинул рубашку и присоединился к ней и бабушке. За завтраком Галия уже достаточно успокоилась, чтобы поднять с ней вопрос о том, где она будет жить.
— Да я все понимаю! — махнула она рукой, когда бабушка спросила ее об этом, — сегодня же поговорю с подругами, и найду угол, где жить. Есть на примете хороший вариант прямо сейчас, где я вообще придусь ко двору. А Паша мне поможет вещи собрать и перенести. Правда, Паш?
— Конечно, — подтвердил я.
— Папа сегодня дома, значит, я формально не к маме приду, а к нему.
— Так а что вчера было, расскажешь? — спросил я Галию, когда бабушка словно случайно вышла в сени. Ага, случайно — просто решила дать нам несколько минут вдвоем все обсудить. Умная она у меня, все больше ее ценю!
— Да мама какую-то ерунду папе рассказала, словно и не слышала мои слова о том, что, если она не прекратит злословить о тебе, я из дома уйду. Папа вначале и на дыбы встал — что это я в доме у своего парня ночью делаю? А вот когда я разъяснила ситуацию, папа уже маму прижал вместо меня. Так что за вещами можно идти спокойно, папа пообещал, что с мамой воспитательную беседу проведет!
Галия пошла на завод, я в школу. После уроков собрались в актовом зале. Целая толпа мелких одноклассниц Норки Беловой бегала, резвясь, с визгами между рядами.
Вета и Диана были тут же. Тимур сам с собой репетировал на сцене свой доклад, читая по бумажке. Кстати, я его даже не видел. Что он там понаписал, интересно.
Мы со Славкой трудились со своими самодельными маракасами из банок от кофейного напитка. Подбирали ритм.
Когда в зал вошли Игорь Иванович, Кириешка и завуч, все притихли.
Больше всего директора волновал доклад Тимура, с него и начали.
К моему удивлению, доклад был вполне себе неплохой. А уж как директор удивился! Когда Тимур приступил к докладу, у него глаза были очень уж настороженными. А после он искренне порадовался за своего прежде бестолкового ученика.
Затем выступили мы со своим шумовым квартетом. После единственной репетиции получилось так себе, но директор сказал, что своё название «Шумовой квартет» мы вполне оправдали.
Затем пришёл черёд мелких девчонок и Веты. Она стояла сзади и руководила всем процессом, отдавая команды, чтобы обеспечить синхронность.
Заиграла мелодия «Катюши», малые начали движение, а Норка запела:
Господи! Что это она поёт⁈
— продолжала Норка.
Отряд малолеток отработал свою часть представления великолепно. Надо отдать должное Ветке, из неё получится неплохой педагог, вон как выдрессировала детей. Мы с парнями аплодировали стоя. Встал и директор.
— Нда, слова песни очень оригинальные. — проговорил он. — Но не лучше ли придерживаться классического варианта? — спросил он, обращаясь к коллегам.