Серж Винтеркей – Ревизор: возвращение в СССР 34 (страница 2)
– Привет! Видел новою красотку Альфредо? – протянул он мне руку.
– Как же, как же!.. Только что мимо прошли, – ответил я. – Небось, у лифта их ещё догонишь.
– Слушай, у меня дурное предчувствие! – признался Мартин. – Она ему улыбается, в глаза заглядывает, а на меня смотрит, как на пустое место, даже здоровается со мной только при нём. Вот, один в один, как его Инга последняя! Честное слово! Я не преувеличиваю.
– Тьфу, тьфу, тьфу, – сплюнул я через левое плечо. – Если я ещё раз приведу к сестре мнимую беременную, которая начнёт ей деньги предлагать, меня никакие подарки не спасут! Придётся в этот раз Альфредо жениться.
Мы рассмеялись с Мартином, и он направился к себе, а я поехал на часовой завод.
***
Диана решила развлечь детей и вышла с ними во двор. Качели были только одни, и она уговорила Дамира уступить их сестре.
– Не расстраивайся, ты же мужчина, – начала она успокаивать его, видя, что он растерянно оглядывается по сторонам. – Хочешь, мы с тобой сколотим для птичек домик? – предложила Диана.
Мальчишка тут же охотно согласился и Диана, взяв его за руку, пошла к работнику Эль Хажжей, который приглядывал за домом. Она попросила у него инструменты, гвоздей и каких-нибудь дощечек.
Они провозились несколько часов, выпиливая, выстругивая и подгоняя дощечки друг к другу. И маленькая Дана забыла про качели, и садовник про свои дела. Потом ещё Фирдаус к ним присоединился. А чуть позже Жазира пошла посмотреть, куда пропали дети, и тоже зависла, наблюдая за работой Дианы.
Наконец, её устроило то, что у неё получилось. Это не был классический скворечник, сколько и каких дощечек у садовника нашлось, тем и пришлось довольствоваться. Но дети были в восторге. Да и взрослые удивлённо покачивали головой.
– Ты не перестаёшь меня удивлять, – заметил, глядя на Диану, Тарек за обедом. – Где ты научилась так с деревом работать?
– На уроках труда в нашей школе, – улыбнулась она. – Мне было скучно шить и готовить с девчонками. Я ходила с братом в школьную мастерскую. Я даже на токарном станке точить умею.
– Во у меня жена даёт! – с гордостью сказал Фирдаус, слабо представлявший, на самом деле, как выглядит токарный станок и с какой стороны к нему подходить, но при этом невероятно довольный женой.
***
В бане народ разбирал рыбу, что Ригалёв по нашим заказам привёз. Получил свою часть и сразу отнёс в машину, чтобы не забыть. Собрание началось немного позднее из-за этого, но никто не нервничал, все были расслаблены и довольны. Я бы тоже так хотел, но денек сегодня выдался не сахар.
Первым взял слово Захаров, похвастался, что его предложение по комбинатам школьного питания одобрено межведомственной комиссией и Гришин дал указание приступить к разработке этой программы.
– Так что, идея хорошая и все это признали, – с довольным видом взглянул он на меня.
– Осталось воплотить её в жизнь, и на этом пути возможны проблемы. – предупредил я. – Сейчас такое сопротивление начнётся! Это ж сколько народу кормушек своих лишатся? Раньше домой сумки по пятнадцать кило каждый вечер таскали, а теперь придется жить на зарплату на новой работе…
– Ничего, продавим, – уверенно ответил он.
– Просто может начаться партизанская война, саботаж, – возразил я Захарову. – Тут надо стратегически и тактически к вопросу подходить. И разъяснительную работу среди родителей по будущим нововведениям заранее начинать. А то повара сейчас начнут им внушать, что их дети от этого всего только пострадают, голодными ходить будут.
– Вот ты этим и займись, – серьёзно посмотрел он на меня. – Напиши статью, распиши пользу… А мы устроим чтения и обсуждения твоей статьи на родительских собраниях в московских школах и детсадах.
– Сделаю. Но мне тогда с программой надо ознакомиться, – кивнул я, соглашаясь.
– Не проблема, – тут же согласился Захаров. – Как что-то будет готово, сразу подключишься.
Я еще раз кивнул, а он, осмотрев собравшихся за столом, продолжил:
– У нас хороший опыт получился на нашей автобазе с доставкой сборных грузов. Можно сейчас включить нашу автобазу в эту новую программу. Будут развозить готовое питание по объектам. Как считаете, это нам на пользу пойдёт?
– Это расширение автопарка, – прикинул я. – Первоочередное снабжение всем необходимым… Так же?
– Ну, естественно, это же дети! – поддержал меня Захаров.
– Мы уже строим новую ремстанцию на территории нашей автобазы, – продолжил я. – Специально закладывали увеличенные мощности… Думаю, идея с развозом детского питания нашим транспортом очень даже хороша. Это позволит нам в перспективе шире развернуться.
– Все согласны? – окинул нас взглядом Захаров. Возражений не последовало. – У тебя есть ещё что-то по твоим объектам? – взглянул он на меня.
– Только вопрос замены оборудования на камволке, больше ничего. Они подали заявку на новую линию взамен выбывшей из строя…
– Да-да, я помню. Держу на контроле, – ответил Захаров с деловым видом, и я кивнул, дав понять, что у меня больше нет вопросов.
Остальные отчитались о своих объектах. Проблем глобальных ни у кого не было. Бортко доложил, что на меховой фабрике открылся розничный магазин… Когда всё налажено, тикает как часики, это успокаивает и притупляет бдительность.
– Товарищи, – поднял я руку, как в школе, – можно ещё пару слов? Я тут решил после некоторых событий провести аудит на одном из своих объектов на предмет утаивания части доходов… Короче, есть проблема, товарищи. Бухгалтера я сам натаскивал, у него в бумагах все чисто, там ничего не выявить. Если и идут какие-то махинации за нашими спинами со стороны руководства, то это можно обнаружить, только схватив за руку. С этим я ничего сделать не смогу, не мой профиль…
Я развёл руками.
– А что, есть какие-то конкретные подозрения? – возбудился сразу Мещеряков.
– Нет. – ответил я. – Узнал вот, что группировку Володина на перешедшем к нам предприятии обворовывали минимум на треть, и забеспокоился, чтобы у нас такого не было.
Тут, конечно, начались многочисленные вопросы. Как и что там у Володина было? Все рассказал. На все вопросы ответил. Затем продолжил в тишине, слишком уж все были задумчивы, ознакомившись с такой вот перспективой…
– Да, я в профилактических целях просто затеял проверку, чтобы не расслаблялись. Но вот что я понял, товарищи. Пока наши подопечные не спалятся на сбыте той части продукции, что от нас утаили, мы не узнаем о том, что они вообще приворовывали. И тут главный вопрос, кто их спалит? Мы сами или компетентные органы?
Лёгкий ропот пронёсся за нашим большим столом. Сел на своё место, мол, я закончил. Дал вам пищу для размышления, думайте…
– Подожди, – удивлённо посмотрел на меня Бортко. – А что ты предлагаешь?
– Давайте обсуждать, – ответил я. – Но учтите, что бы мы ни предприняли, это будет достаточно затратно. Дороже, чем обходятся обычные профилактические меры. Это же надо или внедрять кого-то на объекты. Или выборочно тотальный контроль объектов устраивать. При этом у нас пока реальных подозрений и нет, только опасения. А реальные подозрения могут появиться только в случае значительного уменьшения доходов или отсутствия расчётного роста доходов. А люди же тоже не дураки и допускать ничего подобного не будут. Будут грамотно приворовывать, и никто этого не заметит ни по каким цифрам… Сам их, блин, этому научил! А учу я хорошо…
– Так. Ну хорошо. Контролировать затратно, – переглянулся с Захаровым Бортко. – Но совсем не контролировать слишком рискованно?
– Согласен, – кивнул Захаров, задумчиво глядя на меня. – Юрич, твои предложения?
– Надо подумать… Говорите, за руку схватить можно только на сбыте? Трудно и маловероятно… Без наводки мы за такие дела не брались.
– И что же делать? – обеспокоенно спросил Сатчан. – Ждать, пока левак где-то случайно всплывёт и на нас выведет?
– Тут ещё знаете, какой момент может быть, – задумчиво проговорил я. – Что они свой левак будут через розничные магазины гнать, что мы открываем сейчас при предприятиях.
– Ну, это уже не так страшно, – успокоился Сатчан.
– Не скажи, – возразил ему Ригалёв. – Любое воровство надо пресекать.
– Согласен, – поддержал его Бортко. – А то почувствуют свободу, безнаказанность, а к чему это приводит, мы, вон, уже видели. Главному инженеру затрапезной фабрички и первый секретарь райкома не указ!
– Подумай, Паша, – посмотрел на меня Захаров. – Что тут можно сделать?
– Без дополнительных затрат ничего, – покачал я головой. – А так, есть варианты. Можно, к примеру, считать весь материал, проходящий через проходную. Сверять затраты материала на выпуск, остатки материала… Тут суть в том, что фактическое поступление надо фиксировать. То есть охрана на воротах своя должна быть.
– Ну вот! Уже какая-то конкретика, – воскликнул Мещеряков. – Посчитать фактически проходящий через проходную материал. Это запросто. И не так и дорого.
– И, кстати, если делать это открыто, – добавил Захаров. – Вот вам и дисциплинирующий фактор. Кто из них знает, что мы там потом с этими цифрами делаем?..
– Главное туману побольше напустить, – рассмеялся Бортко.
– Вот, я всегда говорю, что безвыходных положений не бывает! – воскликнул Нечаев.
Похоже, товарищ здорово струхнул, – подумал я, еле сдерживая улыбку. Рабочая часть совещания на этом закончилась и сразу несколько рук потянулось к бутылкам.