Серж Винтеркей – Ревизор: возвращение в СССР 2 (страница 6)

– Второй дом справа сразу за мостом, – подсказала Света.

– О, так ты Либкиндов соседка, – воскликнул я. Света неопределённо пожала плечами.

– Они же у нас на улице живут, – подсказал мне Славка.

– Дядька Эммы с семьёй живёт там, за мостом, – объяснил я. – Короче, неважно. Мы придём к этому времени.

Ты будь, пожалуйста, дома, – обратился я к Свете. – Подтвердишь, что мы твои одноклассники и ты хочешь идти с нами в поход. А то, представляете, пришли такие два парня: короче, батя, мы дочь твою завтра в поход ведём с ночёвкой. Ты не против? Где она?

Все рассмеялись.

– А что, девчонки, все завтра в поход идут? – спросил я, надеясь на чудо, что кто-то из них откажется. Палатка же не резиновая.

– Все, – ответила за всех довольная Юлька. – У меня мать уже пироги, наверное, поставила.

– О, пирожки. Поедим! – воскликнул Славка. – Это я люблю.

– И я люблю, – поспешил вставить я свой пятачок. – Ваши пирожки – это что-то с чем-то, – сказал я мечтательно.

– Тогда я колбасы шоколадной накручу сегодня, – пообещала Ветка.

– Ха. Раз пошла такая пьянка, – сказал Тимур, – тогда я ещё одно плодово-выгодное возьму.

Все сразу притихли. Я вспомнил, что плодово-ягодное вино так в народе называли. Также всплыли слова Мишки Кузнецова о том, что Полянский опять в поход алкоголя наберёт. Мне совсем не хотелось всю ночь в зимнем лесу нянчиться с упившимися, блюющими малолетками.

– Какая крепость у этой бормотухи? Больше десяти градусов? – спросил я Тимура.

– Больше пятнадцати, – гордо поправил он меня.

– Кто будет пить плодово-ягодное? – спросил я. Все промолчали в ответ.

– Это ваше плодово-ягодное такая гадость, – сказала, морщась, Света.

– Ну хорошо, – обрадовался я такому повороту. – А что ты будешь пить?

– Ну, пива бы немножко выпила, – честно ответила она.

– Сколько? – уточнил я. – Бутылку, две?

– Куда столько? Полбутылки хватит.

– Осторожничаешь, – подмигнул я ей. – Не доверяешь нам?

– Я ещё с ума не сошла вам доверять, – дерзко заявила она.

– И это правильно, – смеясь, ответил я ей. – Кто ещё что будет пить?

– Я тоже не хочу чернила пить. – сказал Славка. – Насчёт пивка, Светка, хорошая мысль.

– Я тоже буду пиво, – высказалась Диана.

– Тимур, возьми лучше, девчонкам бутылочку пива на двоих вместо ещё одной бормотухи.

– Я ничего не буду пить, – заявила вдруг Юлька.

– Даже пивка стаканчик? – удивился я.

Юлька молча поджала губы. Я взглянул на Ветку, она тоже смотрела на всех нас с осуждением.

– Ну, девчонки, так дело не пойдёт, – сказал я. – Вы же не будете всю жизнь трезвость блюсти. Всё равно рано или поздно выпить придётся. На Новый год, на свидании или просто снять усталость или стресс. К алкоголю, как к ядам, малыми дозами приучаться надо. А то с непривычки в самый неподходящий момент с одного бокала шампанского развезёт и опозоритесь.

– Я вообще никогда пить не буду, – окрысилась на меня Юлька.

– Тяжело тебе будет, – ответил ей я. – Но иногда это на пользу.

Полянский оживился.

– Вот! – воскликнул он. – Слушайте, что вам умный человек говорит.

Ничего себе, когда это я тут умным стал? Да ещё и по мнению Полянского. Но, не желая спорить с малолетками на щекотливую алкогольную тему, я перевёл разговор на экипировку.

– Народ, – обратился я громко к классу. – Есть у кого спальник лишний? А лучше два. Очень надо.

– Павел, подойди, – позвал меня Аркадий.

Он подвёл меня к старому огромному сундуку, стоявшему за стойками с мишенями.

– Бери, но верни в целости и сохранности, – сказал он, открывая сундук.

В сундуке оказались стратегические запасы Аркадия. Брезентовые мешки с палатками, ещё что-то. Я растерянно рассматривал это «богатство», пытаясь определить, что же из этого есть спальник.

Я приподнял верхнюю палатку в потрёпанном мешке, намереваясь заглянуть под неё, может там лежит то, что мне нужно.

– Этот не бери, он внутри уже не очень чистый, – сказал Аркадий.

Я не сразу понял его. Когда же до меня дошло, что то, что я держу в руках и есть спальник, то я, мягко говоря, растерялся. ЭТО весило килограмм восемь и размером было с двухместную палатку. Блин, я и забыл, как все это было неразвито в старину.

– Слав! – позвал я, призывая друга на помощь. – Помоги выбрать спальник Эмке и мне.

Славка по-хозяйски начал вытаскивать мешки из сундука. Выбрав самый новый на вид, он развязал его и вытащил на свет ватный спальник в брезентовом чехле. Он был полосатый бело-красный, выглядел как тонкий матрас. Славка осмотрел его и внутри, и снаружи, убедился, что спальник везде чистый, проверил все пуговицы и завязки, свернул его и упаковал обратно в мешок.

– Отличный спальник, – радостно сказал он, не выпуская его из рук, – Эмме подойдет.

– А мне какой взять? – ошарашенно спросил я, представляя, как буду это ватное безобразие тащить на спине пятнадцать километров. Да еще на лыжах.

Славка выудил из недр сундука ещё один мешок вполне приличного вида и вытащил из него такой же спальник. Он также тщательно проверил его, свернул, засунул обратно в мешок и вручил мне.

Я взвесил спальник в руке.

– Мать моя женщина. Сколько же он весит? – простонал я. – И какой для него нужен рюкзак?

– Обычный абалак, – подсказал Аркадий, – под клапан притянешь и нормально будет.

– У тебя есть абалак? – спросил я Славку.

– Есть, конечно.

– А у меня? – спросил я растерянно.

– Кончай дурака валять, – одёрнул меня Славка, покосившись на Аркадия. – В майский поход ты с чем ходил?

– Значит, есть, – сделал вывод я. – А у Эммы?

– Вот про Эмму не скажу, – занервничал Славка. – Не знаю. Аркадий Наумович, может, у вас есть рюкзак какой-нибудь?

– Не какой-нибудь, – ответил Аркадий, гордо доставая с другого конца своего бездонного сундука крепенький брезентовый рюкзак и передавая его Славке.

– О, спасибо, – воскликнул он, счастливо прижимая рюкзак к груди одной рукой и держа чудовищный ватный спальник в другой руке.

Я мысленно усмехнулся: как мало надо человеку для счастья.

Прозвенел звонок, и мы со своими трофеями потащились на географию.

– Слушай, а что, Юлька с Веткой реально совсем не пьют? – спросил я Славку, когда мы поднимались по лестнице на второй этаж.

– Да всё они пьют, – ответил, усмехнувшись, Славка. – Только опасаются, что мы набухаемся и куролесить начнём.

– А что, были прецеденты?