Серж Нонте – Канада. Полная история страны (страница 24)
Итак, в 1763 году в Париже был подписан мирный договор, и одним из его условий стала культурная и языковая автономия Квебека – бывшей провинции Франции. В соответствии с Парижским мирным договором Канада отошла под юрисдикцию Великобритании, и согласно Королевской прокламации от 7 октября 1763 года в провинции Квебек создали гражданское правительство. В соответствии с этой прокламацией устанавливалось, что впредь до созыва Законодательного собрания все лица, проживающие на территории колонии, находятся под защитой британской короны и ее законов. Это фактически обозначало введение английского правопорядка на территории Канады. Соответственно, в Квебеке после 1763 года установилось британское право.
Следует отметить, что еще в 1759 году генерал Джеймс Мюррей обращался к населению Квебека с такими словами: «Откройте глаза, канадцы, это в ваших собственных интересах, присоединяйтесь к нашим свободным, честным и процветающим людям. А если не захотите внять этому совету, то вас ждет незавидная судьба». Этот распространенный в XVIII веке принцип «горе побежденным» означал, что у населения Канады нет другого выбора, кроме как подчиниться завоевателям. А те, в свою очередь, не хотели видеть французов в своих владениях. Значит, жителям Квебека следовало либо стать британцами, либо ожидать «незавидной судьбы».
И вот теперь, стремясь интегрировать новую колонию в систему уже имевшихся владений, Лондон взял курс на ассимиляцию французов. С этой целью для британских мигрантов установили льготные условия по приобретению земли. Повсюду устанавливалось британское законодательство, католиков исключали из политической и правовой жизни. Содержание Прокламации 1763 года свидетельствовало о намерении британского правительства «англизировать» 80 000 жителей Французской Канады: Новая Франция переименовывалась в Квебек, а его территория значительно уменьшилась. А город Квебек стал называться на английский манер Квебек-сити. Район Великих озер, Лабрадор, остров Сен-Жан, названный так первопоселенцами-французами и переименованный в остров Принца Эдуарда, в Квебек не вошли. Из Новой Шотландии выделялась новая колония Нью-Брансуик, а жителям колонии (при наличии у них желания) предлагалось переселиться в Старый Свет. Компенсацию издержек, связанных с переездом, Англия брала на себя. Оставшимся гарантировалось уважительное отношение к собственности, религии, обычаям, а также создание выборной ассамблеи по американскому образцу. Для канадцев это был новый, непонятный и ненужный институт, на тот момент отсутствовавший даже в их бывшей метрополии. Официальным языком объявили английский, и, соответственно, судопроизводство и вся административная деятельность должны были осуществляться на английском языке. Формально местное население имело свободу вероисповедания, однако католики лишались многих прав и уж точно не могли занимать общественные должности. Офицеры и солдаты британской армии получили на территории колонии крупные земельные пожалования.
Одним словом, Прокламация 1763 года имела ярко выраженный курс на «англизацию».
Произошедшее имело немного аналогов в британской истории. Впервые после окончания Столетней войны английская корона распространила власть над столь обширным массивом французского населения.
Для обозначения территорий, ранее входивших в состав Новой Франции, Новой Шотландии, Нью-Брансуика, Острова Принца Эдуарда, Лабрадора и Ньюфаундленда, стал применяться термин Британская Северная Америка (
Понятно, что для Лондона приобретенный «трофей» оказался настоящей
Для поиска северо-западного прохода в Азию направились экспедиции сначала Джеймса Кука, затем Джорджа Ванкувера. Капитан Ванкувер установил контакты с русскими первопроходцами с Аляски. Итогом деятельности экспедиций стало основание англичанами новой колонии на Тихоокеанском побережье – Британской Колумбии (ее так назвала лично королева Виктория, чтобы отличать ее от округа Колумбия в Соединенных Штатах).
Однако удачный на первый взгляд проект «англизации» бывшей французской колонии, а по сути – приобретение столь чужеродного в социальном и культурном отношении владения – все это поставило перед британским правительством проблему военного и административного контроля. Параллельно нарастал конфликт между метрополией и 13 североамериканскими колониями. Парламент Великобритании в качестве предупредительной меры, направленной на отсечение от «мятежа» новых подданных и их интеграцию в Британскую империю, принял в 1774 году «Акт о лучшем управлении Квебеком». При этом нецелесообразность и даже «вред» ассимиляторской политики осознавался первым английским губернатором Квебека Джеймсом Мюрреем, который в области законодательства посчитал необходимым отойти от правительственных инструкций. Пренебрегая ими и не проявляя рвения в насаждении британских порядков, он не созывал Законодательное собрание, разрешал католикам занимать официальные посты, допускал использование французских законов в судах при рассмотрении гражданских дел, не вмешивался в систему феодального землевладения.
Естественно, политика Мюррея вызвала острое недовольство среди обосновавшегося в Канаде английского купечества. В результате без всякого обвинения он был снят с поста управляющего Квебеком в апреле 1767 года, и исполняющим обязанности губернатора Квебека стал другой офицер североамериканского фронта Семилетней войны, генерал Гай Карлтон. Британские коммерсанты с оптимизмом отнеслись к выдвижению этого молодого амбициозного человека, известного весьма напряженными отношениями с Джеймсом Мюрреем. Они надеялись, что личные мотивы не позволят ему проводить прежний курс, и первоначально эти ожидания оправдывались.
Проведя инспекцию военных сооружений провинции, Гай Карлтон пришел к выводу, что из всех укреплений лишь стены Квебека могут считаться более или менее надежным укрытием для английского гарнизона. Но и они были не способны «защитить 627 королевских солдат от более чем 80 тысяч новых подданных». Считая восстание возможным, особенно в случае войны с Францией, генерал запросил у Лондона средства на постройку цитадели внутри крепости Квебека. Единственный способ сохранить Канаду под властью короля Георга III Карлтон видел в установлении «самых дружественных отношений» с квебекскими феодалами, которые имели огромное влияние на «своих людей». Например, он предложил принять на британскую службу с полным жалованьем бывших французских офицеров из числа канадцев, для чего был составлен и отправлен правительству их подробный поименный список с указанием званий.
Письма Карлтона, несомненно, привлекли внимание Лондона к Квебекской проблеме, и в сентябре 1768 года в рамках королевского Тайного совета была создана Тайная комиссия по изучению ситуации в колонии, которая проработала до июля 1769 года. Ее участники дали разгромную оценку проводившейся ранее политике.
Соответственно, в 1774 году приняли так называемый Квебекский акт, легитимировавший фактически проводимый политический курс. Он восстановил французское гражданское право и подтвердил действие сеньориальной системы землевладения. Католическая церковь была восстановлена в праве на сбор десятины, а католикам, при условии принесения ими присяги, сформулированной в достаточно умеренных выражениях, разрешили занимать общественные должности.
Безусловно, самым сложным тут стал религиозный вопрос, так как «свобода вероисповедания» в той степени, в которой позволяли законы Великобритании, была для католиков не чем иным, как полным лишением гражданских прав. Сохранение этой формулировки перечеркнуло бы все усилия правительства по налаживанию взаимодействия между канадскими дворянами-католиками и колониальной администрацией. В результате было разрешено свободное исповедание католической религии, а церкви даровали ее «традиционные права».
Также жителям Квебека разрешили свободное пользование французским языком. Акт 1774 года определил новые границы провинции Квебек, включив в нее значительную часть бассейна Огайо. Тем самым ставилась преграда продвижению на запад 13 североамериканских колоний. Наконец, британские власти обязались уважать интересы индейских племен. Чего раньше никогда не случалось.
По сути, Квебекский акт 1774 года положил конец прямолинейной «англизации». И его своевременность и целесообразность стали очевидны в период Войны за независимость 13 североамериканских колоний Англии (1775–1783). Канада не поддержала США. И это было крайне важно, так как по мере того, как становилось очевидно, что война закончится неудачно и 13 мятежных колоний добьются желанной независимости, ситуация в Канаде приобретала особое значение. Малоизвестная прежде колония теперь осталась единственным форпостом Лондона в Северной Америке. Более того, в этой ситуации, Канада стала настоящей крепостью Британской империи на континенте.