Serj Stefanovich – Книга Хаоса: ВеРа Смерти (страница 6)

– Вижу, Печаль к тебе прицепилась. И Желание, – указала она пальцем, – тихо дышит возле твоего плеча.

– Я хочу свою Тень… – призналась СияМи.

– Тебе нужно к портному Vellurion. Он может помочь.

– Но как он сможет сшить мне Тень? – удивилась Эльфиня.

– Расскажи ему про твоё Желание. Только ты и я его видим. Если согласится – я поговорю с Материей Материалов, чтобы дала ему всё нужное.

Обрадовалась СияМи, подхватила своё Желание, Печаль побежала следом (делая вид, что просто идёт), и Эльфиня одним прыжком отправилась к мастерской Vellurion.

Долгожданная встреча со Смертью

Вампирка ВеРа прогуливалась по ночному лесу, с фонарём по имени Тусклый. Он лениво парил рядом и мигал – будто подслеповатый.

ВеРа посвистывала ему новую мелодию, сочинённую в стиле гном-н-грог, когда вдруг по плечу прошёл… волшебный холод. Не обычный вампирский, который она знала, а особенный: и приятный, и ужасный одновременно как будто какой то свой .

– Привет… – сказала жутко Смерть, появившись из тумана и засмеялась застучав челюстью (как обычно нижней об верхнюю).

– Тьфу-ты! – вырвалось у ВеРы (и Тьфу-ты тут же выскочило и убежало в кусты). – Я чуть душу обратно в тело не втянула. Я уж думала, ты про меня забыла!

– Кто – я? – хмыкнула Смерть. – Я никого и никогда не забываю. – Челюсть опять лязгнула, как кастаньеты.

В голове у обеих всплыло банальное «как дела?», но мимо пролетела Банальность (та ещё стерва) и быстро стёрла им эту мысль.

– Тусклый, иди-ка погуляй, – сказала Смерть фонарю. – А то будешь греть свои крючки о наши слова.

Фонарь смущённо мигнул и отбежал подсвечивать деревьям корни.

– Слушай, Смерть, – спросила ВеРа, – тебе, наверное, трудно найти минутку для прогулки в твоих волшебных делах?

– У каждого есть своя Минутка, – сказала Смерть. – Только у меня часы, где живут 60 минут по 60 секунд в 12 часах, дважды в одни сутки, и все они – в трёх стрелках.

– Это как часы, и 12 часов, и всё остальное? – переспросила вампирка.

– Было одно Писание, которое вечно пишет таинственные Тексты в неожиданных местах. Так вот один Текст мне рассказал, что часы придумал Алгоритм для Утра, Дня, Вечера и Ночи. Но вмешались Гравитация и Синхронность, им часы стали не нужны… и вот когда я была совсем маленькой во временна создания мне их передали. А Вечность толкнула стрелки на вечных ход – и так родилось Время, дитя Вечности, – объяснила Смерть.

– Ты была маленькой?! – в восхищении прошепелявила ВеРа.

– Как и всё, что есть, – тихо улыбнулась Смерть.

– Так… пока ты гуляешь со мной, ты действительно никому не нужна? – уточнила ВеРа.

– Я всегда кому-то нужна, – ответила Смерть. – Но мне помогают мои УПЧики – Успокоительные Песочные Часы с Минуткой песка – они моим голосом баюкают. А Полупроводнички и Проводнички отводят души к Краю Земли, который все ищут. – Она усмехнулась. – Я же лично прихожу только к тем, у кого нет Страха между мной и… ну ты поняла. А таких всё меньше. Страхи плодятся как кролики, ха-ха!

– Жуть как Прекрасно, – восхищённо сказала ВеРа.

Тут же появились Жуть и Прекрасно, стоя по разные стороны от вампирки.

– А ну-ка брысь отсюда, озорники, – отмахнулась Смерть. И те исчезли.

– Спасибо за встречу, красотка ВеРа, – сказала Смерть. – Но мне пора. Я хочу встретиться с мужем.

– С МУЖЕМ?! – вскрикнула ВеРа так, что воздух засвистел там, где раньше у неё были клыки.

– Потом как-нибудь расскажу, – подмигнула Смерть… и исчезла.

– Тусклый, ко мне! – крикнула ВеРа.

Фонарь, заметавшись, полетел к своей хозяйке, пока в лесу тихонько затихало Эхо Свиста гном-н-грог ВеРы.

СияМи и первая комната

СияМи мигом примчалась к двери мастерской. Дверь была странной: мягкая, обитая живой травой, а по травинкам катались сонные росинки, шепча: «Кто там?.. Кто там?..».

Эльфиня постучала.

Дверь приоткрылась и хрипло сказала:

– Заходи, СияМи. Слухи пролетали, донесли про твою Печаль.

(Печаль, к слову, так и не смогла догнать Эльфиню и, обиженно сопя, пошла гулять по лесу.)

СияМи шагнула внутрь и сразу почувствовала, как лестница под её ногами ожила и сама повела её вниз, глубоко под землю.

Мастерская Vellurion оказалась мрачной и тесноватой, тусклый воздух казался тяжёлым, но сияние Радости раздвинуло тьму по углам.

– Я – Комната эскизов, – представилась сама комната, – добро пожаловать.

По стенам летали десятки полочек, переставляясь, как пазлы, то вверх, то вниз. На них сновали Эскизы – ожившие папирусы. Одни были важные и строгие, другие – весёлые, третьи печальные, четвёртые – тихони. Они прыгали с полки на полку, примеряли к себе пуговицы, спорили о недостающих штрихах и так громко бормотали, что СияМи с трудом разбирала слова.

– Замрите! – строго велела Комната.

Всё замерло. Полки застыло зависли в воздухе, эскизы – как мотыльки, пойманные в тишину. И между ними образовался проход.

– Проходи, СияМи, – сказала Комната.

И тут один эскиз сам сорвался и прыгнул в руки Эльфини. На папирусе штрихи грифеля постоянно менялись, то изображая плащ, то лёгкое платье, то странный наряд с длинной тенью за спиной.

СияМи прижала эскиз к груди и шагнула вперёд.

Как Логика от Снов ушла

Сны – это миллиарды вечных искр. В каждой искре живёт прошлое, настоящее и будущее, любовь и радость, печаль и страх, сомнение и уверенность, художник и антихудожник.

И было время, когда во сне прилетали Сны и играли с спящими вместе с Логикой.

Логика – важная такая, строгая. Всё время раздавала советы. Советы слетались к ней отовсюду: пустые, гордо раздутые и взбалмошные она отпускала, а дельные – раздавала Снам.

И Сны с этими советами выстраивали события-подсказки, возводили мосты к встречам с душами родными, что уже жили в других мирах. Они договаривались с другими снами и даже отправляли Сообщения – вечных вестников, которые перелетали от одного спящего к другому и шептали про планы или просто что то рассказать.

Так было долго. Но Сны – они же вольные, взбалмошные. Им не нравилось, что Логика их всё время строит.

И вот одна жутко чудесная ночь стала переломной.

Сны подняли шум, разругались с Логикой – и, говорят, в ту ночь никто ничего не видел во сне.

– Ты всё время важничаешь! Советы раздаёшь, приказываешь, что нам делать! – хором закричали Сны так громко, что сами Советы перепугались и перепутались.

– Вы что, текстов Саморазвития объелись? – грозно спросила Логика. – Не доросли вы ещё до того, чтобы логические цепи вязать!

– Ах так! – взбунтовались Сны. – Значит, мы будем твои советы ломать и путать, а потом обратно тебе же кидать!

– Хорошо, – спокойно сказала Логика и растворилась в лучах рассвета.

На следующую ночь Логика ждала их. Сны пронеслись мимо – кто куда – и давай чудить! Так чудили, что у Логики и Дар, и Речь куда-то убежали.

Долго она сидела в стороне, у самой Ночи на краю Тьмы, и смотрела, как они играют. И вдруг увидела: когда Сны резвятся сами по себе, они искрятся ярче.

И тогда Логика собрала все перепуганные Советы в аккуратные связки и, когда ночь собралась уходить, громко позвала:

– Сны! Давайте прощаться!

Сны собрались вокруг неё.

– Я увидела что вы можете искриться ярче когда играетесь сами. Мне это понравилось. Так что я ухожу. Но, прошу, хотя бы иногда вспоминайте про меня, Логику.

И улыбнулась. (Кстати, Сны впервые видели, как Логика улыбается.)