Сергий Бриз – Страницы принесённые ветром (страница 2)

– Конечно, – улыбался Николай, – это, только, кажется, что все суетятся без нужды, а на самом деле тут свой прядок. Вон видишь, для каждого сырья своё место отведено, ведь отходы, это не грязь. Вот у меня, на пример в кузове были обрезки кожи. Они маленькие кусочки из них ничего не сошьёшь. Тут одна команда их подбирала с разрешения старшего, так они из кусочков ремни кожаные делали.

– Как это? – удивилась Маша, продолжая фотографировать

– Так, – объяснял Николай, – кусочки кожи маленькие, ну, где-то два сантиметра на семь или восемь, ну это тоже отходы от заготовок. Так вот, ребята эти штамп сделали из металла, вырубка форма восьмёрки с дырками и потом деталь вырубленную станком складывали пополам и в неё вдевали следующую, и опять складывали. В итоге ремень поясной дамский получается. Ну, конечно там пряжку присобачат, клеймо шлёпнут. Затраты не такие большие, как при покупке хорошего сырья.

– Я видела такие ремни на рынке, только на сумочках, – поддерживала разговор Маша.

– И на сумочках тоже они делают. Мастера. Там вон дальше, видишь, начинается зона других отходов, – объяснял Николай, войдя в раж рассказчика, чувствуя себя на свалке, как у себя дома. – Вон горы кофе настоящего, там дальше стекло, колбы разные деформированные бракованные, телевизоры и техника.

К машине подошёл Дядька приёмщик. Николай толкнул в бок Машу локтём, и она положила фотокамеру между ног, одетых в джинсы, накрыла кофтой и быстро расстегнула до пупка свою джинсовую рубашку, так, что видны были края полушарий её груди без лифчика. Дядька обратился к Николаю, хитро прищурив свой глаз:

– Колян, это не зал заседания, разгрузился и до свидания.

– Да, сейчас отъеду Петрович, – без тени смущения ответил Николай. – Я минут на десять туда вон подъеду, с другой стороны, где кофе насыпан. Подружка никогда не видала столько кофе.

Дядька встал на подножку кабины грузовой машины Николая и посмотрел на Машу, на откровенный расстегнутый вид её рубашки с соблазнительной картиной полушарий груди и сказал:

– Суду всё ясно Колян, покажи ей просторы нашей страны на свалке, – и, ухмыльнувшись сально, закончил: – Миньет не балет кончил и привет. Езжай Колян, там пахнет кофеином, балдеть будешь.

Маша покраснела, а Николай специально задиристо и громко рассмеялся, включил зажигание и порулил к горе кофе, которая возвышалась на краю свалки в стороне от всех отходов.

Николай машину поставил к Дядьке боком, своей стороной и сказал Маше:

– Ты не обижайся, Петрович мужик нормальный. Он просто приколист, знает, что иногда тут подрабатывают девчонки, а им всё равно где обслуживать клиента, вот он так откровенно и сказал, наверное, подумал, что я тебя, ну, то есть мы с тобой …

Маша ответила:

– Ладно, проехали, – и начала фотографировать горы мусора твёрдых отходов.

Николай переехал на машине к началу свалки, где стопками стояла прессованная бумага и картон. Двое пацанов, в той же одежде, что и Дядька разгребали бумажные кучи каких-то архивов.

Цепкий взгляд девушки уловил перфорированный листок бумаги, вырванный из тетрадки без линий и клеточек, на котором присутствовала какая-то яркая картинка. Маша спросила Николая в таком же жаргоне, как к нему обращался Дядька:

– Колян, можно мне листок подобрать, вот там лежит ветром притащило из кучи? Мне экземпляр будет полезен к зачёту. Я его стерилизую, в целлофан упакую и в диплом вложу.

Что его стерилизовать? Это видно только привезли с предприятия. Погода сухая. Это бумага. Ну, конечно с неё кушать не будешь, но если трогать руками, думаю, ничем не заболеешь. Открой вон бардачок, надень резиновые перчатки. Ты такая нежная. Мало ли что?

Маша открыла бардачок на панели в кабине, надела перчатки и, открыв дверь кабины, спрыгнула на землю в бумажный ворох листков. Мальчишки приветствовали Николая взмахом рук. Николай вышел из кабины, подошёл к ребятам, поздоровался. Перебросился шутливо с ними словами.

Маша подобрала листок и удивилась, на нём был рисунок с картой Таро и подробное её описание.

Маше нравилось Таро и само гадание по картам, а тут надо же интересный экземпляр страницы принесённой ветром. Маша с мольбой в глазах спросила Николая:

– Николай, я обожаю гадание, а тут такой интересный экземпляр карты, который я никогда не видела. Колюнчик, может, найдём остальные листочки?

– Не вопрос, только тут только два расчёта за это; один ребятам, чтобы они покопались в мешках, и нашли, откуда вылетел листок, а другой для меня приложением к основному договору между нами, который ты обещала за мои услуги.

Машу прямо раздирало найти листки от тетрадки с Таро и она ядовито прошипела:

– Что ты хочешь?

Николай улыбнулся и спокойно ответил:

– Ну, ты же слышала, что говорил Петрович про балет.

Маша при всей своей не закомплексованности стала лицом пунцовой и, вынув из кармана две тысячи рублей, протянула их мальчишкам.

Николай сказал ребятам:

– Уважьте девушку, найдите листочки от тетрадки

Ребята посмотрели на Николая, зная, что если он расскажет про деньги Дядьке, то деньги потом придётся отдать старшему.

– Пацаны, я молчок, это ваш заработок. Помогите найти девушке листочки, – подтвердил ещё раз Николай свою позицию.

***

Вечерело. Николай остановил машину на обочине Объездного шоссе в Балашихе. Машин проходящих было мало. Маша сидела с каменным лицом, на руках резиновые перчатки и держала целлофановый пакет с листочками из тетрадки.

– Ну, что? – спросило весело Николай. – Приступим к выполнению приложения к договору?

Маша проглотила нервно слюну и кивнула головой.

Николай расстегнул ширинку своих брюк, приспустил пояс штанов, обнажил резинку семейного типа трусов с рисунками барашков.

Маша зажмурила глаза и к её горлу подкатила тошнота, Девушка икнула, не открывая глаза. Она, почему то испугалась Николая и поняла, что он для неё оказался незнакомый, нет, не злой, а просто способный на какие-то поступки, за которые она может поплатиться. Маша опять икнула, и Николай рассмеялся во весь голос и, застегнув молнию брюк, сказал:

– Ну, ладно с приложением пролетели, посмотрим, как на счёт выполнения основного договора.

***

Машина весело катила по асфальту, Николай и Маша обсуждали экологию страны. Когда грузовик въехал во двор, Маша вышла из кабины и, посмотрев на Николая, сказала:

Сегодня в два часа ночи, на вацапе, только лучше наушники подключи и разговаривай поменьше. Смотри, чтобы жена твоя тебя не убила.

– Жена у меня сегодня на сутках дежурит в больнице, – ответил Николай.

***

Маша весь вечер перебирала и сортировала листки страниц тетрадки найденной на свалке. На её удивление всё сложилось от начала до конца, только на последней страничке рукописи, в последнем предложении послесловия, которое заканчивало рукопись формулировкой «Бог – это …» не хватало оторванного куска бумаги, на котором видно была записана остальная часть предложения.

Маша была упорной, разложила тетрадные листки и продезинфицировала их спиртом из флакона спрея, затем высушила, прогладила утюгом через лист бумаги и последовательно сканировала тетрадные листки, бережно упаковала их в папку и положила в ящик своего рабочего стола. Потом она последовательно подогнала весь материал в цифровом варианте на компьютере и принялась его осматривать.

Автор описывал карты Таро просто и доходчиво.

***

Ночь подкралась незаметно, вползла в форточку окна шёпотом успокоения от жаркого дня и, лаская утомлённое тело покоем прохлады, заставляла смыкаться глаза Маши.

Маша встрепенулась, посмотрела на часы. Время было половина второго ночи. Она вспомнила про Николая и улыбнулась. Ведь он не стал её принуждать к сексу, хотя она обещала. Маша сходила ванную комнату, приняла душ, привела себя в порядок, на голое тело накинула лёгкий халат. Затем она закрыла форточку окна, включила компьютер, подключила вацап к нему от айфона, установила полумрак освещения, подняла подкачкой регулировки кресло и забралась в него. Ей было страшно. Она сама не знала, зачем сказала Николаю о сексе через Чат. Николай ей был симпатичен, но в её планы личного общения он не входил.

Маша проголодалась, разложила рядом фрукты и, вздохнув, нажала телефонный звонок Николаю.

***

Николай с напряжённым видом лица отразился на экране монитора Маши. Плечи окатые, мускулистые руки. Он сидел на диване и его торс виден был без одежды почти до лобка. Маша смутилась, но не подала внешне никаких признаков замешательства.

Николай в полумраке экрана выглядел действительно не так, как днём за рулём своего грузовика. Маша сама не знала, что надо делать, чем заниматься и главное как отработать свой долг перед Николаем.

– Приветик, – сказала шёпотом Маша и откусила яблоко.

Николай расплылся в улыбке, глаза его сверкнули искрой авантюризма и он, взяв в руку из темноты комнаты тарелку с едой, другой рукой с ложкой разделил пополам котлету в тарелке, вздохнул и проговорил тоже шёпотом:

– Привет. Только душ принял. Жрать охота, сил нет.

***

Спустя три года Николай умер от туберкулёза. Маша уже к тому времени закончила МГУ, потом сама того не знаю почему, стала заниматься писательством. Она выпустила свою книгу Таро «Страницы принесённые ветром» в память о Николае, на основании найденной на свалке тетрадки, но только с добавлением своих рассказов.