Сергей Звонарев – Плацдарм (страница 113)

— Александр Васильевич, у вас что-то есть? Только коротко, пожалуйста.

Саша вышел к сцене. На него смотрели с интересом — до этого он никак не проявлял себя на семинарах, предпочитая во время докладов отдыхать от рутинных расчетов. И все знали, что он лучший из учеников Громова.

Саша повернулся к доске, на которой профессор написал свои уравнения.

— Легко видеть, что представленные здесь уравнения описывают некий волновой процесс, — начал Саша, — то есть распространение волн в некоторой среде…

— Да, именно так, — нетерпеливо прервал его Сырин, — именно поэтому эти уравнения не имеют отношения к открытию коридоров между мирами. Мы это уже обсудили…

— Они могут описывать электромагнитный сигнал, передаваемый от одной ветки к другой, — сказал Саша и заметил, как Громов вперил взгляд в доску. Неужели это не пришло ему в голову, удивился Саша.

— Какой сигнал? — Сырин все еще говорил недовольным тоном, но было видно — эта мысль оказалась для него новой.

— Я не знаю, — признал Саша, — чтобы определить частотный диапазон сигнала, надо провести расчеты, довольно сложные. Но представьте себе, если радиоволны попадают в этот диапазон, мы сможем связаться с Восточным Союзом.

Аудитория загудело.

— Помочь нашей армии — это ведь именно то, что требует от нас генерал Синицын, так ведь? — напирал Саша. — Установление связи и есть пример такой помощи.

Академик Сырин глянул на Громова, а затем перевел взгляд на Сашу.

— Что вам нужно для изучения этой проблемы?

Тот мысленно вздохнул: ну что, обратить на себя внимание академика удалось, теперь держись…

Сырин решил, что докладывать генералу Синицыну будет Саша. Когда тот пробовал возражать, говоря, что работа основана на теоретических результатах Громова, академик только отмахнулся: профессор возражать не станет, а тебе такой опыт будет полезен.

Саша выучил свой доклад чуть ли не наизусть, и умудрился ни разу не запнуться перед высоким начальством. По лицу Синицына нельзя было понять, как он оценивает то, что услышал. Вопросов по ходу доклада он не задавал, только делал пометки в своем блокноте. После того, как Саша закончил, генерал с полминуты молчал, а потом спросил:

— Верно я понял, что вы считаете возможным установить канал связи между мирами?

— Да, если резонансные частоты попадут в радиодиапазон. Именно это нам и нужно установить.

— Сколько времени для этого потребуется?

— Если начать прямо сейчас… два дня непрерывной работы, — ответил Саша. Сырин закатил глаза — ох, уж эта молодежь: любой срок больше одного дня кажется им бесконечно большим…

Синицын усмехнулся и сказал:

— Даю три. — Повернувшись к Сырину, добавил: — Если что-то потребуется, обращайтесь.

— Обязательно, товарищ генерал, — ответил академик.

— Хорошо, приступайте к работе.

На прощание Синицын всем пожал руку. Саша впервые почувствовал крепость генеральского рукопожатия. «Признал тебя равным», — прокомментировал это Сырин. Саша не нашелся с ответом. Впрочем, детали этикета в научной и генеральской среде его не особо заботили — он уже прикидывал, с чего начать расчеты.

Разумеется, в два дня Саша не уложился — третий потребовался для проверки расчетов. Самым сложных было найти собственные числа матрицы, в которую он перевел уравнения Громова. Затем эти числа переводились в частоты излучения, на которых наблюдался резонанс между мирами.

Первые три собственных числа лежали в области, далекой от радиодиапазона, и Саша уже начал нервничать — если так дальше пойдет, то не только трех дней, а и целой недели не хватит! Но с четвертым числом повезло — соответствующая ему частота лежала в области коротких радиоволн.

Саша тут же сообщил этот результат Громову.

— Значит, несущая частота у нас есть, — сказал профессор. — Ты имеешь представление о принципах радиосвязи?

— Довольно приблизительное, — признался Саша.

— В самом простом виде: несущий сигнал определенной частоты подвергается модуляции — например, частотной. С помощью нее и передается информация.

— То есть модулированный сигнал содержит набор частот? — спросил Саша.

— Верно. Я понимаю, что ты хочешь сказать — резонансная частота только одна, и сигнал на других частотах может не пройти.

— Именно!

— Что ж, это риск, — признал Громов, — чем сильнее компоненты модулированного сигнала отличаются по частоте от несущего, тем больше вероятность, что сигнал не пройдет.

— А вообще пройдет только одна частота?

Громов хмыкнул.

— Будем использовать азбуку Морзе.

Пока Саша рассчитывал следующие собственные числа — и частоты проникающего сигнала — в мастерской КБ-45 собирали радиопередатчик с уже найденной несущей частотой. Передачу решили вести из Москвы — сомнений в том, что столица под контролем группы войск Говорова, не было.

Ранним утром девятого августа грузовик с установкой, когда-то используемой для открытия коридоров, появился на улицах Москвы. Грузовик подъехал к Московскому радиотехническому заводу — там можно было подключиться к высоковольтным сетям для питания плазменной установки, и там же планировали перенастроить передатчик, если сигнал плохо будет проходить на ту сторону. К полудню установку подключили, проверили и начали генерацию плазмы. Саша поймал себя на мысли, что ждет чуда — вдруг, как раньше, откроется коридор. Разумеется, этого не случилось — от вакуумной камеры шло голубоватое сияние, затухающее по мере удаления от нее.

Саша достал из папки бланк и протянул его радисту. На бланке была написана простая фраза: «Внимание! СССР вызывает Восточный Союз. Отвечайте на этой частоте после запуска установки для создания коридора». Ее следовало повторять круглосуточно, пока не будет ответа.

— Надо возвращаться, — сказал Громов, — нам сообщат, когда ответят.

Если вообще ответят, подумал Саша. Озвучивать это сомнение он не стал.

Глава 63. ОБХОДНЫЕ МАНЕВРЫ

К вечеру четвертого дня наступления передовые части войск генерала Громова подошли к Ярославлю. Чтобы взять под контроль город, наступающим нужно было преодолеть по крайней мере две водные преграды — реку Которосль, впадающую в Волгу и огибающую города с юга и запада, и саму Волгу. Переправа через Которосль затруднялась тем, что левый берег был гораздо выше правого, и это давало обороняющимся естественные преимущества.

Говоров подозревал, что немецкое командование, сдав без боя Ростов, решило не распылять скудные силы, имеющиеся в его распоряжении, а сосредоточило их в главном городе региона, чтобы там дать решительный бой советским войскам. Ситуация была непростой: наступающие колонны, пройдя за четыре дня больше двухсот километров, нуждались в отдыхе. На бумаге боевые потери были невелики, но значительной части техники требовался ремонт. Начальник штаба Говорова доложил, что прямо сейчас в штурме города может принять участие примерно половина группировки, начавшей наступление четыре дня назад.

— Думаете, этого хватит, Василий Евгеньевич? — спросил генерал.

Тот тяжело вздохнул.

— Ситуация непростая, товарищ генерал. По сведениям разведки все мосты через Которосль немцы подготовили к долговременной обороне. Не сомневаюсь, что наши ИСы смогут ее взломать, но времени на это уйдет порядочно.

— Какая альтернатива?

— Атака в лоб с большими потерями, — ответил начштаба.

Говоров прошелся вдоль карты, висевшей на стене его кабинета. Ни один из этих вариантов ему не нравился.

— А как там дела у Тухачевского? — спросил он.

— Пока неплохо. Взяли Орлов и двигаются к Котельничу. Похоже, нашим товарищам повезло, фрицы неверно оценили планы маршала.

Генерал кивнул. Что ж, повезло — это хорошо, но на войне не стоит рассчитывать на постоянное везение. Сегодня повезло тебе, а завтра — твоему врагу…

— Хорошо, — сказал он, — допустим, мы возьмем Ярославль. Сможем ли двинуться дальше, на Кострому? Для соединения с Восточным Союзом это необходимо.

Начальник штаба ответил не сразу.

— Тяжелый вопрос, товарищ генерал, — наконец, сказал он. — Считаю, что даже в случае успеха раньше, чем через неделю мы не сможем подготовиться к наступлению на Кострому.

— И эту неделю немцы получат для подготовки контрмер. Я знаю Моделя, он использует любую возможность для отражения атаки. Не говоря уже о том, что люфтваффе имеет полную свободу действий.

— Если Тухачевский сможет быстро продвинуться… — начал было Василий Евгеньевич, но командующий прервал его.

— А если нет? На начальном этапе ему повезло, но немцы совсем не дураки, нельзя их недооценивать.

Говоров вновь посмотрел на карту.

— А что, если мы обойдем Ярославль и сразу пойдем на Кострому? — спросил он.

Начштаба промолчал, не успевая за стремительным полетом мысли своего начальника.

— Между Телегино и Щедрино Ярославское шоссе пересекается с Костромским шоссе. Если мы возьмем эти два населенных пункта и сможем их удержать, дорога на Кострому будет открыта. Как считаете, Василий Евгеньевич?

— Эта проще, чем взять Ярославль, — признал тот.