Сергей Зверев – Точность – вежливость снайпера (страница 6)
– Сколько ты хочешь?
– Как договаривались. – Анисимов слегка улыбнулся. – Тариф остался неизменным.
Официантка принесла блюдо с ребрышками ягненка в винном соусе. Шота дождался, пока она уйдет, выудил из внутреннего кармана увесистое портмоне, расстегнул его и с крайне недовольным видом отсчитал несколько купюр. Положил их на стол перед Анисимовым. Тот, не считая, сгреб деньги и убрал их в карман.
– Как видите, я верю в вашу порядочность, батоно Шота. И надеюсь на дальнейшее взаимовыгодное сотрудничество. Если я вам понадоблюсь, вы знаете, как меня найти. Если мне понадобитесь вы, я знаю, как найти вас. Ну, а пока всего хорошего и приятного аппетита. – С этими словами Анисимов поднялся из-за стола. – Не провожайте меня.
Двигаясь между столиков по направлению к выходу, капитан уже не мог слышать брошенное ему в спину ругательство. А словечко между тем Шота выбрал очень крепкое.
7
Ничто в древнем городе не напоминало об осаде. Доброжелательные лица горожан, ровные ряды блочных пятиэтажек с натянутыми во дворах веревками с бельем, старики на лавочках, умиротворенно любующиеся видами гор, яркое весеннее солнце, переливающееся на листьях деревьев… Квайца всегда был городом-здравницей. Невозможно было поверить, что всего несколько дней назад здесь было совершено нападение на сослуживцев Локиса. Город жил своей размеренной безмятежной жизнью. Ничто не выдавало присутствия в нем боевиков.
Локис задернул шторку на автобусном окне. Солнце было настолько жарким, что его лучи даже через окно обжигали кожу.
Остановка, на которую прибыл рейсовый «пазик», была полна людей. Встречающие шумно приветствовали прибывших.
Во всеобщей кутерьме Локис на время потерял своего попутчика. Инал, невысокого роста осетин, подтянутый, с живым жизнерадостным взглядом, за многочасовой переезд до Квайца с удовольствием делился подробностями своего путешествия во Владикавказ. Оказалось, что ездил к брату отмечать рождение его первенца, а теперь, возвращаясь в родной Квайца, прямо с автобуса спешил на свадьбу двоюродной племянницы. В любой другой ситуации Локис с радостью воспринял бы общество этого радушного человека. Однако теперь сближение с кем бы то ни было могло повредить делу.
Владимир вышел из автобуса. После многочасовой тряски по горному серпантину твердая земля словно плыла под ногами. Воздух в Кударском ущелье был легкий и прозрачный. Хотелось дышать полной грудью и ни о чем не думать. Если бы не задание, Локис с радостью провел бы в этом местечке пару недель отпуска. Несколько раз он ловил на себе заинтересованные взгляды молоденьких осетинок, однако ни о чем таком думать сейчас не мог. Задача, поставленная перед ним, не вселяла излишнего оптимизма.
Локис, смешавшись с небольшой группой людей, двинулся по направлению к центру города. В это самое время он услышал у себя за спиной голос Инала:
– Владимир, постой!
Локис обернулся.
– Я и глазом не успел моргнуть, ты как испарился! – Дыхание осетина сбилось после небольшой пробежки. Он взял Владимира за локоть. – За мной приехали на машине. Мы тебя подвезем туда, куда тебе надо. Ушел и даже не попрощался. Нехорошо!
– Я просто не хотел мешать, – извинился Локис. Отказать гостеприимному осетину было неловко. В Осетии гость, как известно, посланник Бога.
Они вместе подошли к «уазику», припаркованному возле автобусной остановки.
– Мой зять Альберт. – Инал представил спецназовцу седого мужчину с густыми усами над верхней губой, сидевшего за рулем автомобиля.
Тот вежливо склонил голову в знак приветствия.
– Садись сзади. – Инал распахнул перед Локисом дверцу. – Владимир – археолог. – Осетин сел на переднее сиденье рядом с водителем. – А Альберт преподавал культуру родного края в школе. Так что вы, можно сказать, коллеги.
– Мир вообще очень тесен, – пространно заключил Локис.
Продолжение разговора на тему археологии в Кударском ущелье не входило в его планы – тонкости профессии археолога не были сильной стороной российского бойца-контрактника. Хотя легенда пребывания в Осетии, сочиненная еще накануне выезда в Квайца, выглядела вполне правдоподобной. Интерес к Кударскому ущелью как к археологической Мекке активно обсуждался в многочисленных интернет-изданиях. А сами жители Квайца очень гордились тем, что живут на земле, которую населяли люди задолго до нашей эры.
Инал многое рассказал о родном городе, пока они ехали в автобусе.
– Я, честно говоря, собирался снять здесь жилье, – поделился Владимир. – Может быть, подскажете что-нибудь?
– Что же ты раньше не сказал? Я не знал, что тебе негде остановиться!
– Не то чтобы негде, – поспешил уточнить спецназовец. – Но организация оплачивает только комнату в общежитии. Одну на несколько человек. А я бы хотел снять для себя отдельную комнату. Не хотелось бы стеснять людей.
– Моя тетя Ануси живет одна, – с нетерпением оборвал Владимира осетин. – У нее как раз комната свободная. Внучка уехала. Я бы предложил и свой дом, но у нее тебе будет удобнее. Сейчас мы поедем все вместе на свадьбу. Там я тебя с ней и познакомлю.
– На свадьбу как-то неудобно, – начал было Локис, но на этот раз в разговор вклинился Альберт.
– Напрасно отказываетесь. В Осетии еще остались дома, где чтят традиции. Вам, как исследователю нашего края, это должно быть интересно. И неважно, что ваше дело – археология. В этом мире все взаимосвязано.
– Ну, если вы так считаете, тогда поехали. – Отказываться и дальше не имело смысла.
Возможно, сама судьба свела Локиса с Иналом. В конце концов, у него действительно не было никакой зацепки в этом городе, за исключением Герхиани. Да и с тем Локис был знаком только заочно. В конце концов, если тетя Ануси окажется чересчур любознательной, всегда можно будет подкорректировать планы и переехать на другую квартиру. К тому времени у него наверняка появится более-менее ясная картина происходящего в Квайца.
– Я вот только с дороги. Брюки мятые. Да и побриться бы не мешало…
– А я что, не с дороги?! – воскликнул Инал. – Ты в любом случае выглядишь как столичный житель. Здесь, в Квайца, народ победнее живет. Если не сказать совсем бедно. Так что не бери в голову.
– Да, это так. Сейчас свадьба – обычное дело. Никто не старается выглядеть как-то особенно. Вот если бы вы попали на осетинскую свадьбу лет эдак тридцать назад, это осталось бы в вашей памяти на всю оставшуюся жизнь. Сейчас, конечно, уже не то, что раньше, – с неподдельной горечью добавил Альберт. – Кстати, мы уже приехали.
«Уазик» остановился около добротного, видимо, недавно отстроенного дома с яркой неоновой вывеской над входом. Название ресторана было написано неразборчиво, а вот само слово «ресторан» читалось издалека вполне отчетливо.
Вокруг было много машин самого разного класса: от черных «Мерседесов» с глухо затонированными стеклами до старых развалюх, подобных «уазику» Альберта. Движение на улицах Квайца было настолько редким, что казалось, к ресторану съехались чуть ли не все автолюбители города.
Альберт, а следом за ним Инал с Локисом поднялись на крыльцо. Входная дверь в зал была распахнута. Изнутри доносились оживленная музыка и голоса. Все трое вошли в просторный зал, буквально набитый людьми. В центре было освобождено от столов небольшое пространство, которое служило для молодежи танцевальной площадкой. На этом пятачке отплясывал под аплодисменты товарищей молодой парень. Те, которые не танцевали, подбадривали солиста «подогревающими» выкриками. Аранжировка национальной песни была вполне современная, так что почти вся молодежь была вовлечена в танец, кто просто хлопками, а кто и подтанцовывая на месте.
Взрослые в массе своей сидели за столами, расставленными по периметру помещения. Всего, по самым грубым подсчетам Владимира, в ресторане было около двухсот человек.
– Ничего себе народу! – Локис протиснулся в узкий перешеек, образованный толкущимися у входа людьми. Торжество продолжалось не первый час, и многие уже успели подустать от беспрерывного сидения на одном месте. Пятачок был единственным местом, где можно было глотнуть свежего воздуха и размяться.
– Садись пока. Я поздравлю родственников и попрошу, чтобы подали столовые приборы. – Инал старался перекричать музыку.
Владимир кивнул. Он отыскал за ближайшим столом свободное место и сел. Альберт, которого Локис потерял из виду сразу же, как только они вошли в ресторан, уже сидел за главным столом в глубине зала. За этим столом разместились почтенные старцы и, судя по всему, родители брачующихся. Центральный стол был окружен особым почетом. Молодежь здесь не крутилась, и это было единственное место в ресторане, где было более или менее просторно и не так шумно. Локис видел, как Альберту подали кубок с вином. Затем из-за стола поднялся холеный мужчина в шикарном черном костюме. Он поднял рог. Альберт начал произносить тост. В это время к столу подошел Инал. Мужчина в черной двойке подозвал официантку. Та, не дожидаясь указаний, подала Иналу кубок. Альберту пришлось начать свой тост сначала. Однако слова из той части зала, где находился Локис, разобрать было невозможно. Владимир принялся просто разглядывать публику.
Жениха он различил практически сразу. Это был статный молодой человек в темно-сером костюме классического покроя. На фоне белоснежной рубашки алел широкий укороченный галстук. Парень был как две капли воды похож на мужчину в черном костюме за главным столом. Жених ходил от стола к столу с бокалом шампанского и чокался с каждым, кто протягивал ему в ответ свой бокал. О чем тот говорил с гостями, Локис разобрать также не мог.